– Ты не знал, что меня посадили в тюрьму за якобы твое убийство? Серьезно? Вылез из дома и за полгода не удосужился узнать о судьбе подруги. Ага, верю. Тебе было посрать. Ты правду на дне бутылки искал! А теперь позволь поинтересоваться, что изменилось? Учиться и работать маленького заставляют? Опять хочешь на чужом горбу в рай въехать? На меня можешь больше не рассчитывать. По-хорошему прошу, убирайся. Забудь обо мне раз и навсегда, – спокойно проговорила я.

Этот равнодушный тон ударил Поттера, как звонкая оплеуха. Парень пошатнулся и схватился за грудь в области сердца. Он с минуту смотрел прямо мне в глаза. Ха! Да даже не будь моего вселения, Гермиона не простила бы предателей. До очкарика дошло, что ничего он не получит. Подхватил Уизли под руку и с хлопком, как домовой эльф, аппарировал.

Идиотина! Посреди улицы применил магию. Нам, героям, закон не писан. Я же поспешила уйти, а то на меня свалят применение магии на виду у магглов. Фу, слово-то какое противное!

После ужина, закутавшись в теплое одеяло и устроившись поудобнее в постели, вскрыла конверт. Виктор приглашает в гости. Он после турне вернулся в Болгарию и полгода будет в стране. Минерва рассказала, Крам принимал активное участие в деле моего освобождения. Угрожал министерским обнародовать информацию в международном поле. Возможности попортить жизнь зарвавшимся чинушам у знаменитого спортсмена есть.

Решила сначала Крама навестить. Само собой, никаких романтических чувств у меня к Виктору нет. Просто не хочется быть неблагодарной свиньей. В Болгарии я не бывала, но видела ролики на ютубе. Красивых мест там полно, и климат намного приятнее Англии. Погощу немного, а потом и во Францию отправлюсь.

Утром поднялась пораньше, нужно успеть перед визитом первого покупателя задуманное осуществить. А собралась я наведаться на побережье к Ракушке. Вроде так Флер Уизли назвала свой домик. Заберу кинжал. Зачем? Сама не знаю.

Быр! Порывистый ветер принес холодный и влажный морской воздух, напомнив об Азкабане. Конечно, здесь, в графстве Корнуолл, намного теплее, чем на севере Англии, где я последний год отдыхала. Гольфстрим смягчает климат, зимы довольно теплые, морозы крайне редки, но мне и осенью тут холодно. Любоваться морем не стала, споро зашагала к приметному месту. С трудом добралась до дупла. Ха! Про магию напрочь позабыла. Полезла на дерево, как обычный человек.

– Облом!

Кто-то спер заначку Гермионы. Жаль, отчего-то меня тянуло сюда, нужно было забрать во что бы то ни стало кинжал. Будто с выпитой атамом кровью Грейнджер и у меня образовалась связь с клинком. Ну, делать нечего. Не солоно хлебавши отправлюсь домой. Спрыгнула с раскидистой ветки, земля с силой ударила по пяткам, отозвавшись головной болью. Расстроилась.

– Гермиона? Это ты? – окликнул знакомый женский голос.

Не успела свалить. Обернулась, так и есть, хозяйка Ракушки. Не удивительно, столь умелая ведьма явно ведь защитила территорию. Чары оповещения предупредили о вторжении.

– Флер, доброе утро.

Выглядит девушка замечательно. На простое домашнее платье накинут вязаный кардиган. Свекровь вязала, узнаю стиль Молли. У миссис Уизли получаются чудесные вещи, красивые, теплые, наполненные любовью и не похожие на изделия других мастериц.

– Да, доброе. Ты, наверное, искала это?

Флер протянула мне маленький сверток. После короткой проверки убедилась – вредоносных чар нет, а завернут в тряпице мой кинжал.

– Спасибо.

– Ты не держи зла на нашу семью. Мы не понимаем, отчего Рон и Джинни решили так с тобой поступить. До последнего не знали.

Хм. Вполне возможно, она говорит правду. Только мне от этого не легче. Не понимаю, почему она защищает младших Уизли. Они девушку, мягко сказать, недолюбливали, вряд ли что-то изменилось со временем. То, что Молли приняла поначалу Флер в штыки – вполне нормальное явление. Англичане с настороженностью относятся к иностранцам, а некоторые так и вовсе ненавидят приезжих.

– Предлагаешь подставить другую щеку под удар? Как-то странно такое слышать от чистокровной ведьмы. Или атам является откупным? Не выйдет, он мой.

– Да. Билл проверил, кинжал привязан к тебе. Прости. Я не должна была просить о снисхождении.

Флер резко развернулась и пошла к дому. Ветер трепал ее прекрасные светлые волосы. Не стала ничего говорить, Мать Магия рассудит. Виноваты – накажет, нет, так и размышлять не о чем. Отправилась домой.

– Гермиона, деточка. Мистер Уилсон прибыл раньше. Питер повел покупателя показывать дом. На первый взгляд очень приличный джентльмен. Ты ведь знаешь, я в людях разбираюсь.

– Поняла. Пойду помогу.

Очень надеюсь, дом обретет хорошего хозяина, не останется сиротой. Возможно, скоро на качелях в саду будет сидеть маленькая девочка, а красавица хозяйка станет давать указания садовнику. Вечерами из окон будет литься теплый свет, в кухне вновь будут витать приятные ароматы. С этими мыслями и вошла в гостиную и застыла, как громом пораженная.

– Профессор? – прошептала я.

– О, Гермиона! Познакомься, мистер Стивен Уилсон. А это хозяйка дома мисс Грейнджер. Мистер Уилсон преподавал химию в Кембриджском университете. Взял отпуск для написания диссертации. Наш спокойный уголок идеально ему подходит!

Словоохотливый Питер с восторгом пересказывал выдуманную легенду. Но я уверена, этого человека зовут Снейп. Измененный цвет волос и другая прическа не обманет того, кто хорошо знал Северуса. И он точно меня опознал. Как? Он же умер на глазах революционеров. Хотя, такой умный человек мог и имитировать смерть, а потом свалить из болота, именуемого Магической Британией.

– Папа! Смотри, как я могу!

Я вздрогнула от громкого детского крика. Кэтрин не предупредила о том, что нас посетила семья. Маленькая, худенькая, черноволосая и черноглазая девочка лет шести скатилась по перилам лестницы, ведущей на лифтовую площадку. Да, у семьи Грейнджер трехэтажный особняк и при строительстве был поставлен подъемник. Впрочем, лифтом ни Гермиона, ни родители, ни прислуга не пользовались.

– Будем старенькими, суставы не позволят горными козликами по ступеням скакать. Вот и пригодиться лифт, – частенько говаривал отец.

– Мамочка, папочка, у вас не будут болеть суставы. Я же ведьма, сумею приготовить любые лекарства, – отвечала наивная девочка.

Как же это было давно. Память Гермионы упрямо убеждает в том, что все происходило со мной.

– Эйлин, детка, веди себя прилично! – воскликнула чинно спускающаяся по лестнице женщина.

Тоже брюнетка, стройная. Выглядит не старше тридцати лет. Вот вам Поттер и вечная любовь к Лили. Снейп подал знак супруге и после ее кивка обратился ко мне:

– Мисс Грейнджер, не затруднит ли вас показать мне сад. А мистер Марлоу закончит экскурсию по дому. У нас осталась не осмотрена кухня.

Окончательно убедилась в том, что глаза меня не обманули. Хоть мужчине и трудно говорить, но голос все тот же – бархатистый баритон. Голос, в который влюблялись студенты и студентки. И склочный характер строгого профессора не отпугивал юных магов.

– Конечно, конечно. Миссис Уилсон, прошу, – Питер с радостью принялся расписывать прелести планировки кухни и столовой.

Мы вышли на улицу.

– Я не ожидал вас встретить, мисс Грейнджер. В объявлении стояла фамилия Марлоу.

– Да, соседи помогают мне с продажей, – скупо ответила я, хотя меня очень интересовало, как ему удалось выжить и что он делает в мире простецов.

– Знаю о приключившейся с вами беде. Простите, но ничем помочь не мог. Я мертв для магического сообщества.

Профессор, а он им останется для Гермионы навсегда, коротко рассказал свою историю. Не хотел он умирать! Не желал оставлять любимых – жену и дочку. Подготовился, придумал сценарий, заручился поддержкой друзей. Как ни готовился, травма оказалась серьезной и антидот полностью не справился с действием яда.

– Я сквиб, мисс Грейнджер. И мне теперь на постоянной основе требуется принимать зелье-антидот.