Я ведь уже говорил, что все иллюзии о феодальном обществе у меня полностью развеялись после пьянки с крестьянами и ремесленниками из Белой Лепки? Но могу и повторить: за красивым фасадом традиций рыцарства и культа дворянского благородства и чести скрываются вполне узнаваемые уголовные понятия. Точнее, скажем так — это явления одного порядка. Если какая сявка попеняла нормальному пацану, что он, пацан — фраер позорный, или, не дай бог, вообще пользователь дырявых ложек, переругиваться, ссылаться на общеизвестные доказательства и производить прочие ненасильственные методы воздействия на противника не только бесполезно — ни в коем случае нельзя. Стал оправдываться — виноват. И всё.
Сохранить или даже поднять свой авторитет, защитить уже занимаемое положение в сообществе есть только один способ — порешить болтуна. И не важно, кто твой противник — мелкий безмозглый идиот, бугай, которому хребет сломать человеку — одно движение пальцем сделать, или провокатор от целой банды: в бой ты броситься обязан. Даже если победить в принципе шансов практически нет. Ну или тебе немедленно вклеят статус изгоя и труса — с обнулением социального статуса и всеми сопутствующими последствиями.
Есть, конечно, и исключения: авторитет, уже давно всем всё доказавший и рулящий бригадой крепко сбитых ребят, сам марать кулаки или нож не пойдёт — ткнёт пальцем в своего приближенного громилу, и специально обученный подручный сделает всё максимально показательно и «красиво». С морем крови и переломанными костями. Собственно, Купа, если разобраться, именно на такой должности и состоит при Сэмюэле Берге… точнее, состоял. Самодеятельность вассалу, если она не одобрена свыше, сын герцога ни за что с рук не спустит. Даже если он где-то и не против подобного исхода в глубине души… м-да. Кто-то меня «заказал». Кто-то, кому я умудрился настолько оттоптать больную мозоль, что он не пожалел достаточно большой суммы — золота! — чтобы перевесить «преданность» наёмника, давно и плотно сидящего на непыльной и хлебной должности. М-мать.
Вот только не надо думать, что я согласился на поединок ради какого-то там «сохранения чести» или потому что дорожил мнением дворянчиков из герцогства Берг. Будущему магу, в перспективе Повелителю Жизни из Лида, разборки благородных до лампочки. Репутационные потери, которые рано или поздно станут в какой-то мере достоянием широкой общественности — это немного неприятно, конечно, но смерть от идиотского шампура с ручкой — неприятнее во много раз. Было ровно два соображения, что заставили меня бросить вызов: это манор Бертран, уже практически упавший мне в руки… и Карина. Стоило мне начать пререкаться, отреагировать как-то иначе, чем вызов на дуэль — и всё, в глазах всех свидетелей я немедленно превратился бы из успешного аристократа, талантливого, богатого и идущего к успеху в… ну, лучшем случае — удачливого торгаша. Которому, вот досада, от папы достался плащ и герб, но не досталось дворянской чести. И тень моего падения неминуемо ляжет пятном на вассалов.
Я-то, конечно, могу свалить отсюда в любой момент: сменю геральдическую накидку на синюю без герба — и спокойно буду передвигаться по территории королевств никем не узнанный и никому особо не нужный, пока не найду себе мага-наставника. Маша — просто последует за мной, и пофиг, кто там что бросил в спину: она всегда на моей стороне. Милана, уверен, поднапряжётся и сможет отмазаться в стиле «я слабая женщина, не разглядела что за человека чуть не полюбила». А вот рыжей — деваться будет некуда. Да и не захочет она никуда «деваться»: если я всё брошу и уеду с территории Эдмонда, Кара за мной просто не последует. Она присягала баронету Бертрану, а не Арну из Миракии. И, разумеется, если я сбегу — сама полезет в драку. В драку, исход которой нетрудно спрогнозировать. Проклятье! Вроде «подруга детства» лично по большому счету мне никто, и знаю я её неделю с копейками, но… не брошу и не подставлю. Не смогу. Это значит, что мне без вопросов нужно победить — причем победить до боя, который в лоб мне не выиграть. Победить однозначно — права на ошибку и отступление у меня нет. Чёрт…
— Ты прав, у Сэма не хватит власти заставить вассала отказаться от дуэли, — после короткого напряжённого раздумья вынесла свой вердикт баронетта. — Нужно добиться решения герцога. Вот он может остановить любой поединок на своей земле. Утром я добьюсь аудиенции сразу во время завтрака, а ты ещё до рассвета седлай химеру — думаю, твоя ненаглядная Вспышка способна утащить и сэра Марию со всеми его железками. Если у меня не выйдет, тогда придётся рискнуть отправить на поединок твоего рыцаря. Я понимаю, ты не сомневаешься в победе…
— Нет, — оборвал я собеседницу. Мила, похоже, решила, что разгадала мой план и от облегчения затараторила всё быстрее и быстрее. Приятно, конечно, что она сразу заняла мою сторону и даже вполне серьёзно разволновалась, но держать своего единственного здесь и сейчас однозначного союзника в неведении было нельзя.
— Что — нет? — не поняла блондинка.
— Ничего из перечисленного тобой — нет, — я поднял руку, не дав собеседнице ничего сказать. — Во-первых, герцог не станет прерывать поединок. Помнишь, что твой отец говорил? Он военный до мозга костей и при этом тщательно, демонстративно чтит дворянские традиции. Даже если живой я заработаю ему кучу денег — это не аргумент, чтобы не допустить дуэли. Потому что я дворянин. А во-вторых — я не поскачу за Маш… за моим оруженосцем.
— Почему… — младшая Пэр отлично держала удар: лицо закаменело, но голос не дрогнул. Запнулась немного — и всё. — В смысле, второе — почему.
— Не позволю какой-то швали убить моего вассала, — просто сказал я.
— В смысле — убить? — мой ответ удивил Милану настолько, что она совершенно по-девичьи захлопала ресницами. — Сэра Марию? Который на равных с Валом на поединках?!
— В поединках на полуторных мечах, — объяснил я. — Сомневаюсь, что Купа согласится на дуэль в броне, но даже если согласится — это ничего не изменит. Ни мой рыцарь, ни, тем более, Кара — бретёру не противники. Лучше пусть они будут… не здесь, когда всё произойдет.
То, что Маша, едва узнает о дуэли, от меня и на шаг не отойдет и просто бросится на Купу, едва того увидит, чтобы кончить на месте — я, разумеется, умолчал. Особого выбора, как поступить, у дочки кузнеца при этом не будет — вообще выбора никакого не будет. Потому что Печать подчинения его не даст. Защищать хозяина — это высший императив для магического раба.
— Объясни, — ещё немного подумав, коротко потребовала баронетта.
— Шпага, — для иллюстрации своих слов я вытянул из ножен обсуждаемый предмет. — Это очень сложное для использования оружие. Требуются годы обучения и большая практика, чтобы им овладеть. Но если выполнить эти условия, в поединке что-то против тебя сможет предпринять только другой фехтовальщик, вооружённый аналогично.
Шпага, с которой я не расставался с момента пересечения границы Лида, досталась мне «в нагрузку» к Машиному мундиру и стрижке. Вот такие в республике салоны красоты, н-да… Разумеется, первое, что я сделал, едва мне в руки попал этот клинок — попытался им… ладно, что уж там — помахать. Да-да, я понимаю: полгода охоты на тварей с холодным оружием — отличный способ распрощаться с типичной мужской страстью «к ножикам», но… это шпага же! Д’артаньян и три мушкетёра, приключения, погони, скачки — и яркие мечты о себе на месте главного героя! Мечты, столь легко затмевающие скучную реальность, когда тебе восемь лет и удалось оторвать от ближайшего орешника более-менее тонкий и прямой прутик…
Короче, шпагой я помахал — в гостиничном номере. Ну а что — я ведь уже считал себя опытным пользователем «белого» оружия — и не без основания: ещё бы, столько практики. Причём настоящей практики, а не каких-то там шоу типа «танца с саблями». Может, потому и не поранился, пока игрался, и не поранил никого другого. А вот обивке кресла не повезло: просто прекрасный длинный разрез получился, ровный, чёткий — только вата наружу полезла. И знаете, как это получилось? Чуть-чуть кисть руки сильнее довернул, чем надо — и лезвие, изогнутое силой инерции в движении, прочертило другую траекторию, пересекшуюся с ничем не повинным предметом мебели. После этого мне всё-таки хватило мозгов шпагу в ножны убрать, и для начала хотя бы немного почитать про подобный тип предметов для убийства себе подобных — благо, вот в чём-чём, а в доступе к справочной информации в республике проблем не было.
