— Системы... обновлены. Мышцы... полны силы. Я готов... сокрушать врагов Вольного Народа.

На наблюдательной галерее стояли Макс, Лира с маленьким Александром на руках и стармех Громов.

— Ну что, Громов, — усмехнулся Макс, прикуривая сигарету. — Думали ли мы на каторжных причалах, что будем собирать живых титанов на краю галактики?

— Век живи — век учись, командир, — стармех с гордостью хлопнул ладонью по парапету. — С такими кораблями и бойцами нам никакой враг не страшен.

Лира коснулась плеча Макса:

— Это только первый корабль серии, Макс. Через полгода со стапелей сойдут еще два таких левиафана. Наш флот готов к выходу к дальним звездам.

Первый выход в открытый космос трехкилометрового биодредноута «Кронос-Заступник» стал демонстрацией мощи.

На рассвете акватория Глубоководной Колыбели забурлила. Вода над океанской впадиной вздулась куполом: заработали донные магнитогидродинамические ускорители. Из пены медленно поднялся исполинский корпус корабля. Чешуйки из литого базальта сверкали на солнце лазурными искрами.

Гравитационные движители оторвали трехкилометровую махину от водной глади, и флагман плавно устремился в зенит. Спустя тридцать минут биодредноут вышел на низкую орбиту, встав в единый строй с линейным кораблем-крепостью «Твердь».

— Интеграция нейросетей «Кроноса-Заступника» завершена на сто процентов! — доложила Ева на мостик. — Автоматика реакторов стабильна. Время реакции рельсовых батарей сократилось до трех миллисекунд благодаря кремниевым мышечным приводам!

А на полигоне скального мыса у Порта-Надежда шли испытания обновленного Игнациуса.

Семиметровый Био-Титан двигался по каменистому плато с неестественной для девяностотонной машины плавностью: углерод-кремниевые мышцы убрали металлический лязг суставов.

— Тестовая мишень: монолитная скала на дистанции два километра, — скомандовала Лилит.

Игнациус вскинул правую руку. Рельсотрон выплюнул очередь из десяти вольфрамовых стержней. Скальный утес толщиной в пятьдесят метров разорвало в пыль за десятую долю секунды.

Следом ожил трехметровый плазменный клинок левой руки: одним взмахом Титан рассек десятиметровую броневую плиту от распиленного крейсера карателей, оставив зеркальный оплавленный срез.

— Силовые параметры превышают стандарты Доминиона на четыреста процентов, — пророкотал Игнациус. — Броня регенерирует микротрещины за двенадцать секунд.

Пока армия оттачивала клыки, научный корпус на «Океаническом Ходоке-1» вел гидрографическую разведку. Экспедиция профессора Соколова и геологов погружалась во впадины южного шельфа.

На глубине двух тысяч восьмисот метров давление воды достигало трехсот атмосфер. Исследовательский аппарат «Искатель-1» с Соколовым, Нирой и Тимом на борту скользил вдоль базальтовой расщелины.

Стрелка гидроакустического сканера задрожала, зафиксировав аномалию.

— Впереди по курсу искусственный объект поперечником в полтора километра! — доложил Тим.

Батискаф обогнул утес, и прожекторы выхватили из бездны кольцо из иссиня-черного сплава невероятной плотности, на котором за миллионы лет не появилось следов коррозии. По внешней кромке тянулись пилоны-накопители, а внутри монолитной дуги виднелись тысячи пазов для фокусирующих кристаллов.

— Врата Пространственного Прокола... — благоговейно выдохнул Соколов. — Транспортные Кольца Первой Эпохи! Они законсервированы!

Через два часа на борт «Океанического Ходока-1» прибыл экраноплан с Максом и Лилит.

— Это стационарный гиперпространственный туннель мгновенного действия, — докладывал Тим. — Кольцо искривляет метрику пространства-времени, связывая эту точку с парными вратами в других секторах!

— Куда ведет прокол? — спросил Макс.

Тим вбил комбинацию из архивов «Стигмы-9»:

— В сектор «Корона Гегемонии». Прямо в заброшенный индустриальный хаб «Армада-Прайм»! Там находились главные верфи Чёрного Фонда, склады стратегического резерва и стазис-хранилища!

— Что нужно для запуска?

— Стартовый импульс порядка сорока гигаватт, — ответила Нира.

— Подтянем силовые кабели от трех реакторов «Кроноса-Заступника», запитаем линию от гидростанции Ново-Устья и дадим дугу через Голгофский кристалл, — подытожил Громов.

Подготовка заняла трое суток. «Кронос-Заступник» лег в дрейф над впадиной, опустив энергошины. На мостике Макс опустил пусковой рубильник.

В океанскую пучину ударил энергетический поток. На глубине трех тысяч метров черное кольцо Врат озарилось сапфировым светом. Вода внутри полуторакилометрового кольца расступилась под действием гравитационного барьера, и в центре монолита развернулась мерцающая золотом воронка прокола.

Врата Древних открылись.

— Канал стабилен! — доложил Тим. — Верфи «Армады-Прайм» ждут авторизации!

— Игнациус, бери штурмовой батальон химер и автоматонов, — скомандовал Макс. — Мы заходим первыми.

Переход сквозь Врата прошел плавно: гравитационная диафрагма кольца надежно отсекала трехсоткратное гидростатическое давление океана, не пуская воду в вакуум. Суда авангарда выскользнули из сапфирового марева прямо на орбиту узловой системы «Корона Гегемонии».

Перед глазами отряда раскинулись верфи «Армада-Прайм» — орбитальное кольцо диаметром сто километров, опоясывавшее мертвую планету. В стапельных захватах покоились недостроенные корпуса супердредноутов, вокруг дрейфовали миллионы тонн конструкционной стали и заиндевевшие монтажные краны.

Охранные дроны базы с роторными плазмометами попытались атаковать непрошеных гостей, но десантный челнок уже зафиксировался на платформе командного узла.

Первым на настил шагнул Био-Титан Игнациус. Девяностотонный исполин принял на базальтовую броню залпы плазмы, сокрушив головные платформы роботов огнем рельсотрона и рассекая турели плазменным клинком. Следом ворвались штурмовые группы химер Райны и Варры. Макс и Лилит зачистили коридоры шпиля за восемь минут без единой потери.

Тим подключил сервисный кабель к главному терминалу, введя мастер-коды фон Рауха:

— Авторизация подтверждена! Охранные контуры отключены!

То, что открылось на консоли, превзошло все ожидания.

В герметичных стазис-бункерах спали триста пятьдесят тысяч человек — корабельные инженеры, ядерные физики, металлурги и судостроители, законсервированные аристократами в начале Гражданской войны.

В сухих доках обнаружились:

Четыре орбитальных фабрикатора нулевой гравитации;Два заложенных корпуса супердредноутов класса «Император» длиной по два с половиной километра;Миллионы тонн легированного вольфрама, тантала и ядерного топлива.

Макс включил прямую связь с Багряной Колыбелью сквозь Врата:

— Громов, Ева, открывайте транспортные шлюзы. Начинаем операцию «Великое Возвращение». Мы забираем заводы, доки и людей.

Операцию «Великое Возвращение» Макс разбил на четыре строгих этапа, рассчитанных на полтора года:

Этап 1. Обратная артерия жизни (1–2 месяцы): С Багряной Колыбели сквозь Врата пошел встречный поток ресурсов. Челноки доставили кислород, артезианскую воду и твэлы, заполнив резервуары жилых секторов станции и прогрев реакторы.

Этап 2. Ступенчатая разморозка (3–12 месяцы): Нира и Вера первыми пробудили пятьсот врачей и инженеров жизнеобеспечения. После их адаптации конвейер заработал по графику: размораживали по десять тысяч человек каждые три недели. Пробужденные специалисты готовили доки, а семьи отправляли на планету в строящиеся базальтовые кварталы.

Этап 3. Буксировка циклопических конструкций (8–14 месяцы): Транспортировка корпусов супердредноутов класса «Император» (2500 м длины на 400 м ширины) сквозь 1500-метровое кольцо Врат стала ювелирной задачей. Сориентировав остов строго по оси прокола, трехкилометровый «Кронос-Заступник» и тягачи со скоростью полметра в секунду протянули первый корпус за 36 часов. Всплыв на надувных понтонах в океане Кроноса-4, остов встал в глубоководный док Надежды.