Она отложила нож.

— Вот поэтому ты никогда не будешь управлять моими деньгами.

Тишина.

Арман медленно покраснел.

Женевьева подняла взгляд.

— Что это должно означать?

— Ровно то, что я сказала.

— Никто пока не говорил об управлении твоими деньгами.

Клэр посмотрела на мать.

Очень спокойно.

— Пока?

Женевьева замерла.

Арман перестал жевать.

Маленькая ошибка.

Но Клэр её услышала.

— Нам нужно поговорить, — сказала мать.

— После завтрака.

— Сейчас.

Клэр взяла кусочек груши.

— Я ем.

Арман фыркнул.

— Раньше ты не заставляла мать ждать.

Клэр прожевала.

Промокнула губы салфеткой.

— Раньше я много чего делала неправильно.

Женевьева посмотрела на неё так внимательно, что Клэр почти почувствовала холод по коже.

— Да. Ты действительно изменилась.

— Мы уже выяснили.

— Мне интересно почему.

— Хорошо ем.

Арман рассмеялся.

— Очень смешно.

Клэр посмотрела на его тарелку.

— Тебе нравится?

Он автоматически посмотрел вниз.

Там остался последний кусок ветчины.

Клэр отвернулась, чтобы не рассмеяться.

---

Разговор состоялся в кабинете.

Клэр заняла кресло за столом.

Не специально.

Просто оно было её.

Но Женевьева заметила.

Арман тоже.

Мать села напротив.

Брат остался стоять возле окна.

— Итак, — сказала Женевьева. — Я получила несколько писем.

— Поздравляю.

— Клэр.

— Слушаю.

— О тебе говорят.

— Ничего нового.

— Теперь иначе.

Вот это уже интереснее.

— Как?

Женевьева сложила перчатки на коленях.

— Что ты устроила здесь купальни. Принимаешь женщин. Мужчин. Берёшь деньги.

— Всё правда.

— Ты произносишь это так, будто гордишься.

— Горжусь.

Арман резко повернулся от окна.

— Ты вообще понимаешь, насколько это неприлично?

— Что именно?

— Ты касаешься посторонних мужчин.

— И женщин.

— Женщины меня не интересуют!

Клэр подняла бровь.

Арман замер.

Мать закрыла глаза.

Клэр прикусила щёку изнутри.

Нет.

Не смеяться.

Нельзя.

Арман понял, что сказал.

— Я имел в виду…

— Пожалуйста, не объясняй.

— Клэр!

— Арман, ты сам попросил.

— Я ничего не просил!

— Тем более.

Женевьева ударила ладонью по подлокотнику.

Не сильно.

— Довольно.

Клэр посмотрела.

— Хорошо.

Мать выдохнула.

— Твоя деятельность несовместима с положением женщины твоего происхождения.

— Почему?

— Потому что ты де Вильмон.

— Это не профессия.

— Это имя.

— Которое вы так тщательно защищали, отправив меня сюда.

Тишина стала другой.

Арман отвернулся.

Женевьева не моргнула.

— Мы спасли тебя от скандала.

— Нет.

— Клэр…

— Вы убрали меня из поля зрения.

— Это было необходимо.

— Кому?

Мать замолчала.

Клэр ждала.

— Семье.

Вот.

Честнее.

— Хорошо. Семья получила желаемое. Я далеко. При дворе не появляюсь. Никому не мешаю. В чём проблема?

Арман повернулся.

— Ты снова заставляешь людей говорить.

— О моей работе.

— О том, что мужчины раздеваются в твоём доме!

Клэр задумалась.

— Иногда снимают сюртук.

— Я не хочу знать подробностей!

— Тогда зачем спрашиваешь?

Арман открыл рот.

Закрыл.

Клэр почти видела, как внутри него сталкиваются возмущение и отсутствие аргументов.

Женевьева вмешалась:

— Ты прекратишь принимать мужчин.

— Нет.

— Клэр.

— Нет.

— Это не просьба.

— Тогда особенно нет.

Мать смотрела.

Спокойно.

Очень.

И Клэр вспомнила предупреждение Маргариты.

Вот сейчас.

Голос Женевьевы стал мягче.

— Ты всегда была впечатлительной.

Клэр почувствовала, как внутри шевельнулась чужая память.

Комната.

Голос матери.

«Ты всё преувеличиваешь».

«Ты неправильно поняла».

«Арман не хотел тебя обидеть».

«Тебе лучше отдохнуть».

Она не позволила воспоминанию утянуть себя.

— Была.

— После случившегося при дворе твоё состояние стало ещё хуже.

— Было.

— Возможно, ты сейчас пытаешься доказать себе, что способна…

Клэр улыбнулась.

— Не получится.

Женевьева остановилась.

— Что?

— Сделать из меня больную дурочку, которая сама не понимает, что творит.

Мать побледнела.

— Я этого не говорила.

— Но вела туда.

— Ты стала подозрительной.

— Нет. Внимательной.

Арман ударил ладонью по подоконнику.

— Хватит этого цирка. Мы приехали решить проблему.

Клэр повернулась.

— Какую?

— Тебя.

Очень хорошо.

Даже Женевьева посмотрела на сына.

Но поздно.

Клэр медленно поднялась.

— Повтори.

Арман почувствовал опасность.

Не понял.

Но почувствовал.

— Я сказал, что…

— Я услышала.

Она обошла стол.

— Я хочу понять, достаточно ли ты глуп, чтобы действительно считать меня проблемой, которую приехал решать.

Лицо Армана стало багровым.

— Как ты со мной разговариваешь?

— Как с человеком, который находится в моём доме.

— Это семейное имущество!

— Нет.

Он замер.

Женевьева тоже.

Клэр вернулась к столу.

Открыла ящик.

Достала папку.

Положила перед матерью.

— Я проверила документы.

Женевьева не коснулась бумаг.

— С кем?

— С нотариусом.

— Каким?

— Люсеном де Бомоном.

Вот теперь реакция была настоящей.

Арман резко повернулся.

— Де Бомоном?

— Да.

Женевьева прищурилась.

— Зачем тебе понадобился Люсен?

— Потому что он нотариус.

— Ты могла обратиться к семейному.

— Именно поэтому не обратилась.

Тишина.

Клэр почувствовала почти физическое удовольствие.

— Бельфонтен закреплён за мной. Вы не можете его забрать просто потому, что вам не нравится, что я здесь делаю.

Женевьева медленно подняла взгляд.

— Мы и не собирались забирать.

— Хорошо.

— Мы хотели помочь.

— Ещё лучше. Не надо.

Арман фыркнул.

— Она совершенно не понимает.

— Что?

— Деньги.

Клэр повернулась.

— Давай.

Он подошёл ближе.

Уверенность возвращалась.

Наконец территория, где он считал себя взрослым мужчиной.

— Ты получила несколько старых выплат от должников отца.

— Да.

— И тратишь их на ремонт этой дыры.

— Да.

— На ванны.

— Да.

— На слуг.

— Работников.

— На полотенца, масла, еду для каких-то людей…

— Клиентов.

— Это всё закончится.

Клэр ждала.

— Почему?

Арман развёл руками.

— Потому что это мода.

— Возможно.

— Через месяц к тебе перестанут ездить.

— Возможно.

Он сбился.

Такого ответа не ожидал.

— Тогда ты потеряешь деньги.

— Возможно.

— И что?

— Тогда я изменю план.

Арман смотрел.

— Какой?

— Тебе зачем?

— Я твой брат!

— Это не должность управляющего.

Женевьева вмешалась:

— Клэр, Арман пытается объяснить, что у тебя нет опыта.

— У него есть?

Мать замолчала.

Арман возмутился:

— Разумеется!

Клэр посмотрела.

— Чем ты управляешь?

— Семейными делами.

— Какими?

— Землями.

— Какими именно?

Он начал перечислять.

Клэр слушала.

Два имения.

Одно сдаётся.

Второе управляется старым управляющим.

Городской дом.

Несколько доходов.

— Хорошо. Какой чистый доход с первого имения за прошлый год?

Арман замер.

— Что?

— Чистый доход.

— Я не обязан…

— Не знаешь.

— Знаю!

— Сколько?

Он назвал сумму.