В одном из кресел, в углу, уже сидел посетитель. Он был стар, но подтянут. Высокий и сухой, с кожей, испещрённой морщинами. Одет посетитель был в тёмно-гранатовый бархатный камзол с серебряным шитьём и высоким стоячим воротником. В руках он держал трость из чёрного дерева с набалдашником из лунного камня, будто тускло мерцавшего внутренним светом. На пальцах поблёскивали перстни, на цепочке на груди висел массивный медальон. Его глаза были бледно-серые, водянистые, но с острым, пронизывающим взглядом и внимательно прошлись по каждому из нас, когда мы вошли. Он не сказал ни слова, лишь слегка склонил голову в знак приветствия, но я кожей почувствовал, что этот старик точно нас изучает и оценивает.

Василий вежливо кивнул в ответ, я последовал его примеру. Швейцар жестом указал на свободные кресла:

— Присядьте, господа. Магистр Стеллар примет вас, как только освободится. Ожидайте.

Он поклонился и бесшумно вышел, притворив за собой дверь. Мы остались в тишине, в компании этого старца, чей взгляд, казалось, просвечивал нас насквозь. Сергей остался стоять у стены, чуть позади моего кресла, настороженно поглядывая на незнакомца. Я же опустился в кресло рядом с Василием и принялся ждать, стараясь дышать ровно и ничем не выдавать охватившее меня внутреннее напряжение.

На морщинистом лице старика заиграла дипломатичная, чуть отстранённая улыбка, которая, однако, не тронула его глаз. Его взгляд же, остановившись на мне, внимательно скользнул по моему лицу, по волосам, по новому костюму, по рукам, сложенным на коленях. Затем он перевёл его на купца и обратно на меня. Тишина в приёмной, казалось, сгустилась до состояния, которое можно было резать ножом. Тут весели магические часы со стрелками на стене. Секунды тянулись, словно патока, и я уже начал разглядывать узор на ковре, стараясь унять нервную дрожь в кончиках пальцев, как вдруг тишину нарушил голос: негромкий, чуть хрипловатый, но с бархатистыми нотками, выдающими долгую привычку убеждать и повелевать:

— Прошу простить старика за любопытство, — начал он, чуть склонив голову. — Но, видя здесь новые лица, я не мог не заинтересоваться. Меня зовут Альдрих Вейс. Я имею честь представлять здесь, в Аргонисе и во всём Королевстве Серебряных Шпилей Синдикат Магических Сокровищ.

Он сделал паузу, давая нам переварить информацию. Я почувствовал, как напрягся Василий, сидящий рядом. Сам я внутренне сжался, но постарался не подавать вида и сохранить на лице спокойное выражение.

— А с кем имею честь беседовать я? — спросил Альдрих, всё так же мягко и вежливо, но в его тоне читалась стальная настойчивость.

Василий, поняв, что игнорировать вопрос или отмалчиваться нельзя, взял слово. Он чуть подался вперёд, разгладил рукой полу своего камзола, и на его лице появилась такая же доброжелательная, но ничего не значащая улыбка, которую я уже видел у него во время торга.

— Доброго дня, господин Вейс, — начал он, чуть склонив голову. — Меня зовут Василий Фёдорович, я торговый представитель вот этого молодого человека, Яра Громова, и его наставника, магистра Элиаса Зольника. Мы здесь по делам регистрации нашей деятельности, как создателей и продавцов магических артефактов. Дело новое, хлопотное, но безусловно интересное.

Он говорил спокойно, уверенно, но я, сидящий с ним рядом, кожей чувствовал исходящее от него напряжение. Это была словно невидимая дуэль. Два торговца, два мастера переговоров, сошлись в этом тихом зале, и я был лишь пешкой на этой доске, наблюдателем, чьё мнение пока никого не интересовало.

Альдрих Вейс слушал, не перебивая, слегка покачивая тростью. Его водянистые глаза, казалось, впитывали каждое слово. Старик в гранатовом камзоле слегка приподнял трость и мягко стукнул ею об пол, привлекая к себе внимание.

— Ах, регистрация, — протянул он, и в его голосе послышались нотки лёгкого интереса. — Похвально. Молодые таланты, решившие встать на стезю легального артефакторства. Это похвально. Особенно в наше неспокойное время.

Он выдержал паузу, затем, словно невзначай, обронил:

— А знаете, господа, я в последнее время слышал много любопытных слухов о новом типе артефактов, что появились на наших рынках. — Он чуть прищурился, и его улыбка стала чуть шире. — Так называемые временные артефакты. Усиливающие перстни, кажется? Они проявляют свои свойства в течение нескольких недель или месяцев, а затем их сила постепенно рассеивается. Какая-то новая магическая технология, по словам ведающих в этих делах мастеров. Быть может, вам, как людям, связанным с магическими ремёслами, что-нибудь известно об этом?

В приёмной повисла звенящая тишина. Я краем глаза заметил, как на виске Василия, у самой линии волос, выступила крошечная капелька пота. Она блеснула в свете, падающем из окна, и тут же исчезла, когда купец, сделав неуловимое движение, вытер её ладонью, поправляя воротник. Его улыбка на мгновение дрогнула, но тут же вернулась на место, став чуть более сдержанной и более официальной.

Затем Василий тяжело вздохнул, и в его голосе исчезли добродушные нотки. Он посмотрел прямо в глаза представителю синдиката, и в его взгляде мелькнула сталь, которую я раньше в нём не замечал.

— Господин Вейс, — произнёс он медленно, с расстановкой. — Давайте сразу к делу, чтобы не тратить ваше и моё время. Вы ведь не случайно оказались в этой приёмной в этот час и завели этот разговор, верно?

Мой деловой партнер не спрашивал, он утверждал.

На секунду мне показалось, что старик удивится или нахмурится, но вместо этого он слегка манерно рассмеялся тихим, сухим смешком, больше похожим на покашливание.

— Ха! — выдохнул он, и его глаза на мгновение потеплели. — Прямой подход. Ценю. Все эти увертки, которые так любят мелкие торговцы… От них уже тошно. Да, господин купец. Вы правы. Я здесь не случайно.

Он чуть наклонился вперёд, опираясь на трость обеими руками, и его голос стал тише, но от этого ещё более весомым.

— Синдикат Магических Сокровищ следит за рынком артефактов по всем мирам. И появление такого нового, возможно, революционного продукта, как временные усилители… Это не могло пройти мимо нас. Нам стало известно, что источник этих перстней находится где-то в Аргонисе или его окрестностях. И вот я здесь, сижу в приёмной главы Королевской Гильдии Артефактов и встречаю молодого человека и его представителя, которые пришли регистрировать своё ремесло. Совпадение? Как думаете?

Он вновь улыбнулся, но теперь в его улыбке не было ни капли добродушия. Это была улыбка акулы, почуявшей запах крови. Улыбка человека, который привык получать то, что хочет.

Василий внешне казался совершенно спокойным, хотя я подозревал, что внутри у него всё кипит.

— Что ж, — сказал купец после долгой паузы, и его голос звучал ровно, хотя в нём и слышалось лёгкое напряжение. — Раз уж мы так откровенны, господин Вейс, то позвольте узнать: чего именно хочет Синдикат Магических Сокровищ от нас?

— Сотрудничество, — просто ответил старик, и это слово повисло в воздухе, словно тяжёлый бархатный занавес, скрывающий сцену, на которой вот-вот должно было разыграться некое действо.

Василий не купился на столь расплывчатое обещание. Он чуть приподнял бровь, и в его голосе зазвенела металлическая нотка, которую я также редко от него слышал:

— Сотрудничество — понятие широкое и растяжимое, господин Вейс. Не соблаговолите ли уточнить: какого рода и на каких условиях?

Альдрих Вейс ничуть не смутился от такого прямого вопроса. Напротив, он словно только этого и ждал. Старик медленно провёл пальцем по гладкому набалдашнику своей трости, и его глаза хитро блеснули:

— Что ж, раз вы предпочитаете прямоту, извольте. Я бы хотел предложить вам, то есть вашему протеже и его наставнику, войти в состав Синдиката Магических Сокровищ.

У меня внутри всё похолодело. Войти в состав Синдиката? Я уже представил, как меня заставляют раскрыть секрет моего дара, как я становлюсь винтиком в огромной бездушной машине, которая перемалывает всё на своём пути. Кулаки непроизвольно сжались, и я с усилием разжал их, заставляя себя дышать ровно.