— Уже лучше? — спросил Роэн, повернув голову.

— Я пока не решила.

— Вы перестали пытаться согнуть рукоять.

Я ослабила пальцы.

— Она выдержит.

— Надеюсь.

После первых двадцати минут я начала понимать ритм движения Тарна.

В полете он был гораздо плавнее, чем во время взлета. Между сильными ударами крыльев дракон долго скользил, используя ветер. В такие моменты становилось почти тихо.

Я могла смотреть вокруг.

И даже замечать Роэна впереди не только как человека, который обязан доставить меня целой.

На земле я привыкла видеть его собранным, постоянно контролирующим дом, охрану, Теона, письма.

На Тарне он выглядел иначе.

Не расслабленным.

Но настолько естественно уверенным, что стало ясно: именно здесь находится его собственное место.

Он почти не использовал поводья. Лишь иногда касался одного из ремней или менял положение корпуса. Большую часть времени Тарн сам понимал направление через связь.

— Вы вообще им управляете? — спросила я, когда ветер стал слабее.

Роэн повернул голову.

— Направляю. Управление не совсем правильное слово.

— Он знает маршрут?

— Сейчас да. Я показал образ места по карте и направление. Остальное он выбирает сам.

— Значит, если Тарн решит, что хочет лететь иначе...

— Сначала пойму почему. Если причина разумная, послушаю.

— А если нет?

— Драконы редко меняют маршрут из прихоти.

— Люди чаще?

— Значительно.

— Особенно воспитательницы?

Он снова улыбнулся.

— Особенно одна.

Через два часа появились горы.

Тарн начал подниматься выше.

Воздух стал холоднее, и я плотнее застегнула куртку.

Склоны проходили совсем близко. Иногда казалось, что крыло почти касается камня, но Роэн оставался совершенно спокойным.

Я решила доверять его спокойствию.

В конце концов, спорить с человеком о воспитании сына я умела лучше, чем с драконом о воздушных потоках.

Убежище оказалось скрыто между двумя высокими скальными стенами.

С воздуха его почти невозможно было заметить, пока Тарн не сделал резкий поворот и не прошел через узкий проход.

За ним открылась широкая зеленая долина.

Внизу протекал ручей.

На склонах темнели пещеры.

И были драконы.

Я насчитала сначала четырех.

Потом увидела еще двух дальше у воды.

Один лежал на теплом камне. Другой стоял в ручье. Третий, маленький по сравнению с Тарном, поднял голову при нашем появлении.

— Они дикие? — спросила я.

— Большинство да. Некоторые когда-то имели связь и потеряли всадника.

— И вы уверены, что рады нам?

— Нет.

Тарн ответил за него.

Он издал глубокий короткий звук.

Один из драконов в долине отозвался.

Другие не двинулись.

Тарн начал снижаться.

— Что это означает?

— Что мы не пришли драться.

— Очень удобно.

— Иногда.

Мы сели на площадке у края долины, достаточно далеко от остальных драконов.

После земли первая попытка встать оказалась неудачной.

Ноги слишком хорошо запомнили движение полета и теперь считали неподвижную поверхность подозрительной.

Роэн заметил.

— Не спешите.

— Я в полном порядке.

— Поэтому держитесь за седло обеими руками?

Я посмотрела на пальцы.

— Временно.

Он расстегнул ремни и первым спрыгнул.

Потом поднял руки.

— Давайте.

— Я сама.

— Можете. Но тогда вероятность, что вы окажетесь на земле лицом вперед, значительно выше.

Я вздохнула и позволила помочь.

На этот раз его руки снова легли мне на талию.

Он снял меня с седла почти без усилия.

Я оказалась слишком близко.

Несколько секунд не двигалась только потому, что ноги еще не вполне слушались.

Роэн тоже не отступил сразу.

Потом убрал руки.

— Лучше?

— Земля кажется ненадежной.

— Пройдет.

— Не говорите Теону.

— Обязательно расскажу.

— Тогда про утренний страх перед булочкой тоже узнают все.

— Это неравноценные сведения.

— Решать мне.

Мы отошли от Тарна.

Он остался у площадки и наблюдал за остальными драконами.

— Где искать Арраса?

Роэн достал из сумки копию рисунка, который оставил Лорен.

— Серо-черный, крупный, левый рог сломан у основания. Если он вообще еще здесь.

В долине было тихо.

Драконы не пытались приближаться.

Мы шли медленно, не приближаясь к тем, кто лежал у воды.

Роэн постоянно следил за Тарном.

Я знала: через связь он чувствует, если что-то изменится.

Первым Арраса увидела не я.

Тарн поднял голову и издал короткий звук.

Слева из-за большого каменного выступа появился дракон.

Серо-черный.

Один рог действительно был сломан.

Я остановилась.

Аррас был почти размером с Тарна, но выглядел старше. На морде виднелись светлые шрамы, края крыльев были неровными.

Он посмотрел сначала на нас.

Потом на Тарна.

— Это он? — спросила я.

— Похоже.

Роэн не шел дальше.

Дал дракону самому решить.

Аррас приблизился на несколько шагов.

Остановился.

Тарн медленно пошел навстречу.

Они встретились на середине площадки.

Не касались.

Просто стояли, внимательно рассматривая друг друга.

Потом Аррас повернулся боком.

И я увидела его заднюю лапу.

Даже без подсказки.

Круговой шрам проходил почти там же, где на нашем раненом драконе находилась узда.

Слишком ровный.

Слишком широкий.

— Роэн.

— Вижу.

Он говорил очень тихо.

Мы не приближались.

Аррас сделал еще несколько шагов к Тарну.

Потом лег.

Только после этого Роэн начал медленно двигаться вперед.

— Оставайтесь за мной.

— Я не собиралась обгонять.

Он подошел достаточно близко, чтобы рассмотреть лапу.

Дракон следил за ним, но не проявлял агрессии.

Я остановилась на два шага дальше.

Теперь шрам был виден хорошо.

Круг.

Несколько старых участков ожога.

А чуть выше — три тонкие линии, уходящие к суставу.

Точно такие линии Лорен рисовал на внешнем контуре узды.

Я почувствовала холод, хотя в долине было тепло.

— Это она.

Роэн не ответил сразу.

Осматривал.

Потом медленно кивнул.

— Следы совпадают.

Аррас поднял голову.

Я замерла.

Роэн тоже.

Но дракон всего лишь повернулся к другому боку.

И тогда мы увидели еще один шрам.

Возле основания крыла.

Небольшой круг с тремя лучами.

Роэн выругался.

— Что?

Он указал.

— Дополнительный контур. На нашей узде его не было.

— Для чего он?

— Не знаю. Но Селия писала про повреждения связи после закрытых учений. Если Аррас действительно был одним из тех драконов...

Я закончила:

— Значит, узды испытывали еще двенадцать лет назад.

— Или что-то очень похожее.

Мы обошли дальше, насколько позволял Аррас.

Роэн достал бумагу и начал быстро рисовать шрамы.

Я запоминала расположение.

В какой-то момент заметила другое.

На внутренней стороне лапы под шероховатой чешуей остался небольшой темный участок.

Не шрам.

Металл.

— Там что-то есть.

Роэн наклонился.

Аррас сразу дернул хвостом.

Он отступил.

— Вижу.

— Остаток узды?

— Возможно. Нельзя трогать.

Я смотрела.

Небольшой фрагмент металла словно врос между чешуйками.

На нем что-то было.

— Похоже на знак.

Роэн достал маленькую лупу.

Но приближаться больше не стал.

— Недостаточно близко.

Я вспомнила, как Лорен вчера говорил о маркировке.

— Может быть, мастерская.

— Может.

Роэн достал из сумки небольшой увеличительный кристалл на ручке, направил так, чтобы отражение попало на кусок металла.

Изображение стало крупнее на светлой поверхности камня.

Я подошла.

На темном фрагменте виднелась часть знака.