Остальные ретировались ещё раньше. Удовлетворенно кивнув, мужчина двинулся к выходу, позволив парням прикрывать их общие на двоих тылы.

Лера тюком повисла у него на плече. Его сильные руки поддерживали её чуть ниже спины, длинные волосы скрывали пылающее лицо, а губы растягивала счастливая безмятежная улыбка.

Влад уже давно проснулся и лежал в предрассветном сумраке, прислушиваясь к тишине. Лера тихо спала рядом, по детски положив под щеку ладонь. Её умиротворённое лицо будто сияло, от волос исходил едва уловимый запах какой-то парфюмерной композиции — Влад никогда не различал полутона, но этот аромат буквально врезался в память и сводил его с ума.

Мысли его скакали с тему на тему. Что заставляет нас выделять человека в толпе? Почему любят красивых, а иногда и не очень. Почему эта, а не другая? Случается первый взгляд, знакомство, узнавание.

Когда он запал на неё? Возможно, ещё до первой встречи, листая альбом с фотографиями.

Девушек было много. Все красивые.

Он мог ткнуть в первую попавшуюся, для следствия им с Авдеевым было принципиально всё равно. Но потом взыграло любопытство и он решил взглянуть...

Или всё же в гостиной, лично принимая живой «товар»?

Почему взгляд замирает на одной, равнодушно скользнув по другим? Разглядывая каталог на планшете, он по каким-то причинам задержал взгляд именно на ней — не зная её лично, под воздействием каких-то глубинных мотивов и чувств, Влад интуитивно сделал тот выбор, который впоследствии изменил всю его жизнь.

Вчера они и словом не успели перемолвиться, и после его грозного «Ко мне, или к тебе?» и её тихого «К тебе», он мчался сквозь ночь на запредельной скорости, благо улицы города и ночной трассы были пустынны.

У дома он бросил машину и снова подхватил девушку на руки, жадно целуя.

Их ночь была жаркой, полна огня, бешеной страсти и утомила обоих. Владу же хватило пары часов, чтобы выспаться. В экстремальных ситуациях он спал и того меньше, и сейчас чувствовал небывалую бодрость и подъём.

Мысли в голове, не дававшие ему покоя последнее время, сейчас поутихли, и он чувствовал себя... странно.

Влад давно привык, что у него нет и никогда не было ощущения дома как очага и места, куда стремится душа и куда хотелось возвращаться вновь и вновь — эти понятия ему заменяли сиюминутный комфорт и безопасность.

Сейчас же в груди теснилось непривычное чувство — ему казалось, что он обрёл покой, и что вот сейчас, всё наконец правильно. Будто весь его путь — тяжёлые и кровавые схватки на краю света, риск для жизни и годы неблагополучия, вовлечение в эту авантюру и то, что его жизнь висела на волоске — всё это приближало его именно к этому моменту.

Счастье сейчас ощущалось как абсолютный покой и безмятежный штиль внутри.

Его вчерашний спонтанный срыв показал, что он проиграл эту битву самому себе — даже его железный самоконтроль иногда давал сбой, но он ни о чём не жалел.

Другой вопрос — это реакция девушки — как они будут взаимодействовать дальше?

Вчера она особо не сопротивлялась, и страха как такового не было и в помине.

Но что будет сегодня?

Ночь пролетела как мгновение, месяцы без него тянулись вечностью. Утро наступило до противного быстро, стерев их сказку и опустив любовников на грешную землю. Первый быстрый и жаркий, нетерпеливый и жадный спонтанный секс сменился его любимой игрой на выживание, победителем из которой вышла не она.

Хотя, как посмотреть. Лера втайне мечтала, что Влад однажды вернётся в её жизнь, а когда это произошло, почти опешила и растерялась. Лишь её тихое «к тебе» спасло ситуацию.

— Привет.

— Привет.

Их разговор сегодня не клеился — Влад и так всегда был немногословен, а девушка попросту не знала что сказать, задумчиво поглаживая тренированное тело и смущённо улыбаясь.

Он не противился, хотя обычно не любил прикосновения и никогда раньше не оставался с ней до утра в одной постели.

Влад был одиночкой, любил и ценил свою свободу, а девушка тянулась к теплу и ласке. Она до сих пор не имела понимания, есть ли у них надежда построить что-то общее, способен ли мужчина на привязанность, или так и останется одиноким волком.

Она сотни раз мысленно разговаривала с ним, и каждый раз сценарий беседы кардинально отличался — то она гневно высказывала ему все претензии и обиды, то собиралась просто обнять и выплакаться на его плече, то упрекала его в том, что оставил её один на один с этим жестоким миром.

Вот и сейчас, она лишь смущённо прятала лицо на его широкой груди, вдыхая такой родной запах, и комок слёз стоял в горле. Что это было? Начало чего-то нового, или всего лишь глупый порыв?

Зачем он приехал и снова разбередил ей душу, ведь она только-только начинала возвращаться к жизни, запечатав все воспоминания об их непростой истории на дне памяти.

Влад крепко прижимал её к себе и тоже молчал.

Первой не выдержала девушка:

— Зачем ты купил мне квартиры?

Этот вопрос, на самом деле, интересовал её в последнюю очередь, но надо было с чего-то начинать, и он показался Лере вполне нейтральным. Она хотела спросить о миллионе вещей, но до сих пор не знала, имеет ли на это право. Но раз уж именно он примчался в ночи и привёз её снова к себе — следующий ход был за ней.

Влад некоторое время молчал, то ли подбирая слова, то ли давая себе передышку перед словесной дуэлью.

Он продолжал лениво поглаживать её спину, сбивая с толку, но раз уж она начала — отступать не собиралась. Сегодня она выяснит всё — лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Она готова уже, в принципе, ко всему.

Да, будет больно, но она справится — ей есть ради чего жить, и если даже их история останется в прошлом — она готова поставить точку, ведь их многоточие не устраивало, видимо, и его, раз уж он вчера примчался в клуб.

Первое время после выписки из стационара она ждала его звонка или встречи, потом поняла, что её просто вычеркнули из его жизни, стёрли ластиком. Было ужасно больно осознавать, что её использовали и выкинули, как надоевшую игрушку.

Она имеет право знать правду — в конце концов она не с краю постояла — её самым что ни на есть жестоким способом вовлекли в эту историю. Если он наигрался, пусть скажет ей прямо — она устала думать и гадать.

Ещё её очень интересовало что ему грозит, какое наказание его ждёт в рамках уголовного дела и будет ли это реальный срок, или его адвокаты смогут порешать и на этот раз и вывести его из-под статьи. Если потребуется — она готова помочь, но даже об этом её ни разу не просили.

Вычеркнул, перевернул страницу, а то и просто захлопнул книгу, забросив в дальний угол.

Если квартиры — своего рода взятка за её содействие, то, во-первых, надо было предупредить её сразу, а во-вторых, она и так хотела помочь ему — не даром на допросах у Авдеева выгораживала бывшего любовника и ни в чем не обвиняла.

Влад шумно выдохнул и еле слышно сказал:

— Это компенсация за всю эту историю, в которую тебя втянули против воли.

— Я не просила. Я и так не свидетельствовала против тебя. Тебя осудят?

— Нет, — он говорил уверенно, но Лера не поверила, — Я видела тебя в суде, показывали по телевизору. Ведущая сказала, тебе грозит до пятнадцати лет.

— Не смотри телевизор, — Влад криво усмехнулся, глядя прямо в глаза, — Мне ничего не грозит.

— Я не жалею ни о чём, мне важно, чтобы ты знал. И я не хочу, чтобы тебя посадили, независимо от твоих подарков. Я безумно благодарна за мамино лечение, на коленях готова благодарить, — тут её голос сорвался и задрожал от избытка чувств, но она мужественно продолжила, — и жильё в столице пришлось как нельзя кстати, но я бы и так не навредила тебе...

— Почему? С твоей стороны это не выглядит правильно.

— Я сама уже не знаю, как правильно, а как нет...

— Ну вот, приплыли...

— Почему ты вчера приехал? Я готова к любому ответу, только не ври. Я не могу так больше — мне правда нужно знать. Я выгораживаю и оправдываю тебя как дура, но навязываться не буду. Давай решим всё раз и навсегда. Что ты от меня хочешь?