«Вот ублюдок!»

Теперь все зависело от того, решит ли Герой следовать плану Шолара или нет.

Молодой солдат удивленно моргнул.

— Что ты имеешь в виду, заставляя его истекать кровью?

Шолар покачал головой.

— Все очень просто. Если монстр знает, куда мы идем, у нас не будет другого выбора, кроме как отказаться от планов добраться до горного перевала и перебраться через вершину горы. Если монстр идет по запаху крови, мы должны использовать одного из нас в качестве приманки, чтобы ввести его в заблуждение.

Он сделал паузу.

— Только оставив истекающего кровью человека дальше по тропе, мы сможем надежно уйти от преследования, независимо от того, как оно нас выслеживает.

Герой стоял неподвижно, его взгляд перескакивал с Ученого на Санни. Через несколько секунд он спросил:

— Как ты можешь заставить себя предложить что-то настолько мерзкое?

Старший раб мастерски притворился, что выглядит огорченным и мрачным.

— Конечно, мне больно! Но если мы ничего не сделаем, все трое умрем. А так, по крайней мере, смерть мальчика спасет две жизни. Боги вознаградят его за жертву!

«Боже, какой серебряный язык. Я почти сам в этом убедился.»

Молодой солдат открыл рот, затем снова закрыл его, колеблясь.

Санни молча наблюдал за двумя другими выжившими, оценивая свои шансы на победу в схватке. Шолар был уже на полпути к тому, чтобы стать трупом, поэтому одолеть его не составит труда… А вот Герой… Герой представлял собой препятствие.

Сейчас это препятствие смотрело вниз, избегая взгляда Санни. Его рука лежала на рукоятке меча. Как всегда, молодой раб не имел ни малейшего представления о том, что происходит в идеально сформированной голове Героя. Неопределенность заставляла его нервничать.

Наконец, по прошествии некоторого времени, солдат заговорил:

— У меня только один вопрос.

И Санни, и Шолар уставились на него, затаив дыхание.

— Да?

— Ты сказал, что один из нас должен быть принесен в жертву, чтобы спасти двух других. Почему именно он? Насколько я вижу, ты гораздо ближе к могиле.

— Отличный вопрос! Я как раз собирался задать его ему.

Санни повернулся к старшему рабу, изо всех сил стараясь подавить насмешливую ухмылку. Но, к его ужасу, у Шолара уже был готов ответ.

— Перед первым нападением он уже истекал кровью из-за кнута твоего старшего. Во время нападения он обливался кровью своего товарища-раба. Его плащ тоже пропитался кровью, когда умер предыдущий хозяин. От мальчика уже воняет кровью. Оставив его в живых, мы подвергнем себя опасности. Вот почему он — лучший выбор.

Ухмылка померкла, не дойдя до лица Санни.

Будь проклят ты и твой большой мозг!

Рассуждения Ученого были ужасающе основательны. Герой слушал, выражение его лица становилось все мрачнее с каждым словом. Наконец, он посмотрел на Санни, в его глазах блеснул опасный огонек.

— Это правда.

Санни почувствовал, что у него пересохло во рту. Холодный пот струился по его позвоночнику. Он напрягся, готовый действовать…

Но в этот момент Герой улыбнулся.

— Твоя логика почти неопровержима, — сказал он, вынимая меч. — Однако ты не учел одну вещь.

Ученый поднял бровь, пытаясь скрыть свою нервозность.

— Что это может быть?

Молодой солдат повернулся к нему лицом, улыбка исчезла с его лица. Теперь он излучал густое, практически осязаемое намерение убить.

— Это то, что я знаю, кто вы, Ваша Светлость. Я также знаю, что вы сделали, и как вы стали рабом. Только одного из отвратительных преступлений, которые вы совершили, было бы достаточно, чтобы я захотел вас убить. Так что, если и есть среди нас кто-то, кто заслуживает быть принесенным в жертву… так это ты.

Глаза Ученого расширились.

— Но… но запах крови!

— Не беспокойся об этом. Я заставлю тебя истечь кровью настолько, чтобы перебить остаточный запах, который несет мальчик.

Все произошло так быстро, что Санни едва успел среагировать. Герой бросился вперед со скоростью, которая казалась почти нечеловеческой. Мгновение спустя Шолар с воплем упал на землю, его нога была сломана одним ударом плоской стороны меча молодого солдата. Не давая ему возможности оправиться, Герой топнул по другой ноге, и раздался тошнотворный звук раздробленных костей. Вскрик перешел в рыдающий вой.

Вот так просто с Ученым было покончено.

Жестокость действий Героя так резко контрастировала с его обычно грациозным поведением, что Санни почувствовал, как кровь превращается в лед в его жилах. Это было… страшно.

Солдат спокойно посмотрел на него и сказал спокойным тоном:

— Подожди меня здесь.

Затем он схватил старшего раба и потащил его по тропинке, вскоре исчезнув за выступом скалы. Через несколько минут послышались жуткие крики, доносящиеся сквозь ветер.

Санни остался один, дрожа.

«Черт! Это… это слишком!»

Он все еще не мог поверить, насколько внезапной была гибель Ученого. И насколько безжалостной она была.

Через некоторое время Герой вернулся, ведя себя так, словно ничего не произошло. Но именно эта нормальность больше всего нервировала Санни.

Разобравшись с содержимым рюкзака Шолара и выбросив большую часть дров, молодой солдат перекинул его через плечо и бесстрастно обратился к молодому рабу:

— Пойдем. Нам нужно спешить.

Не зная, что ответить, Санни кивнул ему и направился вперед.

Теперь их оставалось только двое.

Это было как-то глупо, но Санни вдруг почувствовал себя одиноким.

Идти по каменной тропинке было гораздо легче, чем взбираться на горную стену. У него даже появилось время на ненужные мысли. Странное чувство меланхолии опустилось на Санни… почему-то ему стало казаться, что конец этого кошмара, каким бы он ни был, уже не за горами.

Некоторое время они шли в тишине, прежде чем Герой заговорил.

— Не чувствуй себя виноватым за то, что случилось. Это не твоя вина. Решение было моим, и только моим.

Молодой солдат шел на несколько шагов впереди, поэтому Санни не мог видеть его лица.

— Кроме того, если бы ты знал о грехах этого человека… вообще-то, лучше бы тебе этого не знать. Просто поверь мне, когда я говорю, что его убийство было актом справедливости.

«Интересно, кто из нас чувствует себя виноватым?»

Эти люди… всегда пытаются рационализировать свои действия, всегда отчаянно пытаются сохранить иллюзию праведности, даже совершая самые грязные поступки. Санни ненавидел это лицемерие.

Не получив ответа, Герой усмехнулся.

— Ты не любишь говорить, да? Что ж, справедливо. Молчание — золото.

После этого они больше не разговаривали, каждый был занят своими мыслями.

Солнце садилось, окрашивая мир в миллион оттенков малинового. На такой высоте воздух был чистым и хрустящим, пронизанным потоками алого света. Внизу за горой медленно проплывало море бордовых облаков. Звезды и луна начали проявляться в пурпурном небе.

Это было очень красиво.

Однако Санни мог думать только о том, как холодно будет, когда солнце полностью скроется.

Пока этого не произошло, Герой нашел для них убежище. Недалеко от тропинки, скрытая за высокими скалами, была узкая расщелина, уходящая в склон горы. Довольные тем, что оказались в безопасности от пронизывающего холода, они исследовали расщелину и оказались в небольшой, хорошо замаскированной пещере.

Санни сделал движение, чтобы развязать хворост, но Герой остановил его, покачав головой.

— Сегодня мы разобьем лагерь, не разводя костра. Зверь слишком близко.

Разбивать лагерь без теплого пламени, которое могло бы составить им компанию, было не очень приятно, но, по крайней мере, они не собирались замерзнуть до смерти внутри пещеры. В любом случае, альтернатива была слишком пугающей.

Санни сел, прислонившись спиной к стене пещеры. Герой устроился напротив него, выглядя угрюмым и задумчивым.

У него явно было странное настроение. Это было видно по тому, что сегодня молодой воин впервые не позаботился о своем мече после того, как разбил лагерь.