Ответа сестры не расслышала, так как двинулась к своей комнате, не чувствуя под ногами пола.

— К черту! Сама справлюсь, — выплюнула зло, подальше запихивая и желание обратиться к Данни за помощью в выборе наряда на вечер, и ненужные чувства, к человеку, который точно того не стоил.

На сотовый обратила внимание лишь на пороге своего прибежища. То ли я умудрилась разбудить Рейдарса, то ли начальник мучался от бессонницы. В любом случае, меня его сообщение взбесило не меньше услышанного и додуманного ранее.

— Да черта с два я полезу в документацию фирмы Игрэйна! — Я в последний момент удержалась, чтобы не загнуть кукиш экрану телефона. Никак совсем умом тронулась, если начала препираться с аппаратом связи.

Быстренько переоделась, собрала все самое необходимое для грядущего интервью, так как не была намерена возвращаться домой до вечера, и покинула свою комнату. Чтобы в следующий момент столкнуться нос к носу с прошлым…

— Нам нужно поговорить, — медленно протянуло это лохматое безобразие. Классическая белая рубашка никак не сочеталась с атлетичным телосложением. Она просто терялась на фоне поджарого тела. Он прятал руки в карманах, и я заметила, как ткань брюк слегка подрагивает. Мужчина явно был на взводе и бессознательно отбивал нервный ритм. Лицо бывшего же выдавало крайнюю усталость: покрасневшие склеры, потухший, безжизненный взгляд тёмных глаз, землистая кожа. Я невольно сравнила его вид со своим и поняла: если кто сегодня и выглядел ещё более измождённым, чем я, то этот человек определённо стоял в шаге от меня.

Я прошлась взглядом по вздыбленному ежику темных волос и ехидно осклабилась. Моя сестрица помогла навести художественный беспорядок, али нервы?

— Единственный человек, с которым мне нужно поговорить, ждет меня за стенами этого дома, — высказалась хлестко и, обогнув каменное изваяние, двинулась к выходу.

— Игрэйн? — рыкнул Абойс, кажется, ударив кулаком о стену.

Отвечать я намерена не была. Или же попросту струсила, что мой вибрирующий от напряжения голос сдаст меня с головой.

Покинула дом я со стойким ощущением грядущих проблем, только с чем это было связано, так и не поняла.

Несмотря на то, что пройтись по бутикам собиралась в гордом одиночестве, я все же позвонила Зене, которая обещала прилететь ко мне сразу же, как только проведет последнюю на сегодня экскурсию.

— Что у нас тут? — я прикоснулась к стеклу, вглядываясь в отражающиеся на его поверхности стенды. Вот чего я точно не любила, так это вторжения в личное пространство (поразительное лицемерие для журналиста), поэтому всячески старалась избегать контакта с консультантами.

Не приметив ничего стоящего, двинулась дальше, исподволь кидая взгляды на других посетителей торгового центра. В этот момент я грезила о тишине и спокойствии, и мне до нервной дрожи хотелось спрятаться где-нибудь в лесу.

После двух неудачных набегов на другие бутики, я решила сделать перерыв и спустилась в фуд-корт. Там же, заливающую в себя очередную порцию кофе, меня и нашла Зена.

— Выглядишь так, будто за окном апокалипсис, — припечатали меня «лестным» замечанием, обведя мою фигуру придирчивым взглядом. Полагаю, вид у меня сейчас был еще более жуткий, чем с утра.

— Я выгляжу так, будто в моем доме поселился бывший, — огрызнулась и со злости смяла пустой стаканчик. — Будто мало мне было распрей с родителями.

Девушка рухнула на стул напротив и посмотрела на меня бесконечно усталыми глазами. Мне даже совестно стало, — гружу своими проблемами человека, у которого своих воз и маленькая тележка.

— Прайс, давай начистоту, что тебя гложет? Настолько уравновешенного человека еще поискать надо! Мне всегда казалось, что тебя даже разлетевшаяся на осколки бомба не способна сдвинуть с места.

— Видимо, казалось, потому что в последние дни меня выводит из себя абсолютно все, — буркнула в ответ, досадливо поджимая губы. Осси была права, моей отличительной чертой всегда были некая заторможенность и неспособность ярко выражать собственные эмоции. Не зря и в школе, и в институте меня называли каменным истуканом.

— Хорошо, мисс журналист, пора бы и вам дать интервью. — Улыбка, озарившая лицо подруги, просто не могла предвещать что-то хорошее. — Скажите мне, чего вы ждете от сегодняшнего дня?

— Безобразно неверно подобранный вопрос, — решила уколоть Осси моя профессиональная гордость.

— И все же, — произнесли с нажимом, — я хочу услышать ответ именно на него.

Я задумалась. Надолго так, будто действительно решила примерить на себя пальто человека, в обычные дни сидящего напротив меня. Чего я ждала от этого дня? Интервью с Игрэйном? Возможности побыстрее разобраться с рабочими моментами и вернуться в Веспейну? Откровения от сестры, которая провела эту ночь незнамо где, после чего ее буквально подменили? Или же правды, которую мне хотелось выбить из Абойса? Кажется, я окончательно запуталась и в своих мыслях, и в желаниях, посему ожидающая ответа Зена удостоилась лишь короткого «единства между разумом и сердцем».

Полагаю, мои слова подругу не впечатлили, но я действительно не знала, что сказать. Сама-то не понимала, чего хочу.

— Так, ладно, зайдем с другой стороны. — Вздох, полный безнадеги, и с губ Осси слетел очередной вопрос: — Есть ли разница в цели, поставленной перед поездкой в родной город и тем, чего тебе хочется сейчас?

— Ты точно историк? — раздосадовано пробурчала, собираясь избежать ответа, а потом поняла, — не разберусь в себе сейчас, на хорошем интервью можно ставить крест. Для встречи с Игрэйном мне нужен ясный разум. — Ладно, твоя взяла. Я прилетела в Хоброз исключительно для интервью, собираясь находиться в родительском доме как можно меньше времени. Сейчас же понимаю, что мою первоначальную цель сместило желание разобраться с прошлым, которое решило вновь о себе напомнить.

— Уже лучше, — довольно протянула подруга, ожидая продолжения. Я же на некоторое время затихла, ибо не желала делиться своими мыслями с посторонними людьми. Впрочем, одного убийственного взгляда на кукушек с соседнего столика, греющих уши, хватило, чтобы девиц сдуло попутным ветром.

— Он женился, — выпалила с такой скоростью, будто боялась, что стоит мне только замяться, и я вновь закроюсь в себе, — но при этом ведет себя так, будто абсолютно свободный мужчина. И знаешь, это бесит. Бесит меня прежнюю.

— Ивори, это бесит не тебя прежнюю, потому что тогда он себе подобного не позволял. Это бесит тебя настоящую, которая чувствует, как рушится образ некогда любимого человека. — Девушка прекрасно знала, как я отношусь к изменам, и сразу поняла, о чем шла речь. Стоит сказать Зене спасибо за то, что вывела меня на этот разговор.

— Возможно, — произнесла уклончиво, — но меня беспокоит не это. Вернее, не только это. Я сегодня утром наткнулась в документах фирмы на досье Абойса. Предвещая твой вопрос, — меня об этом попросила мама. И знаешь, что я там нашла? — многозначительно посмотрела на подругу и мученически вздохнула. — Он не женат. По крайней мере, брак не был зарегистрирован. — Кажется, я в конец запуталась, из-за чего мой многострадальный мозг отказывался работать.

— Я могу узнать. — Мне не понравилось то, как забегали глаза Зены. — Я не говорила тебе, — протяжный хмык, — но мы с Робом до сих пор общаемся. Извини, — дополнила сконфуженно.

— За что ты извиняешься? — Я тяжело вздохнула, предвещая ответ подруги, но дожидаться его не стала. — После нашего с Ридом разрыва, ты не обязана была прекращать общение со всеми, кто вхож в его круг. Тем более, вы с Робом неплохо ладили. И насколько я помню, — двоюродный брат Абойса увлекается живописью.

— Мне уточнить у него? — уже куда более уверенно спросили у меня, кажется, расслабившись.

Я утвердительно кивнула и посмотрела на экран телефона. Пора было разобраться с нарядом для интервью. Почему-то заявляться домой к Игрэйну в деловом костюме мне казалось неправильным. Нужно было подобрать что-то сдержанное, но в то же время не излишне официальное. И здесь мне поможет Зена, чей гардероб сплошь состоял из таких платьев.