«Для кого? — спросила она себя. — Я иду с Алиной. Мы будем сидеть в кафе, курить кальян и говорить о всякой ерунде».

Но пальцы всё равно тянулись к платьям, которые она редко носила. Она остановилась на простом, но стильном варианте: тёмные джинсы с высокой посадкой, которые выгодно подчёркивали её фигуру, и свободный бежевый свитер из мягкого кашемира, который делал её глаза теплее. Она накинула на плечи лёгкий плащ — на случай, если вечером похолодает.

Посмотрелась в зеркало. Вроде бы ничего особенного. Но она знала, что выглядит хорошо.

Она распустила волосы, слегка подкрутила их плойкой — так, чтобы они лежали лёгкими волнами. Макияж был минимальным: тушь, чуть-чуть румян и блеск для губ. Ничего лишнего. Всё, что нужно, чтобы чувствовать себя красивой.

Она взяла небольшую сумку через плечо, положила туда телефон, кошелёк, помаду. На секунду задержалась у двери, глядя на себя в зеркало в прихожей, и улыбнулась своему отражению.

— Ну что, Оля, — сказала она себе. — Идём отдыхать.

Она вышла из квартиры, закрыла дверь и на мгновение задержалась на лестничной площадке. Ей показалось, что она слышит шаги за стеной, но она заставила себя не оборачиваться.

«Не думай о нём, — сказала она себе. — Сегодня ты отдыхаешь. Ты идёшь с подругой. Тебе не нужно думать о договорах и обязательствах».

Она спустилась по лестнице, вышла из подъезда и вдохнула свежий вечерний воздух. На небе уже зажигались первые звёзды, а город жил своей привычной ночной жизнью.

Оля поймала такси и назвала адрес кафе, где её уже ждала Алина. Когда машина тронулась, она откинулась на сиденье и закрыла глаза, чувствуя, как напряжение начинает отпускать.

Огни Москвы проплывали мимо, и в них было что-то успокаивающее — ритм, жизнь, движение. Она была частью этого города. И сегодня она хотела просто быть счастливой.

Она вошла в кафе, и её сразу встретил тёплый полумрак, запах кальянного дыма и тихая музыка. Алина сидела за столиком у окна и помахала ей рукой. Оля улыбнулась, чувствуя, как на душе становится легче.

— Ну, наконец-то! — воскликнула Алина, когда Оля подошла. — Я уже заказала тебе чай с бергамотом, как ты любишь. И кальян — вишнёвый с мятой.

— Ты меня знаешь, — сказала Оля, садясь напротив и ставя сумку на соседний стул.

— Я тебя знаю лучше, чем ты сама себя, — усмехнулась Алина. — Ты выглядишь шикарно. Прямо светишься. Хотя, может, это от того, что у тебя был отличный секс с красавчиком-соседом?

Оля засмеялась и закатила глаза.

— Ты невыносима.

— Но я права, — сказала Алина, пододвигая к ней чай. — Так что давай, рассказывай. Честно. Всё, что ты не сказала по телефону. Я вижу, что ты что-то недоговариваешь.

Оля взяла чашку, сделала глоток и посмотрела на подругу. Она знала, что Алина видит её насквозь. И сегодня, в этом уютном кафе, под звуки джаза и с кальяном, ей хотелось говорить. Хотелось быть честной — хотя бы с самой близкой подругой.

— Всё сложно, — сказала она, и в голосе её послышалась усталость. — Очень сложно.

Оля быстро отправила сообщение и убрала телефон в сумку.

Алина смотрела на неё с любопытством.

— Что случилось? — спросила она.

— Ничего, — сказала Оля, улыбнувшись той улыбкой, которая не доходила до глаз. — Просто Стас. Хочет, чтобы я протестировала его приложение. Всё в рамках договора.

Алина нахмурилась, но ничего не сказала.

А Оля сидела, затягивалась кальяном и думала о том, что она чувствует.

Тем временем Стас сидел в своей пустой квартире.

Он вернулся от Оли утром, закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной. Внутри всё бурлило. Смесь эйфории, адреналина и лёгкого смятения. Он провёл рукой по лицу и усмехнулся своим мыслям.

«Что это было? — думал он. — Это был просто секс. У нас договор. Она сама так сказала. Без обязательств. Всё правильно. Всё логично».

Но внутри него что-то сопротивлялось этой логике. Он вспоминал её глаза, её губы, её руки, которые обнимали его. Он вспоминал её стоны, её дыхание, то, как она сжималась вокруг него, когда кончала.

«Это был лучший секс за последние несколько лет, — признался он себе. — Может, лучший секс вообще. Таких эмоций я не испытывал... наверное, никогда. Как американские горки. Сначала страх, потом восторг, потом падение, и снова страх, и снова восторг».

Он прошёл на кухню, налил себе воды, но не стал пить — просто держал стакан в руках, глядя в стену. Там, за этой стеной, она сейчас спит. Или уже не спит. Интересно, о чём она думает?

Он заставил себя сесть за работу. Открыл ноутбук, запустил среду разработки, начал править код. Но строчки прыгали перед глазами, а мысли снова и снова возвращались к ночи. К её шее, которую он целовал. К её бёдрам, которые сжимались вокруг него. К её голосу, когда она прошептала его имя в темноте.

Он работал несколько часов подряд, периодически отвлекаясь на телефон. Она не писала. Он проверял экран — тишина. Снова возвращался к работе. И снова проверял.

К десяти вечера он уже не мог сидеть на месте. Работа не шла, код переставал иметь смысл, а в голове была только она.

Он взял телефон и написал:

«Чем занимаешься?»

И тут же пожалел. Это было слишком банально. Слишком просто. Она подумает, что он скучает. А он не должен скучать. У них договор.

Он уже хотел стереть сообщение, но было поздно — она начала печатать ответ. Потом остановилась. Снова начала.

Наконец пришла фотография. Гремящий кальян, тёплый свет в кафе, и она — в кадре, счастливая, расслабленная. И подпись:

«Мама Оля сегодня отдыхает»

Стас улыбнулся, глядя на фото. Она была красивой. Даже на этой фотографии, снятой наспех, она выглядела так, будто светилась изнутри.

Он отправил смеющийся смайлик.

«Отличного вечера. Кстати, если после кальяна останутся силы и настроение — может, заглянешь? Поболтаем в приложении при мне. Проверим, как оно работает на практике»

Он отправил сообщение и положил телефон на стол. Через минуту он снова взял его — проверить, не ответила ли она. Тишина.

Он не знал, что в этот момент она сидит в кафе, смотрит на его сообщение и чувствует, как внутри всё падает.

«Он предлагает мне пообщаться в приложении, — думала Оля, глядя на экран телефона. — С другими мужчинами. Он хочет, чтобы я искала кого-то. Он не хочет быть этим кем-то сам».

Она перечитала его сообщение ещё раз. И ещё. Всё, что она видела, — это подтверждение её страхов. Он рассматривает случившееся как свободные отношения. Секс без обязательств. И она для него — просто соседка, с которой можно снять сексуальное напряжение. Ничего больше.

«Я сама этого хотела, — напомнила она себе. — Я сама предложила. Я сказала, что не ищу любви. Что он недавно расстался. Что нам нужен просто секс. Он согласился. И теперь он действует по правилам».

Она сжала телефон в руке и посмотрела на Алину, которая о чём-то болтала с официантом. Ей хотелось рассказать подруге, что она чувствует на самом деле. Что она, кажется, начинает влюбляться. Что ей нужно не приложение, а он. Что она ошиблась, когда предложила этот дурацкий договор.

Но она не могла. Потому что если она признается в этом вслух, значит, это станет правдой. А правда была слишком болезненной.

Она набрала ответ:

«Я подумаю по поводу приложения. Если что — сообщу»

Она отправила сообщение и убрала телефон в сумку. Настроение было испорчено, но она не хотела показывать это Алине.

— Всё в порядке? — спросила подруга, заметив, что она загрустила.

— Да, — сказала Оля с улыбкой. — Просто устала. День был долгий.

Алина посмотрела на неё с недоверием, но не стала настаивать. Вместо этого она пододвинула к ней кальян.

— Давай-ка выкурим этот чёртов дым, и ты забудешь о своих мыслях. По крайней мере, на пару часов.

Оля взяла шланг, затянулась и почувствовала, как дым наполняет лёгкие, прогоняя тревогу.

А в это время Стас смотрел на её ответ и чувствовал, как внутри него закрадывается странное чувство. Это не было облегчением. Это было похоже на разочарование. Он закрыл ноутбук, лёг на диван и уставился в потолок.