Вызвав Осколок Полуночи, Санни напряг все мышцы своего тела и ударил по щупальцу, прямо под тем местом, где оно обвилось вокруг нижней части туловища Касси. Он знал, что не сможет причинить серьезного вреда этим ударом, который замедлился из-за тягостного сопротивления черной воды.

Однако его удивительный меч все еще был достаточно острым, чтобы рассечь мясистое щупальце, в результате чего из раны хлынуло облако темной крови.

Щупальце яростно дернулось и метнулось в сторону, словно пытаясь стряхнуть нападавшего. Пролетая сквозь тьму, Санни держался за жизнь и двигал лезвием вверх, рассекая губчатую плоть.

Он не надеялся отрубить щупальце одним ударом. Никакая сила не позволила бы этого сделать. К счастью, мечи были способны пронзать, резать… и рубить.

Нажав на лезвие, Санни глубоко врезался в щупальце. Когда цуба уже собирался коснуться раны, он изменил хватку и потянул тачи вниз. Плоть монстра раздвинулась под острым лезвием, почти не оказывая сопротивления.

Поток крови хлынул наружу, и с последним толчком щупальце было полностью отрезано.

Санни наконец-то смог переключить свое внимание на Касси, чтобы узнать, как она себя чувствует.

То, что он почувствовал, заставило его нахмуриться. Слепая девушка была едва в сознании.

Ему нужно было как можно быстрее доставить ее на поверхность.

Оттолкнув дергающиеся остатки щупальца, Санни убрал меч и схватил Касси за туловище, чувствуя, как холодеет ее кожа сквозь тонкую ткань туники.

Слабенькая девушка пыталась сопротивляться, не понимая, что это он, а не монстр. Прижав слепую девушку к груди, Санни задрал голову и почувствовал, как волна отчаяния разбивается о стены его сознания.

Его легкие бились в агонии, в них не осталось воздуха. Его тело медленно теряло силы, полное ужасной боли и жаждущее глотка свежего воздуха с безумной силой. Даже если бы он мог что-то видеть, в этот момент его зрение начало бы темнеть.

А они были так, так далеко от поверхности.

Хуже того, ужас глубин теперь был оповещен о его местонахождении. Бесчисленные щупальца уже шевелились, окружая их непроницаемым барьером из плоти. Через секунду-другую они были бы раздавлены насмерть в разрушительных объятиях морского чудовища.

Санни не знал, как их спасти.

Но он не собирался сдаваться, несмотря ни на что.

Сделав трудный гребок свободной рукой, он крепко ухватился за Касси и поплыл вверх. Щупальца приближались, перекрывая все пути к спасению. Санни стиснул зубы и…

В следующее мгновение вода вокруг них вдруг стала чисто белой.

Накаленное сияние заполнило огромное пространство проклятого моря, уничтожив все признаки темноты. Взрыв света был настолько сильным, что пронзил веки Санни и больно ударил по глазам.

Словно где-то далеко под ними зажглось миниатюрное солнце, превратив бескрайнюю черную бездну в девственно белую пустоту. Приливные потоки сияющей воды неистово бурлили, повергая мир в смятение.

Гигантские щупальца бешено бились и извивались, словно в муках невыносимой боли. Непробиваемый барьер из плоти распался.

Санни не собирался упускать этот шанс.

Напрягая свое задыхающееся тело, он поплыл к поверхности, уворачиваясь от извивающихся щупалец. В лучах яростного белого солнца, палящего в глубине, он отчетливо видел их очертания. Двигаясь все быстрее и быстрее, он подталкивал себя вверх всем, что у него оставалось.

Санни знал, что всплывать так быстро опасно, но другого выбора не было. И у Касси, и у него самого оставалось не так много времени.

Им нужен был воздух.

Хотя казалось, что прошла целая вечность, белое сияние начало тускнеть всего через несколько мгновений. Но это не имело значения. Санни уже миновал барьер из щупалец, плывя вверх с отчаянной скоростью.

Он боялся, что они не успеют. Его сознание уже начало ослабевать, медленно погружаясь в холодные лапы пустого небытия. Даже зная, что вокруг нет ничего, кроме воды, он все равно был охвачен самоубийственным желанием открыть рот и вдохнуть как можно глубже. Его мышцы спазмировались, слишком долго лишенные кислорода.

…И вот, наконец, голова Санни вынырнула на поверхность. Ослепленный болью, он сделал вдох и неконтролируемо закашлял.

Крепко сжатая в его объятиях, Касси делала то же самое. Ее грудь неровно двигалась вверх-вниз, всасывая сладкую амброзию воздуха. Санни никогда раньше не знал, насколько он ценен, даже когда медленно отравлялся вредным, загрязненным воздухом окраин.

Они сделали это.

Пытаясь взять себя в руки, Санни огляделся. Последние остатки белого сияния давно исчезли, стерлись, словно их никогда и не было. Мир снова поглотила абсолютная тьма.

Однако далеко на востоке из-за горизонта вот-вот забрезжит первый рассветный свет.

Поймав взгляд на гигантскую каменную руку, Санни схватил Касси за плечи и поплыл в том направлении.

Санни чувствовал, что он на пределе своих возможностей. За последние несколько дней он слишком много издевался над собой. Теперь даже трудно было вспомнить, когда он спал в последний раз.

Возможно, за день до того, как залез на Дерево Пожирания Душ в поисках особого плода.

С тех пор он пережил мучительную пытку трансформации Плетения Крови, провел бесчисленные часы на грани психического коллапса, чтобы противостоять эффектам очарования, искалечил руки, чтобы не потерять сознание, провел лодку через ужасы темного моря в абсолютной темноте, увидел, как ее уничтожает ужасный обитатель глубин, и сразился с этим монстром в холодных черных глубинах, едва не утонув в результате.

Его тело и разум были на грани отключения.

Несмотря на это, Санни упрямо продолжал плыть, приближая себя и Касси все ближе и ближе к гигантской каменной руке, которая поднималась из воды, словно пытаясь обхватить небо.

Вокруг него бушевало темное море, все еще не оправившееся от последствий светового взрыва, потрясшего его некоторое время назад. Высокие волны грозили утопить двух Спящих, швыряя их, как игрушки. Борьба с ними была нелегкой задачей.

И все же он упорствовал.

Рассвет приближался, но пока вокруг них были только холод, тьма и опасность. В любую секунду что-то могло подняться из глубин бездны и положить конец их отчаянным попыткам спастись.

По крайней мере, щупальца исчезли, возможно, их отпугнула боль от обжигающего света.

Каким-то чудом Санни в конце концов удалось добраться до каменной руки.

Подняв Касси, он помог ей взобраться на темные камни и последовал за ней. Вскоре они добрались до раскрытой ладони и доползли до ее центра, а затем упали, совершенно обессиленные и измученные.

Долгое время никто из них не мог говорить. Все, что мог делать Санни, — это лежать неподвижно, делать хриплые вдохи и пытаться не заснуть.

В его голове не было никаких мыслей. Это было прекрасно, потому что он не хотел думать. Если бы он захотел, то был бы вынужден вспомнить… вспомнить, что случилось с…

«Заткнись!»

Какой смысл вспоминать? Он не мог ничего изменить.

Звук черной воды, разбивающейся об основание гигантской руки, напомнил ему, что ночь еще не закончилась.

Открыв глаза, Санни попытался понять их нынешние обстоятельства.

Их убежище слегка возвышалось над волнами, основание гигантского большого пальца почти касалось поверхности темного моря. Ладонь была не очень просторной, примерно в два раза меньше круглой платформы, которая спасла ему жизнь в первый день на Забытом берегу. Она была направлена вверх, образуя небольшой наклон.

Пальцы были выше волн и достаточно широкими, чтобы вместить человека, но они были загнуты вверх, к небу, что делало их менее пригодными для использования в качестве убежища.

«Нам нужно отойти подальше от воды.»

С этой мыслью Санни устало встал и наклонился, чтобы коснуться плеча Касси.

— Касси. Встань. Мы должны двигаться выше.

Его голос звучал пусто и ломко.