Но, несмотря на внешнее спокойствие, они были насторожены, как звери, почуявшие чужака. Потому что их защитные Заклятья не сработали.

Мёртвая пустыня на поверхности — вершина воронки. Проходя сквозь неё, каждый попадает под действие Заклятий, которые вытягивают всё — расу, род, мысли, желания. И когда ты оказываешься на лугу, Фейри уже знают кто ты и зачем пришёл. И если ты нужен им — они откроют ворота.

Но обо мне они знают только то, что я есть, потому что я стёрла руну Невидимости. Для них я фантом, обманувший защиту, которую они считали безупречной, и они застыли, разбирая меня взглядом, как добычу.

Хищная эмоция, написанная на их лицах, ещё больше подчёркивает их дикое совершенство. Фейри — самая красивая из Рас. Но их красота не соблазняет и не впечатляет — она требует поклонения.

Большая часть людей, оказывающихся здесь, падает перед ними на колени. Они считают Фейри полубогами. Им даже в голову не приходит, что половина крови, текущей под сияющей бархатной кожей, принадлежит Падшим. Они даже не подумают, что души, обитающие в этих безупречных телах, подчиняются Лимбу.

За их спинами, за пределом Золотых Ворот, лежат Благословенные Земли. Там нет старости. Там — вечное лето. Там существа, красотой равные звёздам, танцуют так, что невозможно оторвать взгляд, и поют так, что перехватывает дыхание.

За этот идеальный мир тысячи когда-то живших на поверхности Кайер Иса заплатили своими жизнями. Это тёмная сторона легенды. Так же, как и то, что за прекрасными улыбками Фейри скрыты острые клыки.

— Я посланец Эгерии к королеве Лиарэ. По личному делу, — сообщаю я на языке Фей.

Слова остаются сладостью на языке, лица Фейри принимают привычное безразличное выражение.

Кто может послать кого-то, кого не остановит защита Кайер Иса? Например Эгерия — существо, чья Магия не поддаётся пониманию.

Ворота открылись. Фейри нырнули в открывшийся тёмный проход и, пропустив меня через порог, замкнули в кольцо. Двигаясь бесшумными тенями среди покрытых мхом стен, Стражи стали невидимками. Тёмно-зелёная одежда, чёрные волосы и их смуглые лица исчезли в окружающей темноте. Но ни один из них не покинет меня, пока я не войду в покои Лиарэ.

Туннель закончился круглой пещерой, выход из которой закрывала водная завеса. Там, внизу, насколько я знаю географию Благих Земель, — озеро Ис.

Вода с шумом падала со скалы, заглушая мысли. Фейри по очереди подходили к каменному выступу, один за другим исчезая за поворотом скалы. Когда шестой Страж скрылся за пределом грохочущего потока, Фейри, стоявший ближе, кивнул мне в сторону водопада:

— Иди.

За выступом водная завеса разделялась на две части. Под ней — тонкая каменная тропинка, скользкая от попадавших на неё капель. Вниз уходило узкое скалистое ущелье, на дне которого водный поток превращался в ревущий водоворот. За пределом камня начиналась земля — чёрная и влажная.

Начинался Кайер Ис.

Фейри привыкли к этому перепаду и шли, не замедляя шаг. А я ступила на Благую Землю, медленно прикасаясь нервами к волшебству.

Магия заплясала вокруг, ласково щекоча кожу. Прошлась вдоль позвоночника электрическим разрядом. Вместе с воздухом наполнила мои лёгкие и, наконец, проникла в кровь — сладкой безмятежностью.

Смотри, Кайла, каким видят Кайер Ис смертные — таким ты его ещё не видела.

Этот мир создан для радости. Конечно, пришедшие сюда жаждут остаться тут навечно. Сотни тысяч замирали на этой горе, лаская взглядом горизонт. Вглядываясь в мягкое сияние неба, ширящееся всё ярче по мере того, как поднимаешь голову от макушек огромных Каури.

Скалистые утёсы, ущелья и обрывы передо мной — Благие Земли. И лес. Бесконечный. Дикий. Наэлектризованный Магией.

Фейри, те, что жили тут прежде, не признавали никаких жилищ. Пещеры были их домами, трава Кайер Иса — постелью. Дворец Королев был построен на развалинах их жертвенников — в самом сердце Кайер Иса. Там, где они поклонялись своим Создателям. Для всех, кроме Фейри, — Падшим.

Мы двинулись к воде. Скалы сменились бесконечным морем цветущего вереска, спускающегося до самой реки. С каждым метром дорога становилась обрывистей. Под ногами песок утрамбован до состояния скалы, а из него — тонкая паутинка ростка. Иголки собраны сверху, как крошечный парашют — так рождаются могучие Каури.

Я остановилась. Фейри, шедший за мной, резко затормозил и зашипел, обнажив клыки. Глаза сузились, пальцы сжали меч. Я показала ему росток — и вместо благодарности получила подозрительный взгляд.

Традиции позволяют Древним Расам оставаться сильными. Тёмные Эльфы празднуют День Сотворения, чтобы помнить, кто они и кем были их предки. Традиции учат Светлых Эльфов заплетать цветные шаури в волосы и ненавидеть Тёмных. Фейри не переносят ни те, ни другие, а сами Фейри плевать хотели на всех — с самой высокой горы Кайер Иса. Их мир и их Создатели — это всё, что их волнует. Их святыни — камни и деревья, и одна из них — тут, прямо под ногами.

Для Фейри Каури священны. Они имеют души и в следующей жизни родятся Феями. Первородные хотят, чтобы они росли там, где нужно им, а Каури прорастают, где вздумается. Поэтому скоро этой крохе предстоит путешествие с кем-то из Королевского Рода — поближе к дворцу.

Когда ацклеорги захватывают мир, Каури отдают свою Силу, заряжая всё вокруг: воздух, землю, воду. И ацклеорги отступают. Если бы не Каури, эти твари давно сожрали бы все миры. Жаль, что эти деревья не могут расти там, где нет Магии.

На берегу не было ни пристани, ни помоста — только две лодки возле берега. Спустившись к самой воде, мы ступили на борт и сразу отчалили. Карбасы понеслись со скоростью моей «Хонды» на автостраде. Только вместо покрытой титаном стали — резное дерево. И вместо заряженного движка мощностью в двести лошадок — Заклятье, движущее вперёд эти древние плавучие средства.

Река стала уходить вправо, лодки сбавили скорость и прямо перед поворотом зарылись килем в прибрежный песок. Мы сошли на берег. Здесь воздух был другим, не таким, как в горах. Он был лёгким и сиял, как хрусталь. Кроме Каури, здесь не росли никакие деревья. Земля была покрыта травой и цветами, похожими на маленькие звёзды.

Дыхание древнего леса забилось в моём теле ровным приливом — даже Рунная Магия не способна была скрыть меня от него.

Если когда-нибудь Линда спросит, как выглядит дворец Королевы Фей, я скажу ей: «Помнишь сказку об изменчивом облачном замке Фата Морганы, сияющем в золоте рассветов и ярости закатов?»

— И какое это имеет отношение ко дворцу Королев? — спросит Линда.

— Ну знаешь, — скажу я ей, — Другое для сравнения просто не подходит, ведь дворец Фей построен из росы, поймавшей первый рассветный луч, радуги над морем и музыки, которая ещё не родилась.

И тогда Линда засмеётся и скажет, что из такого не строят дворцы даже Феи. — А на что он похож больше всего? — всё же спросит она.

— На сон перед самым радостным днём в жизни. — отвечу я, — Или на мечту.

А всё потому, что дворец каждый видит по-своему. Он соткан из Иллюзии, которую питает Магия жертвенника, на которой он стоит. В нём живут Фейри Королевских Домов, когда им надоедает шататься по другим мирам в поисках развлечений.

Двери дворца открыты в любое время дня или ночи. Музыка в его залах никогда не смолкает, и столы, полные угощений, никогда не пустеют. Смертные, попавшие внутрь, забывают любое время, кроме сейчас. И, выходя оттуда, они не желают ничего, кроме как вернуться назад. Для них нет больше жизни вне его стен.

Один из Стражей обратился ко мне — и после его слов я поняла, что не смогу рассказать Линде, как выглядит дворец изнутри. Чтобы встретиться с Лиарэ, мне нужно было идти в другую сторону.

Мы пошли навстречу нарастающему шуму воды. На карте Кайер Иса в этом месте — подземное озеро, окруженное множеством гротов. Возле одного из них нас ждали две Феи, одетые в оранжевые платья, расшитые золотыми листьями. Я натянула повыше шемаг и приняла суровый и торжественный вид — какой и положен посланцу Эгерии.