— Ты кто⁈ — рыкнул я, собирая разбегающиеся мысли. Каждое слово незнакомца било по мозгам, будто кувалдой.

— Я? — развеселился голос. — Сильнейший менталист империи — Даниил.

— Правда? — всё так же ощущая давление, с любопытством поинтересовался я.

— Надо же, — в голосе Даниила тоже прорезались нотки интереса. — Даже будучи в таком положении, ты хочешь учиться ментальной магии?

— Дело приходится иметь в основном с людьми, — логично рассудил я, и в этот момент давление резко исчезло, а вместе с ним и размытая реальность, которая вспышкой сменилась на светлый потолок.

— С возвращением в мир живых, — хмыкнул Даниил, голос которого мне теперь не забыть никогда. — Это же надо, ты отправил свой разум настолько глубоко в подсознание, что даже мне было сложно его отыскать. Кстати, любопытный артефакт у тебя в руках. Что это? Что-то из эпохи богов?

— Что с Зеваной? — спросил я и закашлялся.

— Не знаю о чём ты, — ответил он, а я наконец смог рассмотреть своего спасителя.

Светлые волосы, молодое лицо со старыми глазами, и лёгкая улыбка. А ещё он был чудовищно сильным. Настолько, что мне вспомнился тот имперский майор, которого я встретил в лесу перед тем, как отправится в Великосибирск.

— Понятно, — поморщился я, начиная понимать ситуацию.

— Рад, что ты такой догадливый. Лучше расскажи, почему я не могу вскрыть твой разум? Любой конструкт, будь то естественный или искусственный, для меня не проблема. Но здесь я вижу, что это точно ты, царевич. Есть обрывки воспоминаний, которые никто не смог бы тебе передать. Да много чего! Но при этом большая часть памяти остаётся недоступной, словно в зоне отчуждения.

— Если поклянётесь не распространяться и обучить меня ментальной магии, расскажу, — хмыкнул теперь я. — Но перед этим мне нужно узнать, что с супругой.

Даниил с любопытством посмотрел на меня, после чего на секунду замер, словно прислушиваясь к чему-то, потом произнёс:

— Всё с ней отлично! Уже узнала, что ты пришёл в себя, и спешит сюда. Судя по всему, у нас наедине осталось меньше тридцати секунд.

— Тогда я спрошу, — я посмотрел ему в глаза. — Вы же можете и так узнать мой секрет, тогда почему?

Он всё с той же улыбкой ответил:

— Тогда моя жизнь станет бессмысленной и скучной.

— Я тебя услышал, — кивнул я. — Тогда… — я прислушался к топоту за дверью. Видимо, Зевана обратилась в свою звериную ипостась и неслась ко мне на всех парах, — … поговорим чуть позже.

Дверь с треском распахнулась, и в комнату, которую обычно мы занимали вдвоём, когда жили во дворце Святого леса, ворвалась зелёная волчица. В одном прыжке она налету обратилась в прелестную, слава богам, одетую девушку, которая со слезами повисла у меня на шее.

Некоторое время она рыдала, крепко, даже слишком сжимая мою шею. Видимо, внутренняя волчица усилила её физические возможности в человеческой форме.

Я молча гладил её по голове до тех пор, пока она не отстранилась и отдышавшись сказала:

— Спасибо.

— За что? — с улыбкой, самой светлой на которые был способен, спросил я.

— За то, что выжил.

— Я старался.

— И вам спасибо, — повернулась она к Даниилу, который всё так же сидел на стуле рядом с моей кроватью.

— Меня попросили, — равнодушно пожал он плечами. — Хотя скажу, что случай любопытный, даже невероятный. Я еле достучался до вашего мужа.

Зевана решительно отстранилась от меня и низко, в пол, поклонилась.

— Ладно, — внезапно засмущался менталист. — Вы тут воркуйте, а я пойду. Вскоре вам предстоит знакомство с родителями.

На этом я поморщился. В итоге всё-таки до этого дошло.

— Я не знала, что делать, — потупилась Зевана. — Когда я очнулась, тот человек…

— Майор Пронин, — подсказал я.

Девушка с удивлением посмотрела на меня, после чего кивнула:

— Точно. Но как ты узнал?

— Давай сначала ты расскажешь, — решил я.

— Хорошо. Так вот, майор осмотрел тебя и сказал, что здесь нужен кто-то неординарный, сам он больше по разрушениям. Тогда он открыл портал прямо там и подхватив тебя, шагнул в него. Я отправилась следом, как и некромант с ректором. Портал привёл нас почти под самые стены Святого леса. Здесь тебе пытались помочь лучшие волшебники духа и разума, но у них ничего не получалось.

Зевана замолкла, а я подал ей воды. Она с благодарностью отпила и продолжила уже более бодрым голосом:

— А потом Пронин сказал, что скоро придёт менталист и спасёт тебя. А ещё, он своей силой и душой поклялся, что тебе не причинят вреда умышленно. Оставался шанс, что ты не…

Она запнулась, а её красивые глаза наполнились слезами. На это я её просто обнял, и так мы молча просидели некоторое время, пока в дверях не появился Волховец. Он вежливо откашлялся и постучался по дверному косяку. Всё такой же огромный, с гладким молодым лицом, даже моложе чем у Даниила.

— Пронин мне рассказал кто он и почему тебе помог, — с порога начал он. — И это…

— Возможно поможет Святому лесу, — закончил я за него. — Сейчас юридически эта земля принадлежит лично императору, и он вправе делать здесь всё, что ему заблагорассудится.

— Первый император позволил нам жить, после того как старшие боги ушли, — тяжело вздохнул Волховец. — Мара, Безымянный и все остальные, что сейчас развязывают новую войну, кажется, позабыли об этом. Люди могли нас уничтожить в любой момент. Этот Пронин тому живое подтверждение. Не человек — ходячая катастрофа. Даже мне не по себе рядом с ним.

Я кивнул и задумался. Всё идёт к тому, что мне вновь придётся встретится лицом к лицу на поле боя с Марой и Безымянным. Интересно, этот божок приделал себе руку обратно?

Воспоминания о сражении в том странном пространстве напомнили мне про меч, который, как оказалось, я не выпускал из левой руки всё это время.

Я поднял меч, чтобы рассмотреть его получше. И услышал изумлённый выдох Волховеца.

— Это…

— Ты узнаешь его?

Волховец нерешительно шагнул вперёд и наклонился, пристально разглядывая золотой раздвоенный клинок.

— Конечно! Это ведь меч старшего бога времени — Хроноса! Он один из столпов реальности, пропал после войны. Говорили, что он единственный остался нейтральным, а потому все удивились, когда он тоже исчез через некоторое время после остальных старших.

— Этот меч мне подарил Безымянный, — мрачно произнёс я.

— Каким образом? — округлились глаза Волховеца.

— Воткнул мне его в живот и благодаря Зеване, не смог закончить начатое, — с нежностью прижал я девушку к себе.

— Но… — с непониманием и каким-то страхом, чего раньше за тестем не водилось, посмотрел он на меня: — Как? Как ты смог выжить? Я слышал, что этот клинок не разит тело, но уничтожает душу, вытягивая из неё бесценное время, буквально за секунды, если не быстрее.

— Возможно… — я по-новому взглянул на опасное оружие у меня в руках, — … из-за моего аспекта времени.

— Только если ты не можешь пройти сквозь миры, — покачал головой Волховец.

— Что? — я с трудом удержал покер-фейс. — Ты о чём?

— Хронос не просто был богом с аспектом времени, он единственный в реальности из известных существ мог спокойно преодолевать грани между мирами, — Волховец задумался, и глаза его затуманились от блуждания в чертогах памяти. Оно и понятно, он уже давно живёт на свете, и нужно время для поиска. — Хронос вроде как мог двигаться на такой скорости, что его невозможно было остановить, и за счёт этого управлял временем и пространством.

Пространством… В голове вспыхнуло, что первый аспект, который подчинился мне, был именно пространственным. Первый император говорил тогда, в самую первую нашу встречу в моём сне, что он выбрал меня не только потому, что я удачно умер в своём мире…

— А в каких отношениях был первый император с Хроносом? — задал я новый, и на мой взгляд крайне важный вопрос.

Волховец странно посмотрел на меня, после чего медленно произнёс: