Касси замолчала, вспоминая.

— Я снова увидела человеческий замок. Только на этот раз это было ночью. В черном небе горела одинокая звезда, и под ее светом замок внезапно охватило пламя, и по его залам потекли реки крови. Я видела труп в золотых доспехах, сидящий на троне; женщину с бронзовым копьем, тонущую в потоке чудовищ; лучника, пытающегося пронзить своими стрелами падающее небо.

Наконец, она подняла голову, ее лицо было полно ужаса.

— В конце концов, я увидела колоссальный, ужасающий багровый шпиль. У его основания семь отрубленных голов охраняли семь замков. А на вершине… умирающего ангела пожирали голодные тени. Когда я увидела, как ангел истекает кровью, я вдруг почувствовала, как будто… как будто у меня отняли что-то настолько ценное, что это невозможно описать словами.

Ее голос стал тише.

— Затем я почувствовала столько горя, боли и ярости, что то немногое, что осталось от моего рассудка, казалось, исчезло. Тогда я проснулась… кажется.

Нефис и Санни некоторое время молчали, пытаясь осмыслить то, что рассказала им Касси. Даже если у Нефис и была какая-то идея, она ею не поделилась. Санни, однако, был совершенно растерян. Он не мог даже начать расшифровывать скрытый смысл видения… если он вообще был.

Раньше видение Кассии о замке было довольно простым. Оно показало ей человеческую крепость и даже направление, в котором она находилась. Однако на этот раз ее сон был разрозненным, полным странной символики и смутных, неопределенных образов, больше похожим на пророчество шарлатана, чем на видение, полученное через способность Аспекта.

Наконец, он вздохнул.

— Может быть, это действительно был просто кошмар. Твои предыдущие видения были не такими, верно?

Касси молча покачала головой.

Санни почесал затылок.

— Ну… обычно люди не видят сны в Царстве Снов, но ты видишь. Возможно, случайные кошмары время от времени — это побочный эффект твоей способности.

Слепая девушка повернулась к нему, на ее лице было написано слабое облегчение.

— Ты действительно так думаешь?

Он замешкался, пытаясь подобрать нужные слова.

— Почему бы и нет? Это вполне возможно.

Внутри, однако, он чувствовал беспокойство.

«Умирающий ангел, поглощенный тенями… почему это звучит так зловеще? В будущем я должен стараться держаться подальше от ангелов. Боже, что стало с моей жизнью. Такое предложение уже даже не звучит безумно…»

С этим они, наконец, были готовы встретить новый день.

Некоторое время спустя они сидели на западном краю каменной платформы и смотрели на падальщиков внизу. Тень Санни была занята разведкой пути к следующему высокому ориентиру.

— Их всегда было так много?

Санни взглянул на Нефис и покачал головой.

— Нет, их было гораздо больше. Похоже, они уже почти покончили с тушей. Сомневаюсь, что это продлится до ночи.

Это означало, что к завтрашнему дню все эти звери будут бродить по лабиринту, затрудняя продвижение трех Спящих. Лучше всего было бы уйти сегодня и сократить расстояние между собой и ордой до того, как падальщики закончат свой пир.

Однако, не разведав заранее путь, можно было не успеть добраться до безопасного места. Оба варианта были рискованными.

Нефис нахмурилась, похоже, думая о том же.

Через некоторое время она сказала:

— Я не хочу, чтобы Касси провела еще одну ночь рядом с этой статуей. Давай уйдем сейчас.

Санни немного подумал, а затем открыл рот, чтобы высказать свое мнение. Однако внезапная суматоха внизу помешала ему заговорить.

Внизу, на дне исчезающего моря, среди куч разбитых кораллов, лежала туша гигантского акулоподобного чудовища — точнее, оставшаяся ее половина — почти лишенная мяса. А между его белыми костями что-то мерцало в грязи.

Два чрезвычайно больших люминесцентных кристалла.

Глаза Санни расширились.

— Это…

— Да. Осколки двух трансцендентных ядер души.

Трансцендентные… два…

Внезапно его одновременно охватили жадность и страх. Жадность из-за того, насколько редкими и ценными были осколки трансцендентных душ; страх из-за того, что гигантская акула оказалась, по меньшей мере, испорченным дьяволом.

Один испорченный дьявол, если его не остановит Святой или большое количество Пробужденных, мог потенциально уничтожить целый город. Санни запоздало понял, что в ту первую ночь он был гораздо ближе к смерти, чем думал раньше.

— Должны ли мы…

— Подожди и прислушайся.

Он уставился на Нефис, а затем покорно прислушался к отдаленному, едва слышному шороху падальщиков.

Через некоторое время он заметил в нем какую-то дисгармонию.

Нефис внезапно напряглась.

— Там.

Она указала в направлении лабиринта. Сосредоточившись, Санни наконец смог заметить две массивные тени, вышедшие из особенно широкого прохода.

Секундой позже в поле зрения появились существа, отбрасывающие эти тени. Санни вздохнул.

«Проклятье.»

Монстры выглядели как падальщики, но не совсем. Во-первых, они были гораздо крупнее, возвышаясь над окрестностями более чем на три метра в высоту. Их панцирь казался толще. Он был окрашен в глубокие черные и алые цвета, как древние доспехи, залитые кровью. То тут, то там из панциря вырастали злобного вида шипы, делая каждое их движение гораздо опаснее.

Кроме того, вместо тяжелых клешней их верхние руки заканчивались длинными, изогнутыми, страшными костяными косами.

Санни почувствовал, как холодный пот струится по его позвоночнику.

— Что это за штуки?

Нефис наклонила голову.

— Монстры, наверное.

Кошмарные Cущества с одним ядром души назывались «Зверьми». Они были опасны и сильны, но бездумны. Если они могли развиться или были созданы со вторым ядром, они становились «Монстрами». Монстры были намного разрушительнее и обладали рудиментарной, искаженной формой интеллекта. Они были следующим шагом в эволюции Кошмарного Зверя.

А эти двое, похоже, были более крупными и смертоносными версиями падальщиков в панцире.

Санни и Нефис наблюдали, как два чудовища приближаются к туше. Падальщики заметно испугались их и поспешили убраться с дороги. Тех, кто медлил, безжалостно отбрасывали в сторону или разрубали костяными косами. Реки лазурной крови текли в грязь.

«Что они делают? Они пришли, чтобы поглотить осколки души?»

Наконец, монстры подошли к туше. Каждый из них взял по одному осколку. Однако вместо того, чтобы поглотить их, они просто развернулись и унесли драгоценные кристаллы. Падальщики ушли, следя за осколками своими маленькими голодными глазками.

Санни моргнул и посмотрел на Нефис.

— Мы все еще уходим?

Меняющаяся Звезда нахмурилась и заколебалась. Через несколько мгновений она покачала головой.

— Нет. Мы отправимся завтра.

Затем она повернулась на запад и стала наблюдать за удаляющимися монстрами.

— … . Пусть твоя тень проследит за этими двумя.

Благодаря фрагментам теней, которые Санни поглотил за последние несколько дней, диапазон контроля теней немного увеличился. Однако этого все еще было недостаточно, чтобы исследовать глубины лабиринта. Он лишь уловил общее направление, в котором двигались два больших монстра.

Они двигались на запад.

После того, как он рассказал об этом Нефис, той практически ничего не оставалось делать. В конце концов, Санни решил просто отдохнуть — следующий день обещал быть полным трудностей и опасностей, поэтому в его интересах было дать организму восстановиться как можно лучше.

Через некоторое время Санни лежал на спине и смотрел на серое небо. Касси сидела рядом с ним, погруженная в свои мысли. Нефис медитировала. По крайней мере, так это выглядело: она вполне могла спать, насколько знал Санни.

Через некоторое время Касси повернулась к нему.

— Санни?

Он наклонил голову, чтобы посмотреть на нее.

— Да?