Роэн оказался жив.

Только после этих слов я поняла, насколько сильно до сих пор боялась другого ответа.

Лорен продолжил:

— Судебная служба уже здесь. Оставайтесь наверху, пока не дадут разрешение спускаться.

Я посмотрела на Теона.

Он услышал.

— Я хочу к отцу.

— Пойдем, как только станет безопасно.

— Обещаете?

— Да. Теперь это обещание могу дать.

Ждать пришлось почти двадцать минут.

Для Теона они казались часом.

Для меня тоже.

Наконец дверь открыл судебный страж.

— Центральный двор очищен. Можно спуститься в нижнее западное крыло. Дальше пока нельзя.

Теон уже встал.

Норен осмотрел его еще раз и разрешил идти медленно.

Мы спускались по старой каменной лестнице.

Чем ниже, тем сильнее становился запах раскаленного металла и горелой магической смеси.

На одном из уровней лежала разломанная пластина с красными линиями.

Я не задерживалась.

Теон тоже.

В нижнем дворе мы увидели Роэна.

Тарн стоял рядом.

На шее дракона еще оставались следы красного контура, но света больше не было.

Теон побежал.

Я хотела остановить из-за слабости.

Не успела.

Роэн развернулся и поймал сына.

— Я говорил не геройствовать.

Теон обнял его за шею.

— Вы тоже.

Роэн закрыл глаза.

Потом посмотрел на меня.

Я подошла.

На этот раз не было причины сохранять расстояние.

Он одной рукой продолжал держать Теона, другой притянул меня.

Всего на несколько секунд.

— Вы целы?

— Да. Теон устал, но Норен говорит, ничего опасного.

— Я спросил и про вас.

— Тоже цела.

Роэн выдохнул.

— Хорошо.

Теон уже тянулся к Тарну.

Дракон опустил голову.

Мальчик приложил ладонь к чешуе.

— Он злится.

Роэн усмехнулся.

— Я тоже.

— Но на вас нет узды.

— Именно поэтому могу злиться по собственному желанию.

Теон посмотрел на него.

Потом неожиданно рассмеялся.

Я тоже.

После всего происходящего этот смех звучал почти неприлично.

И совершенно правильно.

Из внутреннего коридора выбежал человек судебной службы.

— Лорд Арден, Вальк открыл восточный выход из архивного сектора. Двое его людей задержаны, но он уходит к посадочной площадке. В архиве пожар.

Роэн сразу передал Теона мне.

— Оставайтесь здесь.

Я не спорила.

Сейчас это действительно было вопросом безопасности.

Роэн поднял меч и пошел к восточному проходу.

Тарн двинулся за ним.

Судебный человек попытался остановить:

— Дракона лучше не вести внутрь.

Роэн посмотрел на Тарна.

Тарн сам остановился у арки.

Роэн кивнул.

— Он тоже так считает.

Мы остались во дворе.

Я слышала команды.

Шаги.

Где-то работали люди, пытавшиеся остановить огонь в архиве.

Лорен появился через другую дверь с пачкой обгоревших папок.

— Они начали жечь реестры, но большая часть архивных шкафов защищена от огня. К счастью, люди, которые строили секретную военную программу, боялись потерять собственные записи не меньше, чем разоблачения.

Норен спросил:

— Есть что-нибудь полезное?

Лорен посмотрел на папки.

— Если половина названий внутри совпадает с индексами, которые я успел увидеть, Вальку будет очень трудно объяснить происходящее еще одной ошибкой технического отдела.

Со стороны восточной площадки раздался крик.

Потом металлический удар.

Теон напрягся.

— Это отец?

— Не слушайте людей через драконов, — сказала я. — Мы сейчас ничего не узнаем точнее, чем через минуту.

Минуты не понадобилось.

Вальк появился в арке.

Я впервые увидела его не спокойным маршалом из зала и не человеком, который умел превратить любое преступление в рассуждение о государственной необходимости.

Мундир был испачкан пеплом.

В одной руке он держал небольшой металлический футляр.

В другой — короткий клинок.

За ним шли двое судебных стражей.

Перед ним с площадки появился Роэн.

Дейран остановился.

— Отойдите, Роэн. То, что произошло сегодня, еще можно исправить. Центральный контур разрушен не полностью, а данные программы не должны попасть людям, которые уничтожат пятнадцать лет работы из-за одного провального запуска.

Роэн не поднял меч.

— Положите оружие и футляр. На этот раз говорить будете не со мной, а с судом.

Дейран посмотрел на Тарна за спиной Роэна.

— И что ты расскажешь суду? Что твой сын разрушил военную систему, которую сам же помог запустить собственной кровью? Что ребенок способен воздействовать на десятки драконов сразу? Ты думаешь, после сегодняшнего кто-нибудь позволит ему просто вернуться домой и играть в саду?

Роэн не изменился в лице.

— Теон не подчинил ни одного дракона. Он помог им перестать подчиняться вам. Разницу услышали десятки всадников, и каждый из них сейчас может дать показания.

— Ты все еще думаешь категориями одного человека и одного дракона. Империя не может зависеть от того, захочет ли разумное животное выполнить приказ в момент, когда решается судьба армии.

— Тогда не называйте это связью. Называйте рабством и хотя бы перестаньте лгать себе.

Дейран сжал футляр.

Я видела, как он смотрит в сторону боковой площадки.

Там стоял небольшой служебный дракон.

Без всадника.

Наверное, Дейран рассчитывал добраться до него.

Роэн тоже понял.

— Не делайте этого. Ни один дракон в этой цитадели сейчас не выполнит ваш приказ только потому, что у вас на рукаве маршальские знаки.

Дейран усмехнулся.

— Приказы выполняют не из-за знаков.

Он бросил металлический футляр на камень.

Изнутри вспыхнул красный свет.

Тарн резко поднял голову.

Я почувствовала, как Теон рядом напрягся.

— Что это?

Мальчик прислушался.

— Маленькая узда. Не на Тарне. Он пытается позвать того дракона.

Служебный дракон у стены дернулся.

На его ошейнике появились красные линии.

Дейран шагнул к нему.

Не успел.

Тарн ударил лапой по металлическому футляру.

Один раз.

Коробка смялась.

Красный свет исчез.

Служебный дракон отступил от Дейрана.

Сам.

Роэн подошел.

— Теперь оружие.

Дейран посмотрел на разбитый футляр.

Потом на дракона, который отказался приближаться.

И впервые я увидела в его лице не расчет.

Понимание, что система, которой он посвятил столько лет, перестала ему подчиняться.

Он поднял клинок.

Но не успел сделать больше одного движения.

Роэн встретил удар, отвел руку и выбил оружие.

Двое всадников, пришедших с судебной группой, сразу оказались рядом. Один перехватил Дейрана за плечо, второй за руку.

Никакого красивого поединка не произошло.

Маршала повалили на колено и надели магические ограничители.

Тарн стоял в нескольких шагах.

Мог приблизиться.

Не приблизился.

Ни один дракон не тронул Дейрана.

Его забрали люди.

И мне понравилось именно это.

Он не получил удобной смерти от существа, которое мучил.

Ему предстояло остаться живым и отвечать за каждую подпись.

Когда Дейрана повели мимо нас, он увидел Теона.

Остановиться ему не позволили.

Но он успел сказать:

— Ты еще не понимаешь, что мог бы сделать для этой страны.

Теон прижался ко мне.

Я уже собиралась ответить.

Он опередил.

— Я не хочу делать это вашей уздой.

Дейран посмотрел на него.

Теон продолжил значительно увереннее:

— И драконы тоже не хотели.

Стражи повели маршала дальше.

Больше он ничего не сказал.

К вечеру Главная цитадель перешла под контроль судебной комиссии и императорской канцелярии.

Центральную печать не уничтожили сразу.

Лорен настоял, что сначала нужно безопасно снять остаточные контуры со всех драконов.

Теона больше не подпускали.