— Сверху! — гаркнула Райна.

Четверо паразитов сорвались с потолка. Макс мгновенно вскинул дробовик.

Тяжелый выстрел вольфрамовым монолитом в упор разнес костяной панцирь первого хищника, превратив его внутренности в синий гель.

Лилит сработала в невесомости с невероятной грацией. Оттолкнувшись от стены, она пролетела два метра и двумя движениями стилетов подсекла костяные суставы сразу двоим подлетающим тварям. Обезглавленные паразиты упали на настил, истекая сукровицей.

Райна и Варра открыли заградительный огонь из пулеметов. Бронебойные пули рвали хищников на куски.

Тим нанес РЭБ-удар. Высокочастотный акустический импульс ударил по навигационным органам тварей — остатки стаи закрутились на месте, потеряв ориентацию. Макс выбил последнего подползающего мутанта ударом приклада.

— Путь чист, — отрезал Макс. — Лилит, где вход?

Лилит указала винтовкой на органический клапан в конце коридора:

— За этими воротами. Там покоится Мембрана.

Крак подобралась к органическому затвору и включила плазменный резак. Ослепительный факел за секунду расплавил костяные ригели. Створка со скрежетом отошла в сторону, открывая проход в Центральный Регенерационный Отсек.

Двадцатиметровый купольный зал из светящихся водорослей был заполнен паром. В самом центре, зажатая в гидравлических тисках вейлорнского стазис-контейнера, покоилась она.

Живая Мембрана. Десятиметровое полотно из гибкой, сияющей лазурным светом биосинтетической ткани ритмично пульсировало в прозрачном крио-геле.

Но овладеть трофеем просто так не удалось.

Свод купола задрожал. Из верхнего органо-канала на настил с сокрушительным ударом рухнула Матка-Паразит. Четырехметровый гигант, закованный в панцирь из костяного титана. Из его плеч отходили две трехметровые клешни, а в глубоких глазницах горели четыре светящихся глаза. Тварь издала ультразвуковой рев.

Макс быстро оценил толщину панциря. Пулеметы химер скользнули бы по этой броне.

— Ева! Спускай Игнациуса! — гаркнул Макс в гарнитуру.

Над куполом загремела гидравлика. Платформа, опущенная с фрегата через пробитую верхнюю секцию, ухнула вниз.

Пятидесятитонный Дредноут Игнациус шагнул с подъемника прямо на настил. Стальной гигант прошёл сквозь клубы пара, его красные окуляры вспыхнули малиновым огнем.

Вокодер на его груди отдал рокочущим басом:

— Тяжелая биологическая аномалия… Цель зафиксирована.

Матка с ревом рванулась навстречу, занося клешню. Но Игнациус сработал на опережение.

Сдвоенное тридцатимиллиметровое орудие загремело непрерывным огнем. Бронебойно-зажигательные снаряды в упор разнесли суставы правой клешни мутанта. Костяной панцирь лопнул, истекая закипающим гелем.

Не давая твари опомниться, Дредноут сделал шаг вперед и вонзил плазменный гидрокулак прямо в центральную грудную пластину хищника.

Пламя плазменного кулака за две секунды выжгло внутреннее нервное ядро. Туша Матки билась в судорогах еще секунду, а затем безжизненно рухнула на настил.

— Крак! Забирай Мембрану! — скомандовал Макс.

Хитинка вместе с автоматонами подскочила к контейнеру. Резак за секунды срезал кронштейны. Захваты подхватили десятиметровый контейнер с Мембраной и загрузили его на платформу Игнациуса.

Фрегат расцепил зажимы и вернулся во внутренний ангар «Тверди».

Крак и стармех Громов не теряли ни минуты. Под их командованием автоматоны вытащили сияющее биосинтетическое полотно к внешним носовым шпангоутам второй палубы.

Крак обработала титановые плиты обшивки кислотным флюсом, создавая микроскопические поры. Громов на кране подвел Мембрану вплотную к металлу, а автоматоны прижали ее края кронштейнами.

— Ева! Подавай токовый импульс! — гаркнула Крак.

Квантовый вычислитель подала команду на реакторный узел. Реактор «Тесла-6» отдал короткую дугу. Токовый импульс, пропущенный сквозь преобразователь Голгофского кристалла, ударил по контактным узлам Мембраны.

По внешней обшивке «Тверди» прошёл ослепительный сине-голубой всполох.

Живая Мембрана ответила органо-электрическим импульсом. Лазурные жилы ожили, выплескивая тысячи тончайших фосфорных корешков. Био-ткань начала прорастать прямо сквозь поры полтораметровой титановой брони, сплетаясь со стальным каркасом на молекулярном уровне.

Спустя два часа внешняя носовая часть Корабля-Крепости преобразилась. Живая Мембрана полностью срослась с титановым панцирем. Место стыка засияло мягким пульсирующим светом. Био-ткань начала выделять особый органо-титановый секрет: белые царапины от астероидов и старые вмятины прямо на глазах начали сглаживаться и затягиваться новой регенерирующей броней.

Ева вывела результаты сканирования на Мостик:

«Прививка Живой Мембраны успешна. Прочность носового сектора выросла на двадцать два процента. Скорость авторегенерации мелких повреждений корпуса — три миллиметра в сутки».

Макс стоял у панорамного бронестекла. Рядом замерли Лилит, Нира, Эля и профессор Соколов. Они смотрели на экраны, где нос их судна мягко светился лазурными жилами.

— Боже мой… — тихо выдохнул профессор Соколов. — Это уже не просто стальной военный корабль… Это настоящий Корабль-Планета.

— Наш дом умеет лечить свои раны, — произнесла Лилит, положив ладонь на плечо Макса.

Макс посмотрел на звёздный океан, простиравшийся перед ними, и спокойным тоном отдавал распоряжения:

— Ева, разгоняй маршевые. Выходим из разлома.

Друзья, если вам нравится мое творчество, пожалуйста, поставьте лайк и подпишитесь, вам не сложно — а мне стимул писать и дальше)