— Снимаю напряжение с перегруженного контура, — пояснил я. — Потом восстановлю исходное положение регуляторов. Потом замкну незавершённую руну итоговым штрихом.
— Именно в таком порядке? — уточнил Игорь.
— Только в таком. Если сначала замкнуть руну, а потом снимать напряжение — получится как разжать пружину. Ещё и в физиономию можно получить. Видели ожоги на лицах мастеров?
— Нет, не видел, — признался Игорь. — Придётся потом погуглить. О, подписчики уже кидают фото в комментарии. Действительно ожоги! Ох, какой шрам!
— Технику безопасности надо учить! — добавил Денис со значительным видом. Вот тут он был на коне. — Интерференция рунных полей при несбалансированной нагрузке опасна! Когда верхний ярус перегружен, он создаёт резонансное возмущение в точках пересечения с нижним контуром, что приводит…
— Денис, — прервал я его, — резец с красной рукоятью.
— А? Да-да. — Денис метнулся к стеллажу.
— Слышали? — Игорь зашептал в телефон с видом документалиста, снимающего редкого зверя в естественной среде обитания. — Мастер молчалив как Корбен Даллас. Помните «Пятый элемент»? Брюс Уиллис там почти ничего не говорит, просто делает дело, и всё само получается. Но его подмастерье, Денис, открыл нам сейчас сложные производственные тайны!
Денис покраснел от удовольствия.
Он протянул мне нужный резец, секунду помолчал и добавил — уже без академического тона:
— Алексей Сергеевич, там третий регулятор тоже чуть сдвинут. Вот этот, крайний.
Я посмотрел. Точно — на пол деления.
Едва не пропустил. Всё-таки съёмки отвлекают.
— Хорошо, что заметил, молодец, — похвалил я.
Денис, красный от возбуждения, стал, кажется чуть выше ростом. Неужели тоже мечтает стать блогером?
Ещё минут двадцать мы работали в относительной тишине, которую Игорь заполнял негромкими комментариями, но это уже стало фоном, как гул холодильника. Я перестал его замечать.
Замыкающий штрих лёг точно. Угол был выверен, давление резца выдержано на нужном уровне. Руна закрылась с лёгким внутренним щелчком, который никто в комнате не слышал, кроме меня.
Я отложил резец. Взял усилитель, повертел в руках, проверил в последний раз.
Всё работало как надо. Все три яруса были в балансе. Регуляторы стояли на исходных делениях.
— Готово, — констатировал я.
— Уже? — Игорь поднял телефон повыше, чтобы дать картину целиком.
Я нажал пусковой контакт на торце артефакта.
Усилитель ожил. Рабочий кристалл в его сердце налился мягким синевато-белым светом.
— О! — сказал Игорь с восторгом.
Сообщения в его телефоне посыпались с частотой пулемётной очереди, я краем глаза видел мелькание экрана.
— Подписчики, вы видите это? — Игорь повёл камерой от артефакта ко мне и обратно. — Видите этот свет? Это и есть настоящая работа руками и резцом. Двадцать минут, и вещь ожила!
Я поставил отремонтированный артефакт на верстак и вытер руки ветошью.
Где-то за стеллажом тихо скрипнула половица — Кузьмич подкрался поближе, но в кадр выходить категорически не собирался.
Я его понимал, не дело скромному домовому показываться на публике.
Игорь убрал телефон в карман и достал пачку купюр.
— Сколько я вам должен?
Я назвал сумму. Он отсчитал и положил на верстак, потом добавил ещё две купюры сверху.
— Это за что? — спросил я.
— За то, что не выгнали меня с камерой. Я же без предупреждения и без предварительной договорённости.
— Многие выгоняют? — уточнил я.
— Большинство. — Игорь пожал плечами. — Автосервисы, техцентры, у них регламент: никаких съёмок, подписка о неразглашении, и всё такое. А мне нужна живая съёмка, понимаете? Не постановка. Подписчики сразу такое поймут.
Я убрал деньги. Чаевые мне достались впервые, и не маленькие. На золото для порогового знака теперь хватало.
— Алексей Сергеевич! — Денис возник у локтя со своим телефоном, развёрнутым экраном ко мне. — Смотрите!
На экране мельтешил счётчик просмотров. Цифра менялась быстро, всё увеличиваясь.
— И что это значит? — спросил я.
— Почти три тысячи просмотров! За двадцать минут! — Денис потряс телефоном. — Это огромная цифра для прямого эфира в нашем маленьком городе!
— Вообще-то семь с половиной, — поправил Игорь, и достал убранный было телефон. — Смотрите, вот аналитика подтянулась. Она запаздывает.
Я посмотрел. Действительно — цифра была значительной. Я не разбирался в том, что считается успехом для прямых эфиров у местных блогеров, но даже мне было понятно, что «семь с половиной тысяч» — это не «посмотрели родственники и три подписчика».
— Хорошо, — улыбнулся я.
— Хорошо? — Денис на секунду потерял дар речи. — Алексей Сергеевич, да это же реклама! Бесплатная! Нас смотрят люди, которые раньше про нас вообще ничего не знали!
— Спасибо Игорь, — сказал я блогеру. — Выходит, мы принесли друг другу обоюдную пользу.
За стеллажом тихо скрипнула половица. Потом ещё раз.
Игорь огляделся по сторонам с той рассеянной внимательностью туриста, который ищет, чего бы ещё сфотографировать.
— Тут у вас скрипит что-то… — начал он.
— Сквозняк, — ответил я с той же улыбкой.
— За стеллажом? — удивился он. — А я подумал, что там как будто…
Из-за стеллажа показалась косматая голова Кузьмича.
Игорь вскрикнул от неожиданности — не так уж часто домовые показываются чужим людям. Да и не много тех, кто может показаться крепеньким старичком, а не бесплотным духом.
Кузьмич выглянул одним глазом и вышел полностью. С видом хозяина, который вернулся к себе в дом, а там беспорядок.
— Бесстыжий глаз в ящике! — объявил он громко и сердито. — Весь дом обшарил!
— Это домовой? — Игорь присел на корточки с таким восхищением, что Кузьмич отступил на полшага.
— Это хозяин, — поправил я. — Кузьмич, это Игорь. Наш клиент.
Кузьмич степенно кивнул, не отводя взгляда от Игоря. Принюхался. Наморщил нос.
— Сложную вещь принёс, — выдал вердикт домовой. — Сгоревшую.
— Починили уже, — сказал Игорь с улыбкой. — Всего за двадцать минут!
— Слышал, — буркнул Кузьмич.
Игорь поднял телефон, но я покачал головой.
— Понял, понял, — блогер убрал гаджет. — Без камеры хочет познакомиться. Уважаю. Ну, может, потом удастся его подснять. Вот это будет контент!
Игорь поднялся, оправил куртку.
— Значит, я ещё вернусь, — сказал он. — У меня, кстати, ещё три гаджета починить нужно. Один я, честно говоря, сам немного… э-э… разобрал. Чтобы посмотреть, чего он барахлит. Ну, вы понимаете…
— Понимаю, — кивнул я с улыбкой. — Записывайтесь!
— Обязательно! Теперь обязательно заранее запишусь! — Игорь помахал рукой Денису, мне, Кузьмичу и мастерской. — Спасибо, ребята!
Я проводил его до двери и вернулся к верстаку.
Денис сидел, уткнувшись в телефон с такой довольной физиономией, будто его там пирожками кормили.
— Вот, — сказал он и повернул экран ко мне. — Комментарии уже есть. Читайте.
Я прочёл несколько. Фраза: «А это где, адрес напишите?» — повторялась раз пять с вариациями.
— Видите? — Денис был совершенно счастлив.
— Вижу, — улыбнулся я.
Это действительно было хорошо. Но я думал и о том, что Игорь пообещал вернуться с тремя гаджетами, которые «немного разобрал». А справлюсь ли я с такой работой?
Клиент с камерой — это не только реклама, но и любая ошибка тоже идёт в прямой эфир.
Денис ушёл в начале восьмого.
Я протёр верстак, убрал инструменты, поставил чайник.
Потом сел и разложил перед собой заработанные за сегодня деньги.
Пересчитал дважды. Не потому, что не доверял себе, а просто процесс был уж очень приятный.
Оплата за гаджет Игоря вышла хорошая, чаевые — неожиданно щедрые, блогер явно остался доволен. Плюс два заказа, которые Денис закрыл сам: электрокотел у бабы Нюриной соседки и зарядник со сбитым рунным каналом.
Итого вышло больше, чем я рассчитывал заработать за этот день, а значит — и неделю закрою лучше.
