– … разные виды.

Я повторяла за ним на автомате. Я не очень-то понимала, что он говорит. Больше слушала звук его красивого глубокого голоса.

– Ах! – спазм за лоном скрутил меня так, что я невольно дёрнулась и уткнулась лбом в шею Эльзаса, тяжело дыша.

– Ди…

– Ничего. Просто судорога. У меня бывает.

– Знаю я,что это за судорога , – самодовольно хмыкнул Эльзас, – с вашего позволения, я помогу вам, виана…

Как же сильно БЕСИТ!!! Или это не "бесит", а что-то другое?..

– Н-нет, мы не должны этого делать, Эльзас...

Эльзас замер. Хотя и не похоже было, что он может остановиться.

Но он – смог.

А я…

А я смогу?

Космос Великий, стыд-то то какой…

Мне жарко и больно. И я ничего не соображаю.

Наша раса славится тем, что инстинкты могут взять верх над разумом. Но у меня это происходит только когда я с Эльзасом. Он будто выключает мою волю, и на максимум выкручивает желание внутренней самки.

– Моя сладкая виана, – горячо шептал Эльзас мне на ухо, всё продолжая держать меня под зад на весу, распластав между своим мощным телом и стенкой замершего лифта, – моя… Ди, просто объясни мне...

– Что?

– Почему ты от меня бегаешь, Ди? – в горячий шёпот Эльзаса примешивались страдальческие нотки, а тут же их сменила холодная властность. – Это совершенно бессмысленно.

Ну и гад! Понятно, что ни этикой ни моралью – даже не запахнет, если атлантианец решил, что ему что-то нужно. Более амбициозных индивидов ещё пойди поищи!

Но…

Меня так заводит эта его манера!

Дёргает за самые потаённые струны.

Да чтоб его…

– Ди, если ты немедленно не…

– Заткнись, Эльзас, – процедила я сквозь зубы, лишаясь последнего самообладания, – заткнись и…

“возьми меня”.

Я не сказала.

Я лишь подумала.

Он не мог слышать – ведь мы не женатая шиарийская пара, связавшая разум псионическими линиями.

Мой хвост на автомате продублировал мой порыв на шиарийском жестовом. Но Эльзас его понимать никак не может…

Мы разные виды. И между нами не только генетическая, но ещё и культурная пропасть.

И тем не менее.

Он как-то догадался.

Бросил беглый взгляд на мой хвост.

За этим последовал изнуряюще-длинный взгляд глаза в глаза – который по факту длился мгновение, не больше. Но я уже горела. Я была готова биться в припадке. Если он не... если...

Руки Эльзаса вновь оказались под моей юбкой.

И я никак не выказала возмущение (и даже слегка кивнула) когда атлантианец стянул с меня нижнее бельё (насквозь промокшее моими женскими соками! Вот чёрт!!!)

А потом бельё скрылось в кармане его мундира.

А ещё через удар сердца – случился срыв.

Мы подались друг к другу, я вжала своё тело в его, так что дальше некуда.

Его рот снова завладел моим.

Губы горели. Языки сталкивались. И это было так остро... так вкусно… и так мало, всегда мало. Мне не хватало этого.Отчаянно не хватало четыре года. И теперь я пила Эльзаса также как он пил меня. Неистово… болезненно сладко.

Я чувствовала каменную эрекцию атлантианца... На ощупь расстёгивала ремень его брюк…

И жесточайшего нарушения внутреннего распорядка на этом закрытом объекте – было уже не избежать.

...Я в его руках. Он держит меня на весу, прижав спиной к стене просторного “внезапно” застрявшего между этажами скоростного лифта. Я – обнимаю его ногами, обиваю хвостом. Глажу безупречную мощную грудь, забравшись под полы распахнутой рубашки. И всё это не прерывая стихийный порабощающий поцелуй.

И вот когда Эльзас легко входит в меня – уже отчаянно истекающую от вожделения – как будто бы короткой вспышкой откуда-то издалека до меня доносится отражённое понимание:кажется, я делаю что-то, чего не стоило бы...

И тут же понимание рассеивается – разваливается, как замок из сухого песка – Эльзас начинает двигаться во мне, растягивая изнутри – в идеальном, словно подобранном лично для меня темпе. Его руки – повсюду, его губы – завладели не только моим ртом, но и моей волей.

Я могу только тихонько постанывать атлантианцу в рот на каждый безупречный толчок во мне.

Мой хвост вновь ласково потирается об обнажённый торс атлантианца, Эльзас накручивает его на свою руку и властно сжимает в ладони кончик. Мой хвост – потерян – он разомлел и...и всё! – я утратила над ним какой-либо контроль.

Просто плыву по течению...

Просто…

Эльзас ускоряется тогда, когда мне это нужно. И замирает тоже идеально вовремя.

…А через несколько моих оргазмов и один его я просто падаю атлантианцу на грудь.

Мы, не размыкая крепких объятий, опускаемся на пол. Эльзас выскальзывает из меня.

Сама не понимаю, как вышло так что он лежит на спине на полу лифта поверх распахнутого мундира, а я блаженно бездумно лежу щекой на его груди.

Но уже через полминуты я встрепенулась.

До меня дошло в полной мере: ЧТООООО?!!!

Что-что я сделала?! Я максимально усложнила свою ситуацию!

Да ещё и в лифте военного ведомства, куда меня вызвали к определённому времени! Да я же... Да мне же…

– Не беспокойся так, Ди, – мурлыкнул мне на ухо Эльзас, и вдруг поднёс кончик моего хвоста к своему рту и нежно коротко прижался к нему губами.

Мой хвост... обмер. Это был “контрольный выстрел”. Поцеловать шиарийке кончик хвоста… это… это… это безумно рискованно и... о чём он думает вообще?!! Да он псих!

Но хвост бездействовал. Хвост был безопасен. И я не понимала… как так-то?! Это против моей природы! Поцелуй шиарийского хвоста – перебор!

И тут Эльзас меня добил:

– Я немного не так планировал начать заседание комиссии, на которое ты приглашена, Ди. Но… так определённо лучше.

На меня словно вылили таз ледяной воды, я распахнула глаза на атлантианца:

– ТЫ ведёшь заседание?!

Глава 4

Разум взорвался тысячей неприятных мыслей, среди которых самая нелепая даже издевательская – о том, что административного (или уголовного) наказания за сношения в лифте объекта государственного значения – всё же не последует.

Я вскочила на ноги и начала оправлять одежду чертыхаясь.

Эльзас недовольно оглядел меня. Нахмурился. Но тоже быстро поднялся на ноги и привёл себя в порядок — застегнул рубашку, надел штаны, провёл ладонью по тёмным волосам — и всё! Как будто не он только что доводил меня до безумия.

Ох, что-то мне подсказывало, что я не выгляжу также хорошо.

– Ди, нам нужно…

– Я не знаю, что это такое. Эльзас. Что происходит с моим телом и хвостом, – перебила я. – Наверно есть в моём геноме какой-то изъян. Особенность. И он комплементарен твоему… то есть твоей особенности. Надо разобраться и заблокировать… это какая-то странная ошибка.

– Ошибка? – холодно процедил Эльзас. Теперь по нему было невозможно угадать, чем мы ещё так недавно занимались.

– Да, – горячо выпалила я, – это ненормально! Это не мой выбор. Я бы никогда…

У Эльзаса вдруг стало такое лицо, будто я дала ему пощёчину.

– Что “никогда”?

Я растерялась. Тело в раю, голова в панике, хвост – и вовсе словно пьян или частично парализован. Нужных слов не шло на язык.

– Ты атлантианец, – неловко выдала я, – а я шиарийка.

Нет, неправильно! Я всё время говорю с ним неправильно. Надо сказать ему так много и…

– То есть, Эльзас, я имела в виду…

– Я тебя услышал, Ди. А теперь поспешим на заседание. А после… я с тобой поговорю.

Не “мы поговорим”. А “я с тобой поговорю”. Как-то это… жёстко и холодно. Точно Эльзас надел маску, закрылся от меня в какую-то скорлупу. В груди царапнуло холодком. Он стал похож на типичного ледяного атлантианца. Из тех, что могут сказать, что дети им неинтересны… семья – не нужна. А карьера – это его единственный приоритет.

Если случится интрижка с горячей шиарийкой – отлично, он с радостью проведёт с ней свободное время между миссиями государственной важности. Интересно, сколько подобных эпизодов с разными женщинами у него было за эти четыре года?