Замок в который раз мигнул зеленым и погас.

— Кто бы сомневался… Тук-тук!

Что-то пошло не так!

От грибов не должна была появиться пена, и еще в таком количестве. Правда, они с Тунридой всегда готовили съедобные грибы, но Ветта была уверена, что пены быть не должно.

А она была.

И ее было… много.

— Что это?! — маленькая женщина с копьем с возмущением смотрела на котел.

— Э-э-э… грибы варятся? — с вопросительной интонацией ответила девушка. Сейчас она и сама сомневалась в правильности готовки. Но ведь она всего лишь порезала грибы и кинула их в кипящую воду. Еще немного посолила, между прочим — своей солью, баночка была в кармане. Ей ведь не выдали никаких специй. Как творить в такой обстановке?

Копьеносица внимательно посмотрела на пену, взяла в руку немного и с опаской принюхалась. Ее глаза расширились от ужаса.

— Добавить соленость?!

— Гм, а что?

Тут из котла повалила новая порция пены, и ее поток нарастал. Словно это был не котелок, а специальный механизм для создания грязной зеленой пены. Утихомирившиеся после пробега хнуны холмовики с новыми воплями принялись носиться по пещере, пытаясь спасти книги и остальные вещи от пенной лавины. Копьеносица и вернувшийся высокий хогмен что-то кричали, но за общей суматохой Ветта их не расслышала. Девушка нашла спящую хнуну и взяла ее на руки; зверек мурлыкнул. Кругом была пена, а котел продолжал извержение.

«Божиня, скоро вся пещера наполнится!»

— Знаешь, а я уже вошла во вкус. Когда еще почувствуешь себя такой идиоткой? Ну-ка, повтори, как там?

— В одной стране вышел указ: «Шерифы всех городов должны проживать не в своём городе, а в специальном городе для шерифов». Ответь на вопрос: где должен жить шериф города шерифов?

Если бы рядом был Велиар, то он бы уже считал про себя: «Раз, два, три…». Но брата Рид поблизости не было, поэтому полукровка вскочила без всякого счета. Тунрида давно не была столь разъяренной.

— Ты! Долбаный замок Падшей! Если сейчас же не откроешь гребаную дверь, я тебя…

Рид не успела закончить: замок перестал светиться зеленым, поменяв окраску на нежно-розовую.

— Пароль назван верно, добро пожаловать! — произнес металлический голос, резко отличающийся от меланхоличного тенора, мучающего полукровку вопросами.

Дверь распахнулась, и из нее вырвался поток серовато-зеленой пены, в которой барахтались хогмены вперемешку с вещами. Спустя пару мгновений Рид осознала, что стоит с раскрытым ртом. Перемазанные холмовики верещали: солнце еще не село, а хогмены не выносят прямых солнечных лучей, предпочитая выходить из своих жилищ по ночам. Из пещеры выглянула Ветта, столь же чумазая, как и хозяева пещеры.

— Тунрида! Наконец-то! Я уже думала, что ты меня не найдешь!

— Что здесь произошло? Откуда вся эта пена?!

— Э-э-э, ну…

— Ты! — на входе из пещеры показался высокий хогмен. — Приносящая беды! Далеко не убежишь, как стемнеет, мы…

— Эй, красавчик, — окликнула позеленевшего от злости холмовика Рид. — Посмотри сюда!

Полукровка отодвинула край рукава, показав свою звезду.

— Лучше не лезь к моей подруге!

Хогмен еще какое-то время жег спутниц ненавидящим взором, но в конце концов с глухим бормотанием отступил вглубь пещеры. Остальные последовали за ним, прикрывая глаза от слепящего солнца. Когда последний из холмовиков забрался внутрь, дверь с оглушающим грохотом захлопнулась. Девушки остались на пенной поляне в одиночестве, хотя…

Из-под куртки Ветты послышалось приглушенное мычание.

— Тш, тише, миленький, я с тобой, — нежно проворковала графиня, стараясь успокоить зверюшку, пристроившуюся в куртке.

— Кто там у тебя? — изумилась Рид.

— Маленькая хорошенькая хнуну.

— Ты стырила у холмовиков домашнюю скотину?!

— Мы с ней подружились! И еще я случайно накормила ее грибами…

— Ладно, — перебила объяснения Тунрида. — Нам пора делать ноги. Эти мелкие дьяволята придут в ярость, когда заметят пропажу. До захода солнца нужно уйти как можно дальше от их пещеры.

— Это значит, я могу оставить его себе? — Ветта с мольбой посмотрела на полукровку. — Ну, пожалуйста!

— Хорошо, — со вздохом согласилась Рид. — Только хнуну нам не хватало для полного счастья! Пошли отсюда.

Забрав со стоянки вещи, девушки чуть ли не бегом припустили от зловещего места. Не останавливаясь, они шли весь остаток дня, а когда начало смеркаться, полукровка предложила переночевать на дереве.

— По деревьям они лазить не умеют, так что сегодня ночью нам лучше забраться повыше.

Сама Рид залезла на высокую сосну легко, несмотря на тяжелый рюкзак. Графиня долго не могла приноровиться: по деревьям она лазила разве что лет в десять. К тому же зверек тоже немало мешал подъему. Тем не менее, после нескольких провальных попыток, с помощью полукровки Ветте удалось забраться.

— Уф, наконец-то. Думаешь, они уже вышли на охоту?

— Скорее всего, солнце-то село.

Графиня внимательно вглядывалась в сгущающуюся тьму. Ей сразу начало казаться, что внизу копошатся маленькие тени. Словно почувствовав ее испуг, хнуну выглянул наружу из своего укрытия на животе девушки и лизнул Ветте щеку.

— Как ты его назовешь? — с улыбкой спросила Тунрида.

— Я даже не знаю, мальчик это или девочка.

— Вообще-то хнуну могут менять пол, так что имя следует выбрать, хм… нейтральное.

— Да? — удивилась графиня. — Не знала, что такое возможно. Как насчет Аквамарина?

Рид посмотрела на трехрогую мордочку предполагаемого Аквамарина.

— Уверена?

— Может, Сапфир?

— Стоит ли называть его в честь драгоценных камней?

— Но ведь он синий.

— Ну и пусть будет Синька!

— Фу, что за Синька? Кобальт или Индигорум…

— Синька, Синька… Смотри, ему нравится, вон аж светиться начал.

— Он светится!

— А ты чего ожидала? — пожала плечами Рид. — Он ведь пещерное животное, и как ты его к солнечному свету приучать будешь?

— Пусть сидит за пазухой, глядишь, постепенно привыкнет, — графиня задумчиво погладила светящееся синим цветом хнуну. — И все-такиСинька мне не нравится.

Глава № 7. Белочка.

Стоило Ветте забыться беспокойным сном, как ее тут же разбудили отдаленные раскаты грома. Графине ещё не доводилось встречать грозу в глухом лесу ночью, и теперь она подозревала, что и впредь постаралась бы этого избегать. Ослепительные вспышки молний где-то там, чуть восточнее, напоминали битву Магов. Воздух был тяжелым и влажным.

«Если гроза дойдет до нас, где же мы спрячемся от дождя? Под раскидистую и не слишком высокую ель?»

Заснуть в такой обстановке было нереально... для графини. Рид безмятежно посапывала рядом. Сон полукровки ничуть не тревожили нарастающие звуки грозы, и это вызывало у Ветты одновременно восхищение и легкую зависть.

«Интересно, дождь ее разбудит или она так и будет храпеть под ливнем?».

Вдруг неподалеку девушка услышала, как кто-то скребет землю. Не успев толком испугаться, Ветта увидела мягкое свечение Синьки (хотя не Синьки, конечно, а Лазурита). Зверек копался в земле, судя по всему, пытаясь откопать что-то увесистое. Вот теперь девушке стало жутко: она вспомнила рассказы о том, что собаки могут находить мертвецов.

«А вдруг здесь кого-то убили, и хнуну его обнаружил(а)?»

Очередной раскат грома прозвучал особенно зловеще…

— Тунрида, вставай! Проснись, Синька кого-то откапывает! — Ветта отчаянно затрясла полукровку, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Полукровка пробормотала что-то невнятное, но, судя по интонации, отнюдь не литературное.

— Рид, я серьезно, — продолжала тормошить её Ветта, уже почти на грани паники.

— О-о-о-отстань от меня! Сама заснуть не можешь и другим не даешь?

— Синька копает землю!

Тунрида открыла один глаз: «Вот когда кого-нибудь раскопает — тогда и буди!».