– Ах эта книга… – старшая принцесса вздыхает, затем оборачивается к наставнице. – Леди, покажите моей сестре книгу…

Агнес быстро оправилась, вот уже на мне использует мои же методы, а следом переводит на мое лицо мрачный взгляд, холодный и отрешенный.

– Даю слово, она ее вернет!

Агнес поручилась за меня? Серьезно? Вообще-то было бы неплохо отобрать книгу у змеи придворной, но важнее всего отследить ее реакцию. Потому натягиваю на лицо улыбку.

– Да, обещаю что верну!

– Но... – глаза Тельмы из стороны в сторону бегают. Мне видно, а вот Агнес нет.

– Это приказ! – добавляет наследница, уже совсем другим тоном, более знакомым и хлестким как пощечина. Силенки то возвращаются!

– Книга, как книга, ничего примечательного… Перевожу взгляд на тайник, неглубокий проем в стене, если бы не знала, что он тут есть в жизни бы не нашла. Взгляд зацепился за кусок пожелтевшей бумаги. Что это там?

– Нет! Это – личное! – Тельма метнулась вперед, жаждая выхватить бумагу, но стражник поймал наставницу на пол пути и оттеснил, пресекая трепыхание.

Неужели она боится, что я увижу вот это письмо?

– Вержана, ты собралась читать чужую переписку? – Агнес все еще стояла рядом.

– А ты знаешь что там?

– Только со слов… короля, – последнее она произнесла почти шепотом, следом вырвался горестный вздох. – Это письмо нашего деда к матери Тельмы. Оно действительно личное, – с нажимом изрекла Агнес.

Развернуть и прочесть этот чертов кусок бумаги означает поскандалить с сестрой. А мы вроде как впервые нормально разговаривает. Не развернуть – упустить козырь против Тельмы.

Проклятье!

– Ладно! Мое любопытство утолено! – выпускаю бумагу из рук. Теперь я знаю, где тайник, нужно просто прислать сюда Тень она заберет содержимое и я в спокойно обстановке все рассмотрю.

Письмо летит на пол и в какой-то миг из сложенного пополам листа выпадает вкладыш. Он старый на вид, но написанный на дорогой бумаге, украшенный печатями, а в центре светится номер: восемнадцать, двадцать семь, тридцать, сорок два.

Что это?

Агнес берет меня под руку и разворачивает лицом к выходу. Она заметила вкладыш или нет?

– Раз утолила любопытство, пойдем, – звучит так, будто мне не оставили выбора. По-хорошему надо воспротивиться, остаться докопаться до правды, как вдруг я слышу: – Пожалуйста…

Голос тихий, почти сломленный. Это точно кронпринцесса?

Поворачиваюсь к сестре, ладонь Агнес чуть подрагивает на моем локте. Да, она ж сейчас разревется. Вокруг люди… Она будущая правительница и это будет удар по репутации. Что делать бросить её пусть сама разбирается? Или прикрыть несмотря на прошлые обиды? Секунда на принятие решения, затем я накрываю ее ладошку своей.

– Да, пойдем.

Никуда от меня ни Тельма, ни вкладыш не денутся. Я о нем узнала и если потребуется найду снова.

Чувствую, как холодные пальцы старшей сестры дрожат. Да, что с ней такое, это совсем не похоже на манипуляции. Выходим в коридор и там я замираю, оборачиваюсь, нахожу взглядом Найджела.

– Лорд советник, вам должно быть известно, что наставника красит скромность. И такое разнообразие в нарядах леди Тельмы… Плохо сказывается на работе. Будьте добры, прикажите привести все в надлежащий вид!

Найджел кивнул, глаза сверкнули пониманием. Да, сейчас все лишнее у змеи придворной отберут, чтоб не выкаблучивалась. Интересно что же это был за вкладыш? У кого бы это выяснить?

– Шмыг…

Это еще что такое?

– Шмыг, шмыг!

Поворачиваюсь и вижу как по щекам Агнес катятся слезы. Не поняла? В первый миг показалось, что это притворство. Что сейчас появятся придворные и Агнес показательно оттолкнет меня, дабы всем продемонстрировать, насколько я плохая.

Потом кронпринцесса прикрыла рот рукой и спешно, будто это какое-то преступление стерла предательскую влагу со щек.

Впереди показались придворные, целая стайка роскошно одетых девиц. Они улыбались, скользили взглядом по сторонам, будто искали сплетню погорячее. Ко всему прочему красавицы блистали, как россыпь звезд, они легко затмили бы и меня и Агнес.

Кронпринцесса прикусила губу, кажется она совсем не горела желанием встречаться с этим сбродом. Только вот коридор один и деваться некуда. А эти кумушки наверняка захотят поприветствовать принцесс.

Хватаю Агнес за ладонь и силком увожу прочь. Сейчас старшенькая совсем не готова обмениваться ядом с придворными.

– Куда ты...

– Цыц! – шикнула на нее, помниться где-то тут есть тайный ход. Надо вспомнить! Дергаю за все подсвечники по пути, пятый по счету оказывается тем самым. Рядом открывается проем и я затягиваю туда Агнес. Все, неудобной встречи удалось избежать.

Проход закрылся, мы остались одни, в кромешной темноте. Только я опять слышу сдавленные всхлипы и впервые понятия не имею, что делать? Чего ж она ревет-то?

– Почему ты это сделала? – слышится тихий голосок старшенькой.

– Что именно? Ворвалась в комнату Тельмы?

В ответ какой-то шорох.

– Нет… Придворные дамы, они из тех, кто меня недолюбливает… А ты… Ты могла запросто отыграться за все обиды? – она говорила так, будто каждое слово ей поперек горла вставало. – Надо было просто подождать пока они подойдут!

Заявление оглушило и загнало в тупик. Хватаю ртом воздух и просто не нахожу слов для ответа. Она правда считает меня последней сволочью? Почему, блин, а? Что я плохого сделала?

– Агнес, ты правда думала, что я поступлю с тобой так… Мерзко? Или ты по себе судишь?

– Я… Мне не нужна твоя жалость! – выдохнула кронпринцесса, а в голосе слышится злость, вот только кажется, направлено все это совсем не в мою сторону.

Агнес вздохнула, плечи первой принцессы Витании вдруг сгорбились, а взгляд ушел в пол. Не поняла! А где крики и вопли, касательно того, что ее сестренка безгрешна?

– Мариана… Она… – из груди вырвался тяжкий вздох. – Не здесь!

И вот что бы вы подумали? Как это понимать? Как признание вины?

Агнес схватила меня за запястье и, не говоря ни слова, потащила за собой.

– Куда? – попыталась я вырваться.

– Помолчи, хоть немного!

Ее тон звучал не повелительно, а с привкусом отчаянья. Потому я послушалась. А что, отношения налаживать как-то надо, иначе мне грозит корона наследницы. И я на такое не подписывалась.

Старшенькая увела меня из укрытых величием коридоров, в более скромную часть дворца. Мы спустились по обыкновенной лестнице, клянусь там даже коврика не было и вышли в саду, только не с парадной стороны, где кустики безобразно одинаковой величины.

Нет, этот таинственный уголок, будто спрятался от дворцовой помпы. В центре возвышался огромный дуб, а прямо к его крепким ветвям, чья-то умелая рука приделала качели. Одну побольше, вторую поменьше, а чуть поодаль журчал небольшой фонтанчик, а рядом с ним примостилась беседка.

Агнес отпустила руку и окинула это место мрачным взглядом. Словно за каждым кустом притаился злобный призрак.

– Когда Мариана только научилась ходить… Король велел сделать для нас игровую площадку. Вон там под крышей была песочница, – поведала старшая сестра, – Мы таскали воду из фонтана и лепили куличики... – в синих глазах мелькнул отголосок счастья щедро припорошенный болью. – Тогда отец… – принцесса указала кивком на лавку в теньке. – Сидел там и наблюдал, а мы приносили ему всякие поделки, венки из цветов или из рябины. А потом… Когда мамы не стало… Он перестал приходить.

Я чувствовала, Агнес делится чуть ли не самыми болезненными воспоминаниями. И догадалась к чему она клонит, когда не стало первой супруги правителя в жизнь принцесс ворвалась моя мама – королева Гретхен. А вместе с ней приворот опутал короля и он из любящего отца превратился в одержимого влюбленного, глухого ко всем остальным. Только вот объяснить я этого Агнес не могу, она не поверит.