— А я хотела бы напомнить, — вступила Евдокия, чуть склонившись вперёд, — что во время вступительных испытаний мы уже сделали свой выбор и поклялись не бросать друг друга. Теперь просто надо наполнить прежние слова практическим смыслом.

— Получается, наши мнения совпадают и решение принято единогласно, — начал я, обведя взглядом друзей.

Все притихли и внимательно слушали. Теперь я не видел ни у кого сомнений — только уверенность.

— Давайте договоримся о конкретных правилах дальнейшей подготовки, — продолжил я. — Первый важный момент: на совместных занятиях командование будет регулярно переходить к другим участникам группы. Каждый по очереди должен испытать себя на этом месте и понять, как руководить всем отрядом. Чтобы во время самой тренировки было немного проще, каждый должен подготовить для себя собственный вариант боевого построения отряда, обороны, отступления и действий после выбытия одного или нескольких товарищей.

— Это неприятно осознавать, — начал Илья, — но правильно. В настоящем бою может случиться всякое, мы не должны рассыпаться и превращаться в бесформенное стадо, потеряв командира.

— Гадости-то какие говоришь, — нахмурился Марк.

— Вовсе не гадости, — возразил я. — Суровая правда жизни. Даже если я вдруг окажусь не в строю, отряд не должен превратиться в лёгкую добычу.

— Тут да, — неохотно согласился Марк и тяжко вздохнул. — Здесь я согласен.

— Я поддерживаю, — спокойно сказала Софья. — Это дисциплинирует и убирает зависимость от одного лидера.

— Верно, — добавила Евдокия. — Особенно часть про отработку действий после потерь. Это то, о чём многие вообще не думают.

— Ещё одно, — продолжил я, когда остальные замолчали. — Учитывая некоторое напряжение в отношениях с другими адептами, в том числе со старшекурсниками, нужно принять за правило: все подозрительные предложения, вызовы и приглашения на дополнительные занятия сначала обсуждаются внутри группы. Неофициальные тренировки со старшими адептами никто не посещает в одиночку. Перед любым поединком участники должны самостоятельно осматривать защитное снаряжение и обязательно требовать проверки артефактором Академии, так как мы пока не имеем нужного опыта.

— По территории Академии не будем постоянно ходить плотной толпой, но после наступления темноты желательно передвигаться хотя бы парами, — сказала Анастасия с совершенно серьёзным лицом. — Лучше даже по трое, так будет безопаснее.

— Может быть, и так, — кивнул я. — Недавно я узнал из одного источника, что наши противники могут попытаться ударить по Марку, Илье или Никодиму.

— Что за источник? — тут же поинтересовался Дмитрий.

— Прошу прощения, друзья, — сказал я со вздохом, — но информацию я получил только благодаря тому, что пообещал этот источник не раскрывать. Слов на ветер я не бросаю.

Дмитрий немного странно покосился на меня. Было видно, что такая недосказанность ему не нравится.

— Предупреждение надо воспринимать серьёзно, — продолжил я. — А по поводу источника вы уж простите.

На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Чувствовалось напряжение, да и мне самому было немного не по себе оттого, что я прошу друзей довериться мне, одновременно скрывая часть правды.

— Так, друзья, — начал Илья, положив руку на стол. — Михаил не стал бы поднимать тревогу без причины. Источник можно обсудить позже.

— Поддерживаю, — кивнул Дмитрий. — Но давайте договоримся: если ситуация начнёт угрожать кому-то из нас напрямую, мы больше не играем в секреты.

— Согласна, — коротко сказала Софья. — Доверие важно, но не слепое.

— Ты совершенно права, — добавила Евдокия. — Но сейчас важнее понять, как нам действовать.

Теперь она внимательно смотрела на меня.

— Справедливо, — коротко кивнул я. — Если эта информация будет иметь для кого-то из нас решающее значение, я…

Договорить я не успел, в этот момент в дверь постучали. В столовую вошёл служитель общежития и, не задавая вопросов и не проявляя ни малейшего интереса к содержимому, передал два запечатанных конверта, на которых были указаны адресаты — Марк и Илья.

Все медленно переглянулись. Парни разобрали свои конверты и начали их распечатывать, даже не собираясь никуда уходить.

— От кого там? — первым поинтересовался Дмитрий, пристально глядя на Марка.

Тот тем временем побледнел, сжал губы и быстро пробегал глазами по строчкам.

— Приглашение на закрытую тренировку со старшекурсниками, — медленно произнёс он и обвёл всех взглядом. — Назначено на следующий вечер.

— У меня то же самое, — сказал Илья, положив письмо на стол.

Дмитрий взял оба письма и положил их рядом. Они были подписаны именем одного из преподавателей боевой магии, но на обоих отсутствовали официальные печати кафедры.

— Когда я начал читать, сначала обрадовался, — сказал Марк. — Подумал, появится возможность показать себя перед старшими. Но потом увидел твоё выражение лица…

Он посмотрел на меня и замолчал.

— Тексты писем совершенно одинаковые, — сказал Дмитрий, отодвинув от себя оба листа. — Вплоть до расположения строк.

— И это уже само по себе странно, — добавила Софья. — Даже официальные приглашения так не дублируются.

— Похоже на ловушку, — тихо сказала Евдокия. — Или проверку.

Я глубоко вдохнул, пытаясь успокоить сердцебиение. Вот оно, началось. Именно об этом предупреждала Прасковья — о закрытой тренировке.

Все друзья замерли, глядя на два конверта с письмами, лежавшие в центре стола. Да уж, следующая проверка началась гораздо раньше, чем я ожидал.

— Утром нам нужно обратиться к этому преподавателю, — сказал я, ткнув пальцем в подпись внизу письма. — Эту информацию обязательно надо проверить.

— И никому не отвечать до этого момента, — добавил Илья.

— И лучше пока держать эти письма при себе, — закончила Евдокия.

Марк и Илья дружно кивнули, забрали свои письма и разошлись по комнатам. Вслед за ними разошлись и остальные, но все помнили: через час у нас собственная дополнительная тренировка. Каждый уходил молча, с ощущением, что обычная тренировка на полигоне уже не будет просто тренировкой.

Когда утром мы собрались за завтраком, я попросил Марка и Илью ещё раз показать адресованные им письма. Положил оба листа перед собой, сравнивая бумагу, почерк и расположение строк. Письма действительно практически не различались, были подставлены лишь разные имена.

Такое впечатление, что кто-то специально хотел показать, что они написаны по одинаковому шаблону, если мы вдруг захотим их сравнить. Неужели рассчитывали, что мы не обратим внимания на отсутствие печатей?

Я на мгновение задумался, ощущая неприятное напряжение. Слишком уж демонстративной была эта небрежность, как будто нас не просто пытались обмануть, а ещё и проверяли, заметим ли мы подделку.

— Давайте перед занятиями выйдем пораньше, — предложил я. — Попытаемся найти преподавателя, чьим именем подписано приглашение. До тех пор, пока с ним это не обсудим, ничего не предпринимаем.

— Ты знаешь, я тут подумал, — сказал Марк, нахмурившись и неторопливо ковыряя вилкой в тарелке. — Может, нет никакой необходимости проверять письмо? Вполне возможно, что старшекурсники действительно пригласили нас на дополнительную тренировку после недавних поединков, хотят посмотреть, на что мы способны, подсказать, что не так делаем.

— Странно ты заговорил, — ухмыльнулся Илья. — Разве тебя не напрягает отсутствие официальной печати кафедры? Это выглядит слишком подозрительно. Да и кому нужны новички, чтобы таким образом повысить их боеспособность?

— К тому же ты забыл, что меня о подобном приглашении предупредили, — сказал я. — Всё сошлось один к одному. Приглашение на закрытую тренировку может стать способом вывести двух участников нашей восьмёрки из-под защиты преподавателей, это как минимум, а на самом деле последствий может оказаться гораздо больше.

— Наверное, вы правы, — вздохнул Марк. — Я скорее пытаюсь убедить самого себя, что всё в порядке и ничего страшного не происходит.