— Жар длится около двух ваших солнечных циклов, — сказал Вадир, словно и не было сладкой паузы. — И времени пройдёт немного, прежде чем нам снова придётся... быть вместе. Но прежде чем это случится, я хочу спросить: зачем ты принесла печенье на ужин?

Я улыбнулась сквозь туман в голове.

— Моя соседка сказала, что это будет отличный перекус, если свидание пройдёт хорошо. — Чёрт! — я села на кровати, игнорируя ноющую боль в мышцах. — Гвен! Она будет с ума сходить, если я не вернусь домой! Я не написала ей, что со мной всё в порядке!

— Ты живёшь не одна? — Вадир нахмурился.

— Мы живём втроём, с двумя моими лучшими подругами. У каждой своя квартира, но мы присматриваем друг за другом. И у Мэгги сегодня тоже свидание! — меня захлестнула волна паники. Я ткнула пальцем в грудь Вадира. — Она на том же сайте, что и я. «Несчастливые звёзды». Скажи мне, пожалуйста, что не все мужчины там инопланетяне! Она этого не переживёт.

Вадир выглядел потрясённым. Это был нехороший знак.

— Твоя подруга нашла пару на том же сайте?

— Ага. Судя по твоему лицу, её парень тоже не человек. Мне нужно ей позвонить.

— Боюсь, вы не сможете связаться с подругой, — вмешался бесстрастный голос Каса.

— Ты не смеешь указывать мне, что я могу, а что нет! — огрызнулась я. — У тебя даже пальцев нет, как ты меня остановишь?

— В этом нет необходимости. Ваш телефон не работает в зоне, где мы находимся. Сеть вашего оператора сюда не добивает.

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

— Если она встретилась с этим парнем... он не причинит ей вреда, правда?

Вадир встал и протянул мне руку. Я машинально взяла её, чувствуя, как его тепло успокаивает.

— Пойдём. Я объясню, но не здесь. У нас мало времени, прежде чем жар накроет нас снова, и мне нужно сказать тебе ещё кое-что. Если твоя подруга встретилась с Йораном... я могу гарантировать, что она в безопасности. Он будущий король Пироса.

— Он — кто? — я спрыгнула с койки, сжимая его руку, и только тут заметила свою одежду, разбросанную по полу в клочьях. — Ты должен мне ужин, новую одежду и кучу объяснений.

— Йоран — кронпринц моей планеты и мой друг. Учитывая, что только у нас двоих были пары в этой части галактики, скорее всего, твоя подруга — его пара, — говорил Вадир, увлекая меня за собой. — Это... проблематично. Мы надеялись, что у наших избранниц не будет близких связей. Так было бы легче... уйти незаметно.

— Ты всё время говоришь, что я должна «уйти», — я остановилась, глядя ему в глаза. — Это мой дом, Вадир! Я не могу просто сбежать с тобой, каким бы офигительным ни был секс!

— Я не могу оставаться здесь, — его голос стал напряжённым. — Меня не должны заметить. Я здесь, потому что мой народ вымирает. Ты и такие, как ты — наша последняя надежда. Если ты полетишь со мной, с тобой будут обращаться как с королевой. Ты ни в чём не будешь знать нужды. Я клянусь. Все будут заботиться о тебе... и о наших детях.

Он провёл рукой по панели, и часть стены бесшумно исчезла, открывая проход.

Я замерла на пороге.

Это была самая роскошная комната, которую я видела в жизни. Стены, тёмно-синие, как ночное небо, были покрыты тончайшими узорами, которые, казалось, двигались, переливались, жили своей жизнью. Мебель — тёмное полированное дерево с затейливой резьбой, мягкие ткани кремовых и белых оттенков. В углу — рабочий стол с мерцающими мониторами и чем-то похожим на клавиатуру, но причудливо изогнутую. И кровать.

Огромная, круглая кровать, застеленная тёмно-синим покрывалом, таким пушистым, что в нём, казалось, можно было утонуть. Один взгляд на неё — и мою голову захлестнули видения. Мы с Вадиром, сплетённые, мокрые от пота, задыхающиеся, посреди этого синего простора. Жар вспыхнул с новой, неконтролируемой силой.

Я повернулась к нему. Всё, что он хотел сказать, подождёт. Сейчас я хотела только его.

Лиза

Мне потребовалась какое-то время в ванне Вадира, чтобы смыть с себя два дня марафона страсти, оставившие с ощущением, что меня восхитительно, бесстыдно и совершенно правильно использовали во всех мыслимых и немыслимых позах. Каждая мышца ныла, клеточка тела помнила прикосновения Вадира.

Время наедине с собой, впервые за последние двое суток, дало мне возможность наконец-то собрать мысли в кучу и обдумать всё, что обрушилось на меня. Жар затуманивал разум большую часть времени, но в редкие минуты просветления Вадир отвечал на мои вопросы, и постепенно из мозаики его слов сложилась картина.

Его раса вымирает. Всё началось с того, что девочек стало рождаться меньше — сперва чуть-чуть, потом всё больше, пока аномалия не превратилась в катастрофу. Теперь на каждую женщину на Пиросе приходится семеро мужчин. А они могут иметь детей только с истинными парами.

До недавнего времени это правило не знало исключений. Пока не нашлись мы, человеческая раса. Чудо, что вообще существует вид, с которым они совместимы. Но никто не ожидал, что пары окажутся по-настоящему истинными. Никто не был готов ни к Искре, ни к Жару. Будут составлены отчёты, и будущие экспедиции учтут опыт.

Я вылезла из воды, закуталась в пушистое полотенце и застыла, пытаясь привести мысли в порядок. Где-то в глубине души зашевелился тревожный холодок: какими бы умопомрачительными ни были последние два дня, ответы Вадира на мои вопросы и то, что последует дальше, могут мне не понравиться.

Я услышала, как Вадир что-то говорит в соседней комнате. Должно быть, с Касом — его голос звучал приглушённо, словно он был занят.

Я вытерлась, расчесала волосы и вдруг поняла, что слышу его отчётливо. Настолько, что перестала думать о своём и прислушалась.

— ...нужно будет купить другой дом, когда вернёмся. Что-то светлое, с высокими потолками. Со студией для Лизы. Лучше в столице, там она сможет видеться с подругой, когда захочет.

Я замерла, прислушиваясь к его бормотанию. Может, стоит кашлянуть, чтобы он знал, что я слышу? Но что-то удержало меня.

— Да, так и сделаем. Тогда, когда меня не будет, она не останется одна. Если у наших детей будут её таланты, им понадобится обучение.

Таланты? Какие таланты? И что значит «когда меня не будет»?

Я решительно протопала в спальню, намереваясь потребовать ответов. Но комната была пуста.

— Вадир? — позвала я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Его голос снова зазвучал, теперь ближе, словно он стоял за стеной:

— Нужно поговорить с Йораном, как только связь восстановится. Подтвердить, что он заявил права на свою пару. И сообщить Кашу, что у них проблема с соседкой. Как такое могли упустить? Если бы это была моя операция, я бы уволил весь исследовательский отдел. Слишком много деталей проигнорировано. Это непрофессионально.

Я обернулась, сбитая с толку. Голос звучал так, будто он рядом, но в комнате никого не было.

— Кас, где Вадир? — спросила я, чувствуя, как по коже бегут мурашки.

— В машинном отделении. Занимается ремонтом, — отозвался Кас.

— А где это?

— Нижняя палуба, носовой отсек. Хотите присоединиться к нему?

Ещё бы я хотела! Может, он объяснит, почему я слышу его мысли на расстоянии.

— Да.

— Следуйте за оранжевыми огнями. Я проведу вас.

Я натянула рубашку, которую Вадир оставил для меня, и выскочила в коридор. За последние два дня он научил меня пользоваться дверями, а Касу было приказано пропускать меня везде. Оранжевые огоньки замигали, выстраиваясь в цепочку — электронные хлебные крошки, ведущие к нему.

Я шла, и постепенно до меня дошло: я слышу его не ушами. Голос звучал прямо в голове. Это было что-то новое. То, о чём Вадир забыл упомянуть. Поймёт ли он, что происходит? Испугается? Обрадуется? Я понятия не имела.

Лифт высадил меня на нижней палубе, и я, не глядя на указатели, повернула налево. Я просто знала, куда идти. Чувствовала его присутствие, как маяк. Он всё ещё думал вслух, но его внимание было сосредоточено на чём-то техническом — какие-то муфты, кабели, ремонт. Я не понимала половины терминов, но общий смысл улавливала.