Как она могла⁈ Как она могла так быстро отдаться другому, когда только совсем недавно впервые познала, что такое близость вообще⁇

«Может быть, она просто захотела познать настоящую близость, Вегард?», — пресек его внутренний голос, заставив умолкнуть его возмущения.

— Короче, — после нескольких минут паузы продолжил Мариус деловитым тоном, — что случилось, то случилось. Теперь скажи мне: Лили точно права была, сказав, что между вами уже ничего нет и ты ясно дал ей понять, что она свободна? Я ей верю, но, быть может, она до конца не поняла тебя и ты имеешь ко мне какие-то претензии теперь.

Мариус ждал. Вегард уже понял, к чему вопрос.

— Можешь делать, что хочешь, — жестоко проговорил Вегард, улыбнувшись. — У меня нет к тебе претензий, Мариус. Только не забывайте, пожалуйста, за вашими утехами, что у меня с ней договор.

— Не забудем, я уж точно, — отрезал дракон, встав с дивана. — Но учти, чтобы сдержал слово. — Мариус встал перед ним, сложив руки за спину и расставив ноги. — Никаких опасностей для нее, Вегард. Она мне стала дорога и после всего я собираюсь забрать Лили к себе в столицу.

— Покоя не дают драконьи инстинкты, да, Мариус? — ехидно спросил Вегард, отодвинувшись от стола на кресле. — Немедленно забрать понравившееся и утащить к себе?

— Может быть и так, — сказал Мариус, даже не думая обижаться. — Если говорить об инстинктах, то вы, маги, далеко от нас не ушли. Единственное различие — думаете вы больше о себе и больно расчетливы, даже в чувствах.

— Впервые слышу о таком, — парировал Вегард. — И что дальше? В смысле, какую судьбу ты ей предоставишь? Быть твоей очередной любовницей?

— Не знаю, Вег, — искренним тоном ответил Мариус, подойдя к открытому окну сбоку от стола. — Не думаю, что Лилиан захочет долго находиться в таком положении. Слишком она свободна и самостоятельна, чем я и восхищаюсь. Вдобавок, ее кровь дает о себе знать.

— Что именно ты имеешь в виду? — напрягся Вегард.

— Ты же сам видишь, — тише произнес Мариус, не отрывая взгляда от вида за окном. — Наследие сидов в ней сильно. Когда ты встречал таких? Твои предыдущие находки были по сравнению с ней лишь слабой тенью. Я даже это чувствую, не говоря о тебе, с твоими способностями к считыванию ауры.

Вегард смотрел на друга, стоявшего к нему боком и думал. Значит, Мариус тоже это заметил. Потому что драконы хоть и не обладают умением самим творить магию, они являются ее носителями, ибо могут оборачиваться в зверя. Поэтому и чувствительны к ауре, как и маги.

— Сиды на самом деле существовали и существуют, — так же тихо ответил Вегард. — Знают об этом немногие, включая моего отца, меня и тебя… Народные поверья о них разбавлены сказками и ненавистью к любому, кто имеет признаки «бестии». А высшей свет и прочие образованные люди уже столетиями считают эти поверья мифом. Они думают, что существовала просто какая-то раса полудиких лесных людей, наделенная силой и красотой… И тех, кто имеет уши необычной формы и свечение глаз в темноте, считают далекими потомками этой вымершей расы. — Вегард покачал головой. — Эти теории закреплены научно и многие ученые возвели их в доказанный факт.

— И хорошо, что знают истину немногие, — произнес Мариус, обернувшись к Вегарду. — Чем меньше людей знает об этом, тем спокойнее тебе заниматься своими исследованиями. А что касается Лилиан…

— Что? — чуть нетерпеливо спросил Вегард, не имея уже сил скрывать свое отчаяние из-за сложившейся ситуации.

— Просто представь, если все было бы по-другому и твои подозрения насчет роли сидов в иерархии магии подтвердились бы? Как теперь ты на нее посмотришь? — Мариус приподнял бровь и, отойдя от стола, склонился над Вегардом. — Сможешь ли сказать себе, что не смущен тем, в каком она положении относительно нас с тобой?

Вегард выдержал взгляд друга, но ничего не сказал. Они поняли друг друга с полуслова. Когда-то его собственные догадки стали доходить и до некоторых посвященных, как и до Мариуса тоже. Все эти догадки были еще туманны и полны неясностей.

— Сейчас, я полагаю, можно об этом не думать, — произнес наконец Вегард. — Самое главное — достичь успеха в основном деле. С силой Лилиан, я уверен, я быстро найду разломы. Тем более, октябрь близок.

— Я в этом не сомневаюсь, Вегард, — кивнул головой Мариус, все еще стоя над ним и не сводя с него темных глаз. — И понимаю, что тобой движет высокая цель. Но помни и о своей осторожности.

Вегард еле заметно тоже кивнул, радуясь, что можно оборвать разговор, тем более время ужина подошло. Ему было невыносимо продолжать здесь сидеть и говорить о Лилиан. Но он знал, что худшее ждет его впереди — ночью, когда он останется один со своими мыслями и воображением. И они ему будут подкидывать сцены, в которых Лилиан и Мариус отдаются своей похоти и страсти. Снова и снова.

Поэтому он быстро встал и поспешил напомнить Мариусу об ужине. И далее они вместе покинули башню.

— Не понимаю, как ты можешь отпускать такую кучу прислуги после обеда! — воскликнул дракон, когда они вдвоем спускались по широкой лестнице на первый этаж. — Просто из-за того, что их мысленные эманации ты иногда улавливаешь. А кто тебе прислуживает, когда в этом появится острая необходимость?

— Жером всегда здесь, а пока ты у меня гостишь Олли тоже остается в замке, чтобы твоя драконья Светлость не чувствовала себя ущемленной в обслуживании, — улыбнувшись, сказал Вегард. — В остальном — еда всегда готова, а выносить за мной ночные горшки не надо.

— Кошмар, — произнес Мариус и рассмеялся. Они уже подходили к столовой, откуда доносились оживленные голоса и заливистый смех Реджины. — Великий лорд и владыка Провиденс-Хилла, в подчинении которого столько жителей, живет почти в аскетизме. Ну тогда хоть не заставляй их носить дурацкие шапки из фольги. Почему бы просто не заполнить замок чарами, заглушающими мысленный фон?

— Ты не понимаешь, Мар, — снисходительно и по-доброму ответил Вегард, приостановившись у входа в столовую. — Такие чары долго не держатся, потому что люди живые. Одно — настроить неодушевленный предмет на долгую работу, как те же очаги с постоянным теплом или автоматическое освещение канделябров. А другое — работать с людьми. Поэтому лучше пусть будут шапки.

— Все же я думаю, что они не так эффективны, тебе просто нравится быть эксцентричным хозяином, — сказал с насмешливой улыбкой Мариус и подмигнув ему, зашел в столовую. Вегард последовал за ним.

Лилиан, Аллегро и Реджина ожидали их. Реджина бурно отчитала Вегарда за то, что он заставляет их всех ждать, занимаясь неизвестно чем. Вегард скромно извинился, поняв, что Реджина таким образом тонко уколола Мариуса, именно его имея в виду. Но тот совершенно не обратил на это внимания, нагло сев возле Лилиан.

Пока Жером обслуживал их и подавал блюда, Вегард бросал незаметные взгляды на эту парочку. И хорошо, что в этот момент Аллегро рассказывал какую-то занимательную историю про недавнюю войну с южными землями. Все внимательно слушали и не видели его, Вегарда, взглядов.

Лилиан сияла — он признался в этом себе. Как бы трудно ему и не было это сделать. Сидя рядом с Мариусом, она время от времени обращала на него горящий взгляд, в котором легко можно было прочесть все ее чувства. Ее нежная кожа лица заметно краснела, когда Мариус, склонившись к ней ближе, что-то говорил ей. Предназначенное только им двоим.

«Я не могу этого выносить», — подумал Вегард, когда прошло от силы полчаса после начала ужина. Смех Реджины, любезность Аллегро, переглядывания Мариуса и Лили действовали ему на нервы. Он сжимал свой бокал, время от времени поднося его ко рту, но почти не чувствуя вкус напитка. Нет, он должен уйти отсюда. Немедленно!

— Вегард! — окликнул его голос Реджины, когда он вышел из столовой, сославшись на то, что кое-что вспомнил по работе в лаборатории и скоро вернется. Жерому он успел шепнуть, чтобы позже тот извинился перед Аллегро, когда он будет уезжать. Потому что возвращаться к компании гостей Вегард не собирался!