Влад вбежал в дом и осторожно опустил Леру на ковёр. Девушка пребывала в состоянии шока, но истерика угасла, и она лишь изумлённо таращила глаза. Мужчина торопливо стянул с себя рубаху и разорвал надвое, моментально сделав девушке перевязку, подложив вторую часть под голову.

Он ободряюще бормотал какие-то глупости, сосредоточенно утягивая края раны, чтобы максимально остановить кровотечение.

— Никому не двигаться, работает спецназ! На пол, руки за голову!

Влад от греха подальше распластался на полу, сложив руки за голову. Не хватало ещё схватить пулю сейчас, когда уже всё почти позади.

Люди в чёрном почти бесшумно рассредоточились по помещению, проникая в каждый угол и зачищая пространство. Прямо над ним стояли двое и Влад отчётливо видел армейские берцы прямо перед глазами.

Он не шевелился и не издавал ни звука, прекрасно зная, что значит попасть под раздачу профессионалов при исполнении.

Ещё в первые секунды его довольно грубо обыскали, но, к счастью, не били, что было не редкостью при задержаниях. На запястьях его защёлкнули наручники, и он про себя усмехнулся, оценив профессионализм бойцов.

Прошло несколько томительных минут в напряжённом ожидании, затем вооружённые до зубов люди в тяжёлой боевой экипировке стали стекаться в помещение, были слышны отголоски переговоров по рации — старший отчитывался об удачной зачистке.

Снизу раздавался звук циркулярной пилы — вероятно в подвале вскрывали двери в закрытые помещения.

Ещё по прошествии некоторого времени в дом впустили врачей медицины катастроф и они сразу же приступили к оказанию первой помощи девушке. Её переложили на носилки и забрали в карету скорой помощи.

Влад выдохнул с облегчением — из разговоров врачей он понял то, что подозревал и сам — рана не опасна, пуля задела мягкие ткани и застряла в лопатке.

Ещё по прошествии некоторого времени перед его глазами оказались тёмные джинсы и Волчанский услышал знакомый голос с ироничными интонациями:

— Поднимите мне этого Бетмена, — почти в то же мгновение Влад ощутил как сильные руки без всяких церемоний оторвали его от пола и поставили перед полковником Следственного комитета Авдеевым Сергеем Павловичем.

Тот улыбался от уха до уха, осматривая живого и невредимого мужчину, и бодро кивнул, подмигивая, приветствуя старого знакомого.

— Снимите наручники, — его команда прозвучала будто в пустоту, никто не спешил освобождать Влада.

— При всём уважении, полковник...

— Исполняйте!

Волчанский почувствовал, как его рукам вернули свободу и машинально стал потирать запястья, где браслеты продавили довольно ощутимые борозды. Мышцы и тело затекли от неудобного лежания на полу, но Влада сейчас волновало не это.

Он отвёл Авдеева в сторону и торопливо стал излагать ему ситуацию, но спецназовцы так и не убрали пальцы с курка, а его с прицела.

Влад был не в обиде, он прекрасно понимал, что в условиях боя каждый за себя, а он как ни крути, был в их глазах угрозой.

— Как вы догадались? — помощь подоспела вовремя, и Влад признавал, что была она как нельзя кстати.

— Я привык всё держать под контролем. Когда мне доложили о необычной финансовой активности и переводах, я первым делом связался с Верой Васильевной и узнал, что вы отправили её в мини отпуск. А дальше всё было делом техники — установили слежку за выездом из посёлка и стали ждать. Следить за вами было опасно, на помощь пришли камеры — пришлось забить в систему номера всех машин, связанных с вами и фирмой. Ваш сегодняшний путь отследили сначала по камерам, а потом с помощью дрона.

— Спасибо, полковник!

Ещё пара минут потребовалось Авдееву чтобы принять информацию, войти в курс дела и дать распоряжения, и вот уже Влад в сопровождении троих бойцов отправился в лес на место их недавней схватки.

Вернулись они довольно быстро, ведя за собой контуженного Антона и его раненого прихвостня, закованных в наручники.

С разбитой головы водителя Альбины капала кровь, на предплечье красовалась рваная рана, но взгляд его был полон ненависти — они с хозяйкой явно не ожидали такого исхода. Теперь их радужным планам о бегстве за границу не суждено было сбыться, и основной виновник стоял прямо перед ним.

Антон злобно зыркнул на Волчанского и презрительно сплюнул в его сторону кровь, но Влада это нисколько не тронуло.

Он до сих пор пребывал в состоянии адреналинового раша, и лишь присутствие посторонних остановило его от желания разбить в кровь эту мерзкую рожу, ну или отстрелить ему конечности. Сидеть он сможет и так.

Авдеев присутствовал при их молчаливой сцене и по напряжённой позе и ярости на лице Волчанского понял, что тот едва сдерживает себя.

— Уведите его! Что там внизу? Скоро приедет следственная группа.

Полтора месяца спустя...

Лера в очередной раз с раздражением отбросила мобильный и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Это было бы смешно, если бы не было так грустно!

Кому-то определённо не лень донимать её звонками каждый день! Эту бы энергию, да в мирных целях!

Все звонки, счёт которым она уже потеряла за последние пару недель, начинались и заканчивались одинаково, и всегда были с разных номеров. Она уже устала блокировать неведомых абонентов, а те, к сожалению, не устали добиваться её внимания!

Вот опять приторно вежливый хорошо поставленный голос поведал:

— Валерия Александровна, господин Навруцкий, член гильдии адвокатов Центрального округа, настоятельно просит вас о встрече.

Да, они осведомлены, что у неё нет никаких дел, требующих услуг адвоката. Да, они понимают её тревогу и озабоченность, но не могут раскрывать суть дела в телефонной беседе. Да, они всё понимают, но личность доверителя раскрывать не уполномочены.

Лера и неведомый господин Навруцкий сошлись в общем на двоих упорстве — девушка не желала ничего о нём слышать, а тот никак не отставал — и это был лишь вопрос времени у кого из них первым лопнет терпение.

Полтора месяца назад она очнулась в отдельной палате лучшего столичного медицинского центра, с удивлением рассматривая медицинскую аппаратуру вокруг себя. Будучи студенткой медицинского университета, она знала все протоколы и процедуры и множество раз была на практике в лечебных учреждениях различного профиля, но быть пациенткой хирургического отделения ей довелось впервые.

Рана на спине слегка ныла, но в целом не доставляла сколько-нибудь значимого дискомфорта, и за исключением этого чувствовала она себя довольно сносно. Первые дни девушка много спала под воздействием обезболивающих препаратов, но потом в её жизнь ворвалась реальность.

Ей часто в последнее время казалось, что она стала героиней сказки Алиса в Зазеркалье, настолько крутые кульбиты делала её жизнь, и ничто не могло подсказать ей, что ждёт девушку за очередным поворотом.

С момента, когда ей стало дурно в приёмной модельного агентства, она не единожды оказывалась в самых неожиданных локациях, так что теперь её мироощущение несколько пошатнулось.

Времени для мыслей было предостаточно, вот только собраться и объединить всё воедино не было ни душевных, ни физических сил.

Уже много позже она узнала, что у дверей её палаты дежурит круглосуточная охрана, а здоровье её доверено лучшим специалистам столицы. И даже целый полковник и советник юстиции Авдеев почтил её своим присутствием, пожелав скорейшего выздоровления.

Из новостей ещё неделю спустя она узнала, что Волчанский после недолгого пребывания в СИЗО отпущен под подписку о невыезде и о том, что обвинение будет громким. Часть деталей просочилась в сеть, нагнетая небывалый интерес к такому громкому делу, как похищения и работорговля, преступления против половой неприкосновенности и отмывание денег.

Следственный комитет объединил усилия с Интерполом, и дело приобрело невиданный размах, но органы правопорядка держали интригу, и не раскрывали почти никаких деталей в интересах следствия.