— А я тебе говорю: нет. Он мне говорил про какую-то Машу.

— Саш, ты хочешь прыгнуть отсюда? — пропищала Ячнева позади Фихнеева, и он вспомнил о существовании блондинки, которая тёрлась возле него.

Он резко оглянулся, смотря, как Маша, обняв себя руками, недоверчиво косилась на высоту пирса.

— Да, — ответил он, делая несколько шагов и тем самым приближаясь к бывшим одноклассницам.

— Маша? Тупая блонда, скачавшая фильм с вирусом на комп? — фыркнула Шмелева. — Она приходила к нему два раза. Первый, чтобы отдать ноутбук. Второй, чтобы забрать ноутбук.

— Нет, — выдохнула Полина. — Сказал, что они общаются.

Саша не понимал, почему стоял и слушал девчачий разговор.

— Ну… Ты уверена, что он с этой Машей общается? Он так схватил тебя!

— Обычное дело для него, — отмахнулась Полина.

Фихнеев окинул фигуру Ивановой взглядом, отмечая, что задница у неё была достаточно упругой и сочной.

Бледная кожа слегка покраснела, и он дёрнулся, когда представил, что потом ей будет больно.

Саша точно был уверен, что Полина не могла похвастаться естественным загаром после летних каникул. Она приходила на уроки с красным лицом, обожжённым носом, с которого слезала кожа, и болезненно относилась к моментам, когда её касались по рукам и плечам.

Он сделал неутешительный вывод, что девушка не загорала, а сгорала на солнце.

На пояснице была россыпь мелких родинок, и он впивался взглядом в каждую, пока его не отвлекла новая реплика от Маши.

— Может, прыгнем вместе? Я боюсь.

— Не смеши, Маш, — фыркнул Саша, делая несколько шагов вперёд и оказываясь слишком близко к Ивановой.

Он сделал глубокий вдох, но не почувствовал сладкого аромата, которым была наполнена теплица до тех пор, пока он не ушёл домой.

Саша отлично провёл время без присутствия Полины. Он внимательно осмотрел все мимозы, которые требовали пересадки, и избавился от двух кустов, которые напрочь прогнили без вариантов на восстановление. Конечно, он несколько раз задумывался о том, чем могла заняться девочка после обеда, раз решила не возвращаться, но быстро уходил от таких мыслей.

Ему было всё равно, чем она занималась.

Ему было всё равно на существование таких отбросов общества, как Полина Иванова.

— Ты следующая, — Рита мягко коснулась красной кожи на плече Полины, и та, вздрогнув, зашипела.

— Вот как знала, что надо было взять крем, — она обернулась вполоборота, смотря на подругу.

Иванова моргнула пару раз, а потом резко повернула голову.

Сердце бешено застучало, в животе образовался шар волнения.

Она резко подняла подбородок в обороняющем жесте, когда столкнулась с волной холодной стали.

— Ты? — изумилась Рита, когда решила повернуться и посмотреть, на кого злым взглядом пялилась Полина.

Саша расплылся в довольной улыбке, кивая головой.

— И вам привет, девчонки, — он поддразнил их, вспоминая это школьное прозвище.

Рита улыбнулась.

— Фихнеев, ты… Вес набрал? — она просканировала его глазами, почтительно кивая головой. — А где же палки вместо рук и ног?

— Остались в пятом классе, Шмелева, — он закатил глаза.

Полина испепеляла взглядом Сашу, который, казалось, чувствовал себя в своей тарелке — в море женского внимания. Она сжала челюсти и прищурилась, смотря куда-то за его спину.

Блондинка, выглядевшая слишком бледно и клишированно, топталась за спиной у Фихнеева.

Полина подумала, что это его девушка. Отметила про себя, что она не отличается от типичных блондинок, на которых навешен ярлык «тупая». Она почти улыбнулась от мысли, что парень решил взять под крыло особу себе под стать — глупую красотку с большой грудью и тонкой талией.

Типично.

Однако она чувствовала, что стрелы волнения и раздражения атакуют её тело. Полина надеялась провести вторую половину понедельника менее нервно, но, вероятно, звёзды решили иначе.

— Ты преследуешь меня, Фихнеев? — усмехнулась Полина, поворачиваясь к нему лицом и складывая руки под грудью.

Саша был бы не Сашей, если бы не опустил взгляд ниже — на её грудь, закрытую синей тканью, которая скрывала практически весь обзор. Его глаза скользнули ниже, к треугольнику родинок на солнечном сплетении. Он счёл это очаровательным, но не мог не отметить, что Иванова практически не изменилась — осталась такой же худой.

Днём не представилась возможность лицезреть её в полуголом состоянии, поэтому он предположил, что она набрала несколько килограммов, но, как оказалось, нет. Она по-прежнему была очень худа для своего роста.

— Понравилось? — очередной смешок, от которого Саша посмотрел в её смеющиеся голубые глаза, вспоминая, что сказал то же самое, когда застал её за рассматриванием себя.

— Понравилось что? — он выгнул бровь, отзеркаливая её фразу.

Полина не сдержала ухмылки, но почувствовала, как кровь прилила к щекам:

— Любоваться мной, разумеется.

Рита и Маша, стоящие рядом с ними и бросающие вопросительные взгляды, не поняли, какой разговор ведётся между ними. Это было слишком личным, чтобы поняли остальные. Главное, что Саша и Полина прекрасно знали, о чём шла речь.

— Было бы чем любоваться, Иванова. Кости да кожа, — он хмыкнул, делая ещё шаг вперёд.

Он остановился достаточно близко, чтобы смотреть на девушку сверху вниз. Полина вскинула голову, заглядывая в его глаза.

Глубокие голубые зеницы, смотрящие с искренней насмешливостью, но не в злом ключе, а в хорошем. Иванова в который раз усомнилась в том, что перед ней стоял тот самый Фихнеев, который задирал её в школе.

Полина моргнула несколько раз, выругиваясь про себя. Она не должна пялиться на него слишком долго, чтобы сделать ещё один неутешительный вывод — парень изменился, и это безусловно повышало её интерес.

— Ну да, — она тихо хихикнула, сверкнув своими очаровательными очами. — Не мисс бикини.

Отсылка к Маше, которая заставила Сашу сдержать смешок. Он был уверен, что Иванова подумала, будто это его девушка. И ему было плевать на это.

И плевать на то, что она может ещё сказать своим грязным ртом.

— Хватит трепаться, Иванова, — он выдавил из себя усталый вздох. — Прыгаешь или болтаешь?

Она хмыкнула, отворачиваясь и смотря вниз, где последний прыгун уже всплыл на поверхность и стремительно освобождал место.

— Отвали, Фихнеев, — фыркнула Полина, делая один шаг назад.

— Ты такая долгая, — сказал Саша.

Она собиралась сделать несколько резких шагов вперёд, чтобы прыгнуть в воду, но почему-то оттягивала неизбежный момент. Полина вдруг представила, с какой грациозностью могла прыгнуть его девушка, и ей стало тошно. Она не была изящной и аккуратной, поэтому прыгала так, как её научила Рита.

Она сглотнула неприятный ком, застрявший в горле, и всё-таки разогналась, отталкиваясь ногами и летя в воду. Краем глаза заметила, что несдержанный Саша, не обладающий стойким терпением, рванул за ней.

Сердце бешено стучало то ли от прыжка, то ли от Фихнеева, который не стал долго ждать очереди. Он мог спровоцировать столкновение.

Она пугливо закрыла глаза, когда приблизилась к водной ряби. За секунду до встречи с водой услышала всплеск в метре от себя и закричала, поняв, что столкновение неизбежно.

Погружение было слегка твёрдым и болезненным, но захватывающим дыхание. Она всплыла на поверхность, тут же протирая глаза и зло оглядываясь. Фихнеев отплыл на приличное расстояние и лежал на спине, переводя дыхание.

Она разозлилась на его глупую выходку. Он совершил безумный поступок.

Полина бросилась к нему, яростно перебирая руками. Она собиралась высказать ему всё, что о нём думает.

Саша лениво перевернулся со спины, наблюдая, как Иванова летит к нему с бешеными глазами, раздувающимися от злости ноздрями и красным лицом.

Он прыгнул за ней, потому что устал топтаться на пирсе в дразнящем ожидании. Ему хотелось наконец испытать окрыляющее чувство падения. Свободу. После тяжёлого дня это хорошая процедура, чтобы избавиться от нежелательных мыслей.