Когда я, наконец, коснулась губами широкой головки его члена, он застонал и приподнял бедра.

— Я предпочитаю немедленное удовлетворение, — простонал он.

Я рассмеялась, не отрывая губ, позволяя вибрации прокатиться по его члену, одновременно обхватывая рукой его основание. Его возбуждение перетекало в меня, смешиваясь с собственным, и я тонула в этом океане чистого, ничем не замутненного удовольствия.

Лиза

— Пламя, это невероятно, — выдохнул он. — Но ты ведь знаешь, да? Ты чувствуешь то же, что и я.

Я тихо промычала в ответ, проводя языком по всей длине его члена, одновременно поглаживая кончиками пальцев его яйца. Они напряглись под моими прикосновениями, а член дернулся и набух у меня во рту. Оргазм был близок, я ощущала через нашу связь — тугой узел желания затягивался где-то глубоко внутри него, приближаясь к пику.

Я использовала нашу связь, чтобы подтолкнуть наслаждение еще выше. Каждое движение моей головы, каждое касание языка были рассчитаны на то, чтобы подвести мужчину к самому краю и не дать перешагнуть. Я удерживала его там, чувствуя, как каждый мускул его тела напрягается, как тетива лука, как его бедра начинают двигаться сами собой, толчки становятся рваными, почти беспомощными.

И только тогда я отпустила. Поднялась на колени, откинув волосы с лица, и раскинула руки в приглашении.

— Я хочу чувствовать тебя внутри, — прошептала я, глядя ему в глаза. — Как думаешь, мы сможем сохранить связь? Я хочу быть с тобой. Полностью.

Вадир приподнялся на локтях, и на его губах расцвела та самая озорная, бесстыдная улыбка, от которой у меня подкашивались колени.

— Есть только один способ узнать. Иди сюда.

Он сел, вытянув перед собой длинные, мускулистые ноги. Его член гордо вздымался между бедер, упираясь в живот. Мужчина поманил меня пальцем, а потом похлопал себя по бёдрам.

Я поднялась медленно, с наслаждением потянувшись, заставляя его ждать. Его взгляд скользил по моему телу, неотрывный, жадный. Ни один мужчина никогда не смотрел на меня так — словно я была единственным, чего он хотел и в чем нуждался.

Я перешагнула через него и опустилась на колени, позволяя его рукам направлять меня. Его член скользнул между моих ног, прижимаясь к горячей, влажной плоти, когда я обвила руками его шею и поцеловала. Каждое движение создавало восхитительное трение, заставляя желание вспыхивать с новой силой.

— Ты нужна мне, — выдохнул Вадир мне в губы, одной рукой обнимая за талию, а другой скользя между нами, чтобы коснуться пальцами моего ноющего клитора.

— Я вся твоя, — прошептала в ответ, и в этих словах было столько правды, что у меня перехватило дыхание. Я сделала свой выбор.

— Отныне и навсегда, пока мы не вернемся к Пламени, что породило нас, — проговорил Вадир и поцеловал меня, глубоко и властно, одновременно направляя свой член к моему входу. Его рука на талии сжалась, опуская меня вниз с намеренной медлительностью.

Но я не хотела медленно. Я хотела жестко, быстро, без правил и преград. Я откинулась назад, опираясь на его руку, и резко опустила бедра, принимая его глубоко, полностью. Обхватила ногами его талию, прижимаясь сильнее.

Вадир зарычал и откинулся назад, увеличивая расстояние между нами, чтобы видеть, как мы соединяемся. Его пальцы продолжали ласкать мой клитор, описывая маленькие, сводящие с ума круги, а бедра двигались навстречу, задавая ритм.

Его удовольствие перетекало в меня по нашей связи, смешиваясь с моим, усиливаясь и возвращаясь обратно, пока я не перестала понимать, где кончаюсь я и начинается он. Мы стали одним целым. Огненной бурей, пожирающей всё на своем пути.

Вадир подтянул колени, упираясь ступнями в землю, и прижал меня к себе так тесно, что между нами не осталось воздуха. Я убрала руки с его шеи, опираясь на его бедра, и закричала, когда под новым углом его член коснулся самой чувствительной точки глубоко внутри. Мышцы сжались вокруг него судорожно, сильно, и мы оба ахнули от нахлынувшего ослепительного ощущения.

Это было слишком хорошо, слишком остро, слишком совершенно. Я сдалась неизбежному с дрожащим криком, и через несколько секунд он последовал за мной, и мы взорвались вместе — разум и тело, сплетенные в едином, абсолютном блаженстве.

Мы лежали в траве, тяжело дыша, прижавшись друг к другу. Птицы пели где-то вдалеке, насекомые стрекотали свои бесконечные песни, и впервые в жизни в моей душе стояла такая глубокая, совершенная тишина. Я чувствовала себя абсолютно, бесконечно счастливой.

Вадир смотрел в ясное голубое небо, и я ощутила его грусть — легкий укол сожаления.

— Жаль, что мы не сможем сюда вернуться, — тихо сказал он. — Земля оказалась гораздо красивее, чем я ожидал.

— Кто сказал, что мы не сможем вернуться? И вообще, ты так и не объяснил толком, почему я не могу приезжать сюда в гости.

— Я же говорил: нельзя вступать в контакт с видами, не достигшими определенного уровня. Наше присутствие здесь нарушает важные законы.

— Ты не объяснял, — отрезала я. — Ты упомянул об этом в ссоре, и с тех пор мы не возвращались к этой теме. Так что объясняй.

— Напомни мне разработать программу обучения для следующих пар, чтобы ничего не упустить, — он усмехнулся.

— Я сделаю для тебя заметки, — фыркнула я. — А теперь серьезно. Почему я не могу вернуться домой? И как вы вообще собираетесь объяснить присутствие земных женщин на Пиросе, если вас тут быть не должно?

— Официальная версия, — он помедлил, — будет такой: вас нашли на борту корабля работорговцев. По крайней мере, это последний план, который я слышал. Мы надеялись сохранить ваше существование в тайне несколько лет.

— И как же я буду путешествовать с тобой, если все должно быть тайно? — спросила я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Я еще не придумал, — признался он. — Но придумаю. Я дал тебе слово и сдержу его, — он коснулся пальцем моего носа. — К тому же, с такими глазами тебе здесь будет опасно оставаться.

— Кстати об этом. Почему у меня глаза поменяли цвет?

— Мы не знаем точно, почему в твоей расе есть ДНК моей расы. Мы уже миллионы лет путешествуем по галактике. Было время, когда мы отправляли десятки кораблей с колонистами, некоторые погибли, но другие выжили. Многие пропали без вести. Мы предполагаем, что один из этих кораблей потерпел крушение на Земле, и они обнаружили, что скрещивание возможно.

— То есть твои предки и мои предки... того? — я изогнула бровь. — И поэтому я здесь?

— Похоже на то, — кивнул Вадир.

— Но тогда почему столько шума вокруг первого контакта? — я нахмурилась еще сильнее. — Очевидно, что он уже состоялся. Моя ДНК это доказывает.

Вадир открыл рот, чтобы ответить, и замер. В его глазах вспыхнуло изумление.

— Клянусь Пламенем Первого, Лиза... ты абсолютно права! — он приподнялся и поцеловал меня. — Убедить в этом Межгалактический совет будет сложно, но мы справимся. Ты понимаешь, что это значит?

— Что я когда-нибудь смогу посетить Испанию? — усмехнулась я.

— Гораздо больше! — его глаза горели. — Если мы сможем обойти правила, всё изменится. Мы сможем обратиться к вашим правительствам, начать процесс интеграции. А еще лучше — я смогу заключать торговые соглашения! Медленно, постепенно, но Земля получит доступ к технологиям, о которых вы и мечтать не могли.

— Звучит потрясающе, — я закусила губу. — Но что мы дадим взамен? Ты сам говорил — мы примитивный вид.

Он обхватил мое лицо ладонями, поглаживая большим пальцем щеку.

— Разве не очевидно? На Земле есть то, что нам нужно больше всего. Одинокие женщины, готовые найти свою пару среди мужчин Пироса.

— Если вы представите его как парня с обложки, обещаю, желающих будет хоть отбавляй, — рассмеялась я.

— Я уже нашел свою пару, — он поцеловал меня. — Мы выберем кого-то другого.

Я задумалась, и мои мысли сами собой свернули к Гвен.

— Я хочу взять с собой подругу, когда мы полетим. Гвен. Ее отверг сайт «Несчастливые звезды». Сказали, что она слишком взрослая, но она всего на два года старше меня! — я прикусила губу. — Она, наверное, с ума сходит от беспокойства. Думает, я пошла на свидание и исчезла.