Из темноты в дальнем конце переулка донёсся мужской голос, пьяный и настойчивый.

— Говорю тебе, я её видел. Та самая блондинка с… — последовал невнятный комментарий другого мужчины.

— Да пошёл ты! Я не спятил! Я видел, как она вышла в эту дверь, когда сирена завыла!

— Ты меня разыгрываешь?

Я разочарованно зашипела и посмотрела на Вадира, приложив палец к губам:

— Может, спрячемся? На случай если он решит поискать меня. Не хочу, чтобы ты дрался, да и я без своих каблуков.

— Ты не хочешь, чтобы я дрался? Думаешь, я не смогу тебя защитить?

— Что? Нет! Я уверена, что ты ходишь на всевозможные тренировки, раз у тебя такое тело. Но ты же сам сказал — времени мало. Сколько его уйдёт на то, чтобы набить морду этому идиоту?

— Сейчас отолью и посмотрю. Вернусь через три глотка, — послышался пьяный смешок, и в дальнем конце переулка показался пошатывающийся силуэт Майка.

— Я не позволю ему снова приблизиться к тебе, — прошептал Вадир.

Он двигался так быстро, что у меня не было шанса среагировать. Одно мгновение я стояла на мокром бетоне, а в следующее — уже оказалась на его руках, крепко прижатой к груди.

— Вадир! Что ты делаешь?! Пусти! — я заёрзала, пытаясь высвободиться.

— Нет. Здесь ты не в безопасности. Мужчины твоего мира — варвары, а ты не хочешь, чтобы я дрался. Клянусь Пламенем, тебе явно нужен тот, кто сможет о тебе позаботиться.

— Я сама могу о себе позаботиться! Отпусти сейчас же, или тебе придётся об этом пожалеть! — я начала отбиваться.

— Не могу. Время почти вышло. Я не могу рисковать, что нас снова прервут, — он приподнял меня выше, и его свободная рука потянулась к левому запястью, где блеснуло что-то металлическое. — Приготовься. Будет… неприятно.

— Чего будет? — не успела я договорить, как пронзительный, нечеловеческий визг, в тысячу раз громче сирены, вонзился мне в мозг. Это длилось всего несколько невыносимых секунд и прекратилось так же внезапно, как началось.

А потом… не осталось ничего: ни света, ни звука, только абсолютная, давящая со всех сторон темнота. Я попыталась закричать и поняла, что не могу сделать вдох.

И в тот самый миг, когда отчаяние достигло предела, мир вернулся. Ворвался обратно ослепительной вспышкой света и хаосом ощущений. Я свалилась на что-то твёрдое, задыхаясь, пытаясь понять, где я и что я.

Лиза

Тёмного переулка больше не существовало. Чёрт возьми, я даже не была снаружи. Воздух вокруг был тёплым, сухим и пахнул чем-то стерильным, с лёгкой нотой озона. Ослепительно-белый свет лился отовсюду.

Мы находились в небольшой нише с изогнутыми, бесшовными стенами. За её пределами я увидела нечто, отдалённо напоминавшее кабину пилота: панель с мерцающими индикаторами и два кресла, похожие на кресла астронавтов, но куда более элегантные.

Мозг отчаянно пытался найти хоть какое-то объяснение, но все рациональные версии рассы́пались в прах. Я решила сосредоточиться на единственном, что было осязаемо и понятно — на Вадире, который прижимал меня к себе.

Я упёрлась босыми ступнями в гладкую стену ниши и изо всех сил оттолкнулась. Это ослабило его хватку, и я, пользуясь моментом, вырвалась.

— Что это было?! — мой голос сорвался на крик. — Что ты со мной сделал? И где, чёрт возьми, мы?!

Я размахивала руками задыхаясь. Я понимала, что выгляжу истерично, и мне было плевать. Грань между яростью и паникой стала опасно тонкой.

— Это была телепортация на короткую дистанцию, — его голос звучал удивительно спокойно, что бесило ещё больше. — Я доставил тебя на свой корабль. Здесь мы можем поговорить без помех.

— Как бы мне ни хотелось верить в сказки, телепортации не существует! — я ткнула пальцем в его грудь, твёрдую и неподатливую, как камень. — Попробуй ещё раз.

Он взял мою руку и прижал её ладонью к своей груди, прямо над сердцем, которое билось ровно и сильно.

— Это реально. Мы на моём космическом корабле и мы телепортировались сюда. Ты моя истинная пара, и я здесь для того, чтобы заключить с тобой соглашение и забрать тебя с собой на свою планету.

— Я не собираюсь играть в твои игры, и я возвращаюсь домой, — Я выдернула руку, будто обожглась. — Одна. Прямо сейчас. Где выход?

Стены были гладкими, без видимых выходов. На некоторых панелях мерцали символы, написанные изогнутым, совершенно незнакомым алфавитом. Ни дверей, ни окон. Только отрезок коридора, уходящий вправо, и та самая кабина слева.

Вадир начал говорить на странном, гортанном языке. Звуки были быстрыми, щёлкающими и абсолютно бессмысленными для меня. Мысль, что он может быть сумасшедшим, на мгновение показалась утешительной, но количество необъяснимых вещей росло с каждой секундой, и лёд паники начал сковывать ярость, доводя меня до предела.

— Где дверь, Вадир?! Хватит нести чушь, отвечай мне!

В ответ раздался другой механический, безэмоциональный голос, произнёсший что-то на том же незнакомом языке. И тогда пол под ногами дрогнул. Лёгкая, низкочастотная вибрация перешла в глубокий, мощный гул, исходивший отовсюду.

Двигатель? Если это был двигатель, значит, мы собирались куда-то двигаться. О нет. Только не это.

Вадир шагнул в кабину, оставив меня стоять, и жестом указал на одно из кресел.

— Ты не уйдёшь, пока у меня не будет возможности всё объяснить. Мне искренне жаль, что всё вышло так, Лиза. Обещаю, мы поговорим, как только я найду тихое место, где нас никто не потревожит.

— Выпусти меня. Сейчас же, — мой голос был хриплым шёпотом, а не грозным окриком, на который я надеялась.

— Не могу.

Последние крохи самообладания лопнули. С рычанием, полным бессильной ярости, я закрыла расстояние между нами и изо всех сил толкнула его в плечо.

— Я хочу домой Вадир! Это похищение! Преступление!

Мужчина ахнул скорее от неожиданности, чем от боли, а затем я кинулась на него, задев кнопки на консоли. Но я хотела домой.

Оглушительный, пронзительный вой сирены взорвал пространство. Свет померк, сменившись тревожным алым мерцанием. Пол под ногами вдруг перекосился с таким наклоном, что я поскользнулась и полетела вперёд с криком, беспомощно цепляясь за воздух. В поле зрения не было ничего, за что можно было бы ухватиться только гладкие стены.

Следующие несколько секунд растянулись в вечность. Вадир, оттолкнувшись от консоли, на которую он упал, двинулся мне навстречу по накренённому полу с ловкостью и поймал меня.

Я ожидала ярости и гнева в его глазах, но их выражение было иным — сосредоточенным и решительным. Он почти швырнул меня в одно из кресел, и прежде чем я сообразила что-либо, вокруг меня щёлкнули и затянулись крепкие ремни, фиксируя бёдра, плечи и запястья.

Его глаза, встретившиеся с моими, снова вспыхнули тем самым пугающим золотым огнём. Он вцепился в подлокотники моего кресла, чтобы удержаться, пока сирена выла на предельной громкости.

Оглушительный грохот, скрежет разрываемого металла, и мир завертелся в последнем, хаотичном вихре. Вадир отлетел от меня к противоположной стене. Потом резкий удар и тишина.

Боль в плечах и бёдрах, где впились ремни, вывела меня из оцепенения. Мерцающий аварийный свет бросал прыгающие тени. Пол подо мной уходил вниз под крутым углом, так что я повисла на ремнях, и моя левая рука с ногой беспомощно болтались в воздухе.

С трудом освободившись из кресла, я осмотрела себя. Всё тело ныло, как после жёсткой тренировки, в ушах звенело, но, кажется, ничего не было сломано. Это было чудо.

На центральной консоли, теперь находившейся почти вертикально, мигали жёлтые и красные огни. Я не понимала, что они означали, но их свет был хоть каким-то утешением в полумраке.

— Вадир?

Тишина.

— Чёрт, — прошептала я. — Тебе лучше быть в порядке. Ты мне нужен живым и в сознании, чтобы я могла как следует высказать тебе за это похищение… а потом, возможно, поблагодарить за спасение.

Он пристегнул меня, зная, что у него самого не будет времени. Мысль обожгла чувством вины, переплетённым с остатками ярости.