— Норен сказал, что вы с отцом разбираете бумаги. Но потом Лорен пришел один и сказал, что вы еще разговариваете.

Я почувствовала, как Роэн рядом совершенно спокойно молчит.

Предатель.

— Разговаривали.

Теон посмотрел на закрытую дверь спальни.

— Здесь?

— Теон, — сказал Роэн, и в голосе уже появилось предупреждение.

Мальчик сразу решил, что вопрос можно отложить.

— Ладно. Я пришел потому, что Лорен сказал, вы нашли документы мамы.

Вот теперь шутки закончились.

Мы спустились втроем.

Внизу были Норен и Лорен.

Я села рядом с Теоном.

Роэн напротив.

Он рассказал сыну главное.

Без описаний убийства.

Без исследования крови.

Без слов о том, что Селия ожидала собственной смерти слишком отчетливо.

Сказал, что она нашла доказательства запрещенных испытаний узд.

Что Дейран Вальк курировал программу.

Что Селия собиралась передать бумаги императорской канцелярии.

Что после ее смерти Роэн спрятал Теона так, как она сама считала необходимым.

Мальчик слушал очень внимательно.

Когда Роэн закончил, спросил:

— Значит, мама хотела, чтобы вы сделали меня мертвым?

Роэн ответил:

— Если с ней что-нибудь случится и тебе будет угрожать опасность — да. Она считала это способом сохранить тебе жизнь.

Теон посмотрел на меня.

— Тогда отец не сам придумал.

— Не сам. Но решение все равно принимал он.

Мальчик снова повернулся к отцу.

— А мама написала, что делать потом?

Роэн молчал секунду.

— Написала. Я должен был закончить расследование.

— Но не закончили.

— Нет.

— Почему?

— Испугался.

Теон не стал спорить.

Просто спросил:

— Теперь закончите?

— Да.

— И что будет со мной?

Роэн положил обе руки на стол.

— Я хочу вернуть тебе имя.

Мальчик застыл.

— Как?

— Публично объявить, что ты жив. Восстановить документы. Признать, что пять лет назад я подделал сведения о твоей смерти, и объяснить почему.

Теон смотрел на него.

— Все будут знать, что я ваш сын.

— Да.

— И что я слышащий?

— Только то, что придется раскрыть для доказательства опасности узд и причин, по которым тебя пытались похитить. Я не собираюсь превращать твою способность в зрелище.

Теон помолчал.

— А могилу уберут?

Вопрос оказался неожиданным.

Роэн тоже не сразу ответил.

— Если захочешь.

Теон подумал.

— Не знаю.

— Тогда не будем решать сейчас.

— А когда?

— Когда вернемся домой.

Мальчик кивнул.

Я видела, как он пытается представить жизнь, в которой может назвать имя за воротами и никто не требует молчать.

— Я хочу.

Роэн смотрел на него.

— Уверен?

— Да. Я устал быть мертвым.

Норен отвернулся.

Лорен снял очки.

Я сжала пальцы Теона под столом.

Роэн кивнул.

— Тогда сделаем.

В этот момент я поняла, что решение окончательное.

Не потому, что Роэн произнес какую-то торжественную клятву.

Потому что впервые он и Теон выбрали одно и то же.

Не безопасность любой ценой.

Не риск ради красивой свободы.

А жизнь, в которой опасность придется встретить открыто.

Поздно вечером из Ранвеля пришло новое сообщение.

Марта передала, что официальный представитель Короны покинул округ, но приказ Роэну явиться на собрание остается в силе.

Более того, заседание перенесли.

Не через три дня.

Через два.

Лорен положил письмо рядом с найденными документами.

— Значит, времени у нас меньше.

Роэн кивнул.

— Достаточно.

— Чтобы что?

Роэн посмотрел на Теона, который уже спал у очага после слишком длинного дня.

Потом на меня.

— Чтобы завтра вернуться в Ранвель, собрать доказательства и послезавтра войти в столицу вместе с сыном, которого они пять лет считали мертвым.

Он говорил спокойно.

Так, будто речь шла об обычном маршруте.

Но теперь я знала цену этого решения.

Пять лет назад Роэн стоял у пустого детского гроба, чтобы весь мир поверил в смерть Теона.

Через два дня ему предстояло встать перед тем же миром и признать:

его наследник жив.

Глава 16. Наследник возвращается

Мы вернулись в Ранвель на следующий день после полудня.

На этот раз Теон почти не разговаривал во время полета.

Не потому, что плохо себя чувствовал. Норен несколько раз спрашивал его о головной боли, а я следила, не начинает ли он слишком глубоко прислушиваться к Тарну, Сарру и свободным драконам, которые оставались в горной долине.

Теон каждый раз отвечал, что все нормально.

Просто смотрел вперед.

Мне казалось, я понимала причину.

В первый раз он покидал Ранвель как ребенок, которого снова прятали от чужих глаз.

Теперь возвращался туда, чтобы через сутки отправиться в столицу под собственным именем.

Между этими двумя поездками прошло меньше двух дней.

Для Теона — почти вся прежняя жизнь.

Когда впереди появились серые башни Ранвеля, мальчик вдруг спросил:

— Моя могила все еще там?

Роэн сидел впереди него и несколько секунд не отвечал.

— Да. За время нашего отсутствия никто ее не трогал.

— А завтра?

— Завтра тоже будет.

Теон нахмурился.

— Но если я перестану быть мертвым, зачем она нужна?

Я услышала в голосе Роэна осторожность, которая теперь отличалась от прежней. Он больше не пытался определить правильный ответ заранее и выдать сыну готовое решение.

— Это твоя могила, хотя внутри нее тебя никогда не было. Поэтому я думаю, что решать ее судьбу должен ты. Не сейчас, не перед столицей и не потому, что нужно что-то доказать людям. Когда все закончится, вернемся домой и спокойно решим.

Теон помолчал, глядя на приближающийся дом.

— Я пока не знаю, хочу убрать или оставить.

— Тогда оставим.

— Даже если люди скажут, что это странно?

— Люди завтра узнают значительно более странные вещи.

Я улыбнулась.

Теон тоже.

Тарн пошел на снижение.

На северной площадке уже ждали.

Марта стояла первой, хотя рядом находились Севен и еще несколько человек охраны. Как только дракон сложил крылья, управляющая перестала делать вид, будто ее интересуют правила безопасной посадки, и пошла прямо к нам.

Теона сняли первым.

Марта обняла его так крепко, что он сначала даже не успел возмутиться.

Потом все же попытался:

— Марта, я не пропал. Мы были всего два дня.

— После того как за последний месяц в этот дом пришли похитители, предатель и государственный обыск, я имею право обнимать вас столько, сколько сочту необходимым.

— Но я почти не могу дышать.

— Значит, еще живы. Уже хорошо.

Она отпустила его, осмотрела с головы до ног и только потом повернулась ко мне.

Меня тоже обняли.

Этого я уже не ожидала.

— Никогда больше не оставляйте меня одну разбираться с чиновниками Короны, — сказала Марта, не отпуская сразу. — Эти люди съели половину запасов, осмотрели каждый шкаф и трижды пытались объяснить мне, что делают свою работу.

— Вы им поверили?

— После третьего объяснения стала верить меньше.

Я рассмеялась.

Роэн спрыгнул последним.

Марта посмотрела на него значительно строже.

— А вам я позже отдельно расскажу, что думаю о решении оставить меня здесь.

— Вы сами согласились.

— Это не мешает мне быть недовольной.

— Не сомневался.

Дом встретил нас знакомыми запахами, звуками и какой-то неожиданной обычностью.

На кухне готовили ужин.

В коридорах снова работали слуги.

Окна детского крыла были открыты.

Я вошла в классную комнату и на несколько секунд остановилась.

Все осталось на месте.

Карта.

Тетради.

Коробки с камнями.

Доска, на которой Теон перед отъездом не до конца стер задачу.