Серые глаза быстро скользнули по мне, по Мире, по браслету, по разлитому на полу дыму.

Потом он выругался сквозь зубы.

— Поздно, — сказал он.

Голос был низким, хрипловатым и совершенно незнакомым.

Кайран появился справа, как тёмное пламя. На его скуле была кровь — чужая или своя, я не поняла. Он увидел незнакомца и остановился так резко, будто перед ним оказался не человек, а ещё одна угроза.

— Кроу.

Мужчина чуть склонил голову.

— Варгрейм.

Так, значит, они знали друг друга.

Очень плохо.

Очень, очень плохо.

Потому что на лице Кайрана не было ни удивления, ни облегчения. Только раздражение человека, столкнувшегося в одну отвратительную минуту сразу с несколькими проблемами.

Дым постепенно редел. За дверью в коридоре кто-то стонал. Ещё один нападавший, видимо, всё-таки сбежал — слишком тихо стало для полной расправы.

Незнакомец перевёл взгляд на меня.

— Вы можете идти?

Я не ответила.

— Не говори с ней, — отрезал Кайран.

Уголок рта мужчины чуть дрогнул.

— Поздновато для распоряжений, генерал.

— Я сказал…

— А я вижу женщину, которую только что пытались унести вместе с ритуальным артефактом, — спокойно перебил он. — И вижу, что твоя охрана пропустила четверых под носом. Так что, может быть, сейчас не лучшее время мериться полномочиями.

Я смотрела на них, пытаясь уложить в голове слишком многое сразу: нападение, дым, браслет, чужой нож в горле убийцы, этот хладнокровный мужчина в плаще, называющий Кайрана по фамилии так, будто они знакомы давно и не любят друг друга не первый год.

Кайран шагнул ближе ко мне.

— Мы уходим. Сейчас.

И вот тогда новый мужчина посмотрел мне прямо в глаза.

Спокойно.

Без жалости.

Без придворной сладости.

Без привычного мужского самодовольства, с которым на меня теперь смотрели слишком многие, решив, что брошенная жена будет благодарна любой внимательности.

Он посмотрел так, будто видел не разведенную женщину и не красивый скандал, а человека в центре опасной игры.

— Если вы пойдёте с ним по главному коридору, — сказал он мне, не отводя взгляда, — вас попытаются добить на переходе к восточной лестнице.

Я почувствовала, как холодеют пальцы.

Кайран медленно повернул голову.

— На каком основании ты это утверждаешь?

— На том, что одного из ваших людей уже ждут там, — ответил незнакомец всё так же ровно. — И он не ваш человек.

Тишина после этих слов оказалась страшнее боя.

Кайран смотрел на него долго. Очень долго. Потом спросил:

— Откуда знаешь?

— Потому что шёл за теми, кто вошёл сюда, — сказал мужчина. — И видел двух постовиков у восточной арки. Один живой, второй подменён.

Меня будто ударили под дых.

Подменён.

То есть опасность уже была не где-то снаружи дворца. Она стояла в его стенах. У его лестниц. В его карауле.

Кайран выругался так тихо, что я едва услышала.

— У нас нет времени на это, — сказал незнакомец. — Если хочешь вывести её живой, уходить нужно через нижний двор и винтовую башню.

— Кто ты? — спросила я наконец.

Он перевёл взгляд на меня чуть медленнее, чем на всё остальное. Как будто заранее знал, что этот вопрос будет и что отвечать на него лучше без лишней игры.

— Северин Кроу.

Имя ничего мне не сказало сразу. Только позже, через секунду, память подбросила обрывки дворцовых слухов. Кроу. Человек без постоянного двора. То ли бывший офицер разведки, то ли наследник старого дома, который давно не живёт в столице и потому становится от этого ещё более подозрительным. О нём говорили разное и никогда — полностью.

— Почему вы здесь? — спросила я.

Северин Кроу слегка наклонил голову, будто признавая за мной право не доверять ему ни на волос.

— Потому что слишком давно не люблю, когда красивых женщин пытаются убить под прикрытием политической вежливости.

— Не паясничай, — бросил Кайран.

— Тогда коротко? — Мужчина перевёл на него взгляд. — Меня прислали за подтверждением. Я получил больше, чем хотел.

— Кто прислал?

— Не сейчас.

Мне захотелось рассмеяться.

Конечно.

Ещё один мужчина с половиной правды и без единого удобного ответа.

— Прекрасно, — сказала я. — Похоже, это болезнь целого пола.

Северин коротко посмотрел на меня. И впервые в его глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение. Или интерес.

Кайран явно это заметил.

По комнате словно прошёл ещё один, невидимый разряд.

— Она идёт со мной, — сказал он.

— Пока да, — ответил Кроу. — Но если хочешь довести её до резиденции живой, перестань вести себя так, будто у тебя здесь всё под контролем.

— Убирайся с дороги.

— С удовольствием, как только вы сойдёте с ловушки у восточной арки.

Они стояли друг против друга, слишком похожие в одном и слишком разные во всём остальном.

Кайран — тёмный, сдержанный, привычный к праву приказывать. Даже в крови, даже после боя он оставался тем, вокруг кого сгибается пространство.

Северин Кроу — опасно спокойный, с насмешкой на грани, без парадной тяжести, зато с той уверенностью, которая бывает у людей, привыкших полагаться не на титул, а на собственную голову и нож.

Оба раздражали меня одинаково сильно.

Но только один из них сегодня утром разрушил мою жизнь.

— Мы не пойдём по восточной арке, — сказала я.

Оба посмотрели на меня.

Я чувствовала себя ужасно. Дым всё ещё драл горло. Сердце колотилось слишком быстро. На рукаве, кажется, проступила чужая кровь. Мира цеплялась за мой локоть так, словно боялась, что меня снова вырвут у неё из рук.

И всё же я стояла на ногах.

— Нэйра, — начал Кайран.

— Нет. Сейчас послушай ты. Меня уже пытались отравить, сегодня же пытались забрать в храмовой библиотеке, и только что выяснилось, что в твоей собственной охране есть подмена. Ты всё ещё хочешь, чтобы я послушно шла за тобой, не задавая вопросов?

Он молчал.

Это молчание я уже начинала ненавидеть по-настоящему.

Я повернулась к Северину Кроу.

— Вы знаете другой путь?

— Да.

— Хорошо. Тогда говорите его нам обоим.

На секунду в библиотеке стало очень тихо.

Потом Северин медленно кивнул.

— Через ризницу, вниз по служебной винтовой лестнице, потом через старую прачечную к нижнему двору. Если повезёт, нас не увидят до арочного тоннеля.

— Нас? — переспросил Кайран.

— Да, генерал. Нас. Вы ведь не думали, что я дам вам ещё раз потерять её в коридоре?

Вот теперь я увидела в лице Кайрана не просто раздражение.

Ревность.

Нет, не ту пошлую, которую так любят сплетники. Другую. Гораздо опаснее. Сухую. Почти холодную. Так, будто он внезапно обнаружил рядом неуместное мужское присутствие и не знает, что сильнее — злость на него или на сам факт, что я на это присутствие вообще смотрю.

Я не успела ни удивиться, ни осмыслить.

Потому что где-то в глубине коридора снова раздались шаги.

Много.

Слишком много.

Кайран мгновенно убрал меч обратно в ножны и шагнул ко мне.

— Идём.

На этот раз я не спорила.

Не потому, что доверяла ему.

Потому что совсем перестала доверять месту, где стояла.

Северин поднял с пола один из упавших фонарей, сбил пламя, оставив только тусклый уголёк, и первым двинулся к боковой двери, которую я даже не заметила за шкафами. Оказалось, в библиотеке был ещё один выход — низкий, узкий, для храмовых служек и архивистов.

Кайран пропустил меня вперёд, но сам пошёл почти вплотную сзади. Его ладонь один раз легко коснулась моей спины, направляя в проём, и от этого невинного касания браслет снова отозвался жаром.

Он тоже почувствовал.

Я это поняла по резкому вдоху за спиной.

Проклятье.

Сейчас не время.

Мы вышли в тёмный служебный ход. Каменные стены были влажными. Пахло сыростью, известью и старым воском. Северин шёл уверенно, будто знал дорогу не хуже Кайрана. Это мне совсем не понравилось.