Тусовки он презирал и раньше, смотреть на этих избалованных и изнеженных представителей элиты ему было откровенно тошно. Предел их драйва — курить травку, закидываться дурью и трахаться в туалете ночного клуба. Ему претило в них всё: тупой нудный рэп или компьютерное техно, надуманные пиздострадания, модный столичный сплин и ночные гонки на купленных батями суперкарах.

Его вызов — смертный бой на краю света, жизнь на волоске и раны товарищей по оружию.

Эти люди не имели ни малейшего представления о том, что такое настоящая жизнь, подменяя её суррогатом, хоть и люксового качества.

Друзей у него почти не было, круг общения был тщательно отфильтрован и устоялся.

Влад до сих пор корил себя тем, что не разгадал Альбину. Она всегда производила впечатление милой и не обременённой интеллектом светской львицы, а на деле оказалась главарём жесточайшей преступной группировки. Но что говорить о нём, даже если его партнёр, проживший с ней без малого тридцать лет, всегда снисходительно улыбался и баловал её, называя «бабочкой».

Ему это дорого обошлось, да и Владу лишь чудом удалось спетлять. Не будь у него многолетней боевой подготовки и колоссального опыта — он запросто мог стать безымянной могилой на краю географии.

Его смартфон часто загорался всполохами света, сообщая о многочисленных сообщениях и уведомлениях, но он оставался глух, сидя в темноте и наблюдая за огненными бликами, отражёнными от поверхности пола.

Но вот телефон оживился и раздалась трель, кто-то решил рискнуть нарушить его уединение.

Без надобности его не смел беспокоить никто. Это первое, что усваивали его работники, служащие, партнёры и круг общения. Он ревностно оберегал свой покой и приватность, и некоторым, попавшим под горячую руку, это стоило работы. Сейчас же телефон не смолкал, и Владислав нехотя потянулся за смартфоном.

Короткий доклад по существу, и он уже вскочил на ноги, резво оторвавшись от пола.

Доля секунды на сомнения, которые были тут же отброшены, и Влад выскочил из кабинета, не тратя время на корректное завершение разговора, просто сбросив вызов, бросив короткое: «Следите за обстановкой, скоро буду!»

Волчанский вылетел из дома как ошпаренный, на ходу застёгивая куртку, и сам сел за руль. Охрана на выезде кинулась было к машине сопровождения, но он властно махнул рукой, сводя на нет их инициативу.

Влад резко вдавил педаль газа едва ворота отъехали на минимальный для проезда проём, из-под покрышек взвился гравий, и стоп огни его Гелендвагена почти мгновенно исчезли за поворотом дороги.

За рулём он всегда был спокоен и собран, считая управление автомобилем чем-то вроде медитации, вот и сейчас привычная последовательность простых и отработанных до автоматизма действий заставила его немного прийти в себя.

Он слишком долго ждал! Давал ей время и ждал, скучал и снова ждал, бесился от невозможности что-либо предпринять и ждал, приходил в ярость от её упрямства и всё равно ждал.

Но малявка перешла все разумные границы.

Сразу же после выписки из больницы он приставил к ней наружное наблюдение — ребята должны были отвечать за её безопасность, но быть незаметными, как тень всюду сопровождая девушку.

Они печатали еженедельные отчёты — передвижения, встречи, покупки, локации, но Влад почти не просматривал их, не желая бередить свежую рану. Лишь в крайнем случае они должны были выйти на связь — и вот этот случай наступил.

Маленькая дурочка решила уйти в отрыв — ночной клуб, танцы и неумеренные возлияния алкоголя не были тем триггером, что должен был сорвать ему крышу. Охранники из наружного наблюдения не должны были звонить ему, пока нет прямой и явной угрозы её жизни и здоровью, но они перестраховались, а он...

Он просто устал ждать, решив снова взять всё в свои руки.

На парковке у клуба он бросил ключи от машины подоспевшему работнику, чтобы тот сам отогнал авто от входа, и не теряя ни минуты, вошёл внутрь. Музыка гремела, заглушая басами даже мысли, прожектора, софиты и сценический свет соревновались между собой в яркости, огромное количество тел извивалось на танцполе, а всполохи света на мгновения выхватывали из тьмы лица и тела, увлечённые безудержным весельем под парами алкоголя.

Влад не любил подобные места, ассоциируя их с тем, что делало человека невменяемым, он сам не признавал никакие виды допинга и анестезии — алкоголь не употреблял, не курил и никогда не баловался наркотиками.

За время своего несчастливого детства он достаточно насмотрелся, как любимый человек теряет человеческое обличье, пытаясь «расслабиться», уходя от реальности, пусть и суровой, в мир не менее жестокой иллюзии.

Сейчас он хладнокровно и уверенно осматривал толчею в зале, расталкивая плечами посетителей и продираясь сквозь толпу, бросал беглые взгляды на столики по периметру, понимая, что его ждут и найдут способ подать знак.

Вот уже он выхватил в хаосе незнакомых лиц ищущий его взгляд парня из его службы безопасности. Тот кивнул ему, приветствуя, а затем взглядом указал направление, интересующее босса.

В самом центре танцпола его малышка извивалась под музыку, плавно двигая бёдрами, и движения эти обнажали много больше из того, чем он готов был делиться с окружающими. Всполохи ярких лучей пробегались по идеальным пропорциям, подсвечивая кукольно красивое личико с модным макияжем и мягко сверкающее шиммером прекрасное тело.

Серебристый кусок тряпки, лишь по недоразумению названный платьем, оставлял мало простора для фантазии толпы поклонников её таланта, собравшихся вокруг.

Один из самых расторопных уже протягивал к ней свои руки, вдохновленный количеством выпитого и отсутствием попыток его отшить. Влад уже представил себе хруст костей неудачливого ухажёра, злобно скалясь про себя.

А Лера просто ничего не замечала вокруг, закрыв глаза и продолжая плавно двигаться в ритме мелодии.

Довольно. Влад увидел всё, что хотел.

Он поспешно стянул с себя бомбер, не без причины подозревая, что сама она вряд ли пойдёт с ним добровольно, а подними он её на руки, изумлённой публике предстанет зрелище, которое они забудут не скоро.

Подол наряда едва прикрывал аппетитную пятую точку девушки, которая искала приключений, и таки нашла, но видимо не те, на которые рассчитывала.

Желание выпороть её за подобные выходки было таким осязаемым, что Волчанский с удивлением заметил, что его ладони непроизвольно сжались в кулаки. Тело подобралось перед решающим действием, мышцы окаменели.

Он решительно продвигался вперёд, расталкивая её новообретенную фан-зону широкими плечами, не сильно заботясь о комфорте веселящихся. Остановившись за спиной девушки, он легко подхватил её на руки, одновременно укутывая мягкую ткань.

Под ладонями он ощутил горячее голое тело и мысленно сделал себе отметку проучить малышку с особым усердием. Его прошибло как ударом в тысячи вольт, когда его руки плавно прошлись по её бёдрам, завладевая желанной добычей.

Реакция девушки, притуплённая алкоголем, оказалась весьма замедленной. Со словами «Кккакого чччерта» она попыталась было разжать держащие её руки, но узнала знакомые часы и татуировку, и затихла.

Влад закинул её на плечо и собрался уйти, когда почувствовал руку соперника — тот был не согласен с тем, что в его планы на вечер внесли существенные изменения.

Не расставаясь с драгоценной ношей и всё ещё по возможности стараясь прикрыть её обнажившиеся прелести, Волчанский развернулся к сопернику.

— Мужик, без обид, давай разойдёмся мирно. Куколка меня ждала, забыла предупредить просто...

Он всегда предпочитал избежать потасовки, хотя драться любил и умел. Он знал, что лучший бой — это тот, которого удалось избежать!

Сейчас потасовка ему была не нужна — его руки были заняты, а выпускать из поля зрения и тисков контроля Леру он больше не планировал.

Краем глаза он увидел, что подоспели ребята из негласного сопровождения девушки, и встали бок о бок с ним. Влад предупреждающе поднял руку, отказываясь от их помощи. Несостоявшийся соперник хоть и был под парами алкоголя, смог довольно точно оценить обстановку и отступил в тень.