Его зубы прошлись по соску, он сделал особенно чувствительный толчок, касаясь нежной стенки внутри, а потом резко вышел из неё, отчего Полина едва не сошла с ума, потеряв чувство наполненности. Её стенки сжались в поиске пропажи.

Он обхватил член рукой и сделал несколько грубых и резких движений. Саша прикусил нижнюю губу, мотнул головой, и у него хрустнули позвонки. Полина не смогла сдержать усмешки, когда он вновь толкнулся в кулак. Последний раз. Она смотрела на то, как густая и горячая сперма приземлилась ей на живот.

Фихнеев продолжал двигать рукой, но уже в умеренном темпе. Его лицо расслабилось, а рука задрожала от перенапряжения. Он согнул локоть, затем мягко припал к её приоткрытым губам.

Саша коснулся пальцами её клитора, и Полина возмущённо застонала.

Что он…

— Подари мне ещё один, — прошептал он, мягко надавливая на её нервный бугорок.

Она расслабилась, понимая, что ему это было необходимо. Полина была достаточно возбуждена, так что потребовалось немного времени, чтобы она вновь изогнулась, кончая, но уже не так ярко и остро, как в первый раз. Несколько правильных движений, глубокий поцелуй и… Всё.

Она распалась.

Полина принимала душ первой. Она стояла в ванне, намыливая своё тело, когда почувствовала спиной холод. Обернувшись, заметила шевеление за шторкой, и это заставило её улыбнуться.

— Зачем пришёл?

— Знаешь, я слышал прекрасный способ, как сэкономить воду, — усмехнулся Фихнеев, переступая через бортик ванны.

— Не очень действенный, — фыркнула Полина.

Саша подошёл к ней со спины, закрывая от горячих струй воды. Он обнял её за талию, притянув к себе, и оставил поцелуй в плечо. Полина замерла с губкой в руках.

— Если ты останешься со мной.

Он поцеловал её в плечо, игриво кусая.

— Повернись ко мне, — попросил он, и она тут же повернулась.

Его глаза были заволочены дымкой возбуждения от привлекательного и очень сексуального вида Ивановой. Она заколола волосы на макушке, чтобы не намочить, а тело было покрыто пеной. Её руки упали вдоль тела, когда Саша провёл пальцами по ключицам и груди.

— Поставь ногу на бортик, хочу посмотреть на тебя, — прошептал он и чмокнул девушку в нос.

— Это обязательно? — нахмурилась Полина.

Она чувствовала себя замечательно, за исключением небольшого ноющего дискомфорта внизу. Полина была уверена, что со временем это пройдёт.

— Да, поставь ногу, — сказал Саша, тут же приседая на корточки перед ней.

Она восхитилась тому, как он смотрелся подле её ног. Саша, всегда такой властный и высокий, стоял перед ней практически на коленях, и это заводило не меньше, чем их пикантная сцена десять минут назад.

Полина прикусила губу и аккуратно поставила ногу на борт. Фихнеев обхватил её бедро рукой, поддерживая, а второй начал мягко оглаживать ярко-розовые складки. Он закусил щеку изнутри, когда палец слегка раскрыл их.

— Я сделал тебе больно? — спросил он, продолжая нежно массировать плоть.

— М-м, нет, — выдохнула Полина.

Она начинала возбуждаться, и это ей совсем не нравилось. Она была бы не прочь повторить, но не в такой короткий промежуток времени.

— Уверена?

— Да-а, мне было очень хорошо, — прошептала она, и Саша едва её расслышал из-за льющейся воды.

Он поднял взгляд наверх, и Полина едва не пискнула. Этот покровительственный взгляд, поселившийся в глубоких голубых глазах, заставил её поджать пальцы на ногах и почувствовать огненный шар в груди.

Саша улыбнулся, продолжая гладить её. Полина прикрыла глаза и слегка качнула бёдрами, как бы выражая заинтересованность в продолжении. Фихнеев придвинул голову, оставляя поцелуй внизу живота.

— Я снова хочу тебя, — признался он, и она открыла глаза, опуская их вниз и смотря на пробуждённый член, который буквально манил своим великолепным видом.

— Я тоже, — ответила она.

— Нам нужно подождать, пока тебе не станет лучше.

— Мне неплохо, — возразила Полина, хмурясь.

Он дерзко усмехнулся.

— У меня есть рот и пальцы. Чего бы ты хотела?

Она закусила губу. Сердце норовило выскочить из груди, когда она глупо призналась:

— Всего.

Саша использовал и пальцы, и язык, чтобы довести Полину до едва сдерживаемых стонов и крупной дрожи. Она не сдержалась и даже прошептала его имя, когда в неё глубоко погружались пальцы. Это было не больно и не дискомфортно. Это было максимально горячо и нужно для неё.

Полина решила вернуть взаимность, когда они вернулись из душа, и она толкнула его на постель. Он сел, расставляя ноги в стороны, а она опустилась перед ним на колени, сразу же вбирая член в рот. Саша оттолкнул её в последний момент, и Полина испытала что-то вроде разочарования, поэтому мысленно пообещала себе, что обязательно завершит минет до конца в следующий раз.

Этот момент принадлежал им.

И только им.

— Голубка, ты сияешь ярче солнца, — хихикнула Рита, когда девушки созвонились следующим вечером.

Саша уехал в полдень, когда выспался и попил горячий кофе. Он предложил Полине сходить в кино ближе к позднему вечеру, поэтому у неё было около получаса, чтобы поболтать с подругой.

Днём она занималась домашними делами. Приготовила запечённые овощи и крылышки в панировочных сухарях. Прибралась во всём доме, а также постирала грязное бельё.

Её мысли крутились вокруг Фихнеева, и это казалось чем-то ненормальным, потому что чувство тоски начало тянуть сразу же после того, как он уехал от неё. Саша сказал, что у него были семейные дела и ему нужно съездить в отцовскую контору, чтобы ознакомиться с некоторыми делами, поэтому в течение дня они не общались.

Полина таинственно прикусила губу, смотря на то, как резко изменилось выражение лица Шмелевой.

— О… Нет! — заверещала она. — Он тебя трахнул.

— Нет!

— Да!

— Нет!

— Да!

— Нет!

— Да!

— Нет!

— Если ты ещё раз скажешь нет, то я позвоню ему и прямо спрошу, трахал ли он мою подругу, — пригрозила Рита, и Полина рассмеялась.

— Ладно, — обидчиво фыркнула Иванова, но тут же расплылась в довольной улыбке.

— Ты чертовски сильно сияешь, подруга. Ну, как это было?

— М-м, хорошо. Он был очень заботливым.

Рита расплылась в довольной улыбке.

— Кажется, он тебе сильно нравится, подруга, — сказала Шмелева.

Полина вдруг задумалась, пожимая плечами. Нравился ли ей Фихнеев на самом деле? Скорее всего, нет. Чувство, прорастающее глубоко в душе, трудно назвать простой «симпатией».

Она влюблялась в него, и это был быстро развивающийся процесс.

Цветок, посаженный Сашей, стремительно прорастал в её сердце. Ещё немного, и он распустит лепестки, а затем и подаст соцветия. Это было неизбежным, и Полина это знала.

— Сильно, Рит, — хихикнула Полина.

— Почему ты сейчас не с ним?

— Мы собирались встретиться вечером. Идём в кино на мелодраму. У него есть какие-то дела, поэтому я жду его звонка.

— Мило. Кстати, ты не созванивалась с Никитой?

Полина покачала головой, выходя на кухню, чтобы выпить воды.

— Я звонила ему на неделе, он был чертовски занят очередной арматурой в виде огромного железного ящика прошлого века, — начала Рита, пока Полина наливала воду. — Не поверишь, но мне удалось приоткрыть завесу его личной жизни. Он такой хитрый, знаешь ли, — усмехнулась Шмелева.

Иванова сделала несколько глотков воды, затем уставилась в экран.

— До последнего не хотел признаваться, что у него с Машей отношения. Настоящие, Поли. Представляешь?

— И что в этом такого? — она пожала плечами. — Никита всегда был очень закрытым в этом плане.

— Но не со знойной красоткой, которая ошивалась вокруг Фихнеева.

От таких слов у Полины болезненно кольнуло сердце. Она прекрасно помнила, что Маша следовала по пятам за Сашей, и тогда она ничего не чувствовала, ведь они с Фихнеевым не были близки.

Сейчас, когда их общение вышло на другой уровень, более тесный и близкий, Полина ощущала нити ревности.