— Вы поймите, господин, они у меня деньги взяли в кредит под большой процент. В имперском банке им отказали, а я, по доброте своей душевной, не смог отказать такому важному семейству.

— И они не успели в срок, — подытожил я.

— Увы, — Петров развёл руками.

— А вот призрак говорит, что вы обманом отжали у них дом, да ещё и силой надавили, когда глава семейства не захотел уступать. Детям угрожали, — я впился в этого слизняка взглядом.

Вопрос не в том, что призрак мог лгать, а в том, нужно ли ему это? Да и после моих слов тело Петрова само себя выдало: глаза забегали, он заелозил на стуле, и даже мимика показала, что человеку было что скрывать.

— Это не совсем так… — начал он, а голос его дрогнул.

— Так, — кивнул я. — Точнее, вы не говорите правды, оттого и я вам поверить не могу.

Всё же презумпцию невиновности никто не отменял. И пусть мне, как оперативнику со стажем, все более-менее ясно, но стоило выслушать обе стороны. Нужно привыкать быть не только следователем, но и судьёй.

Петров помолчал, явно нервничая, пожевал губами и рассказал.

История получилась мерзкая, со всех сторон.

Глава семейства, что тут проживало, тайно увлекался азартными играми, и как следствие, постоянно прибывал в долгах. И действительно занял крупную сумму денег у Петрова, но не ради семьи, а для участия в покерном турнире, где в итоге в пух и прах проигрался.

А ещё, когда он подписывал договор займа, не прочёл самое главное, а конкретно то, что было написано мелким шрифтом. И как итог, семья потеряла дом. И как потом слышал Петров, отец семейства с горя ушёл в длительный запой.

— Ясно, — покивал я. — Сколько он был вам должен?

— Сейчас, — Петров торопливо вытащил из пиджака чёрный блокнот и, секунду поискав нужную страницу, озвучил сумму. Она была почти в два раза меньше запрошенной им за особняк, даже с учётом скидки на привидение.

— Смотрите, — я начал загибать пальцы, — от проклятого дома я вас избавлю, жизнь вашу сохраню, ещё и эту сумму заплачу.

— А остальное? — его глаза вспыхнули жадностью.

— Найду бывших хозяев, точнее хозяйку с детьми, и вручу им. Они стали жертвами вашей махинации и игромании главы семейства.

— Но… — начал он, набрав в грудь возмущение, и в этот момент одна из ваз рухнула сама по себе, разлетевшись на мелкие осколки так, что пришлось ставить защиту перед лицом Петрова, иначе бы тот не избежал множественных порезов. — Ладно! Я согласен! — взвизгнул он.

— Вот и славно, — вежливо улыбнулся я, доставая контракт, что заранее подготовил. — Там осталось лишь вписать ваши данные и конечно же адрес дома с квадратными метрами, а для этого мне нужно свидетельство о праве собственности и ваш паспорт.

Всё это я собирался сделать самостоятельно, ни на йоту не доверяя этому черному кредитору.

В отличие от моего родного мира, в этом не существовало такой профессии как нотариус. Но, даже несмотря на то, что Петров не был одарённым, магия клятвы работала и у него, просто это требовало дополнительных приспособлений.

Он вытащил из кармана дорогой на вид лакированный футляр и, раскрыв его, достал толстое металлическое перо.

Нажав на торец, Петров тяжело вздохнул, посмотрел на меня, после на бумагу, и с видом обманутого человека, поставил свою подпись. Та засветилась и окутала светом Петрова, заставляя его поморщится. Я тоже поставил свою, но уже обычной ручкой, вложив каплю силы.

— Вот и славно! А теперь ваши деньги, — я вытащил из пространственного кармана нужную сумму. — И мне нужна вся информация о бывших хозяевах, в особенности о женщине с детьми.

Петров поражённо посмотрел на меня:

— Так вы не обманывали⁈ Вы действительно собираетесь отдать деньги им⁈ — видимо в его голове любое обещание без магической печати на душе не имеет никакого веса и смысла. Оно и понятно, каждый ведь по себе судит.

— Запишите мой номер и я буду ждать от вас контакты, — перебил я и с нажимом добавил: — Я ведь дождусь? Верно?

Петров посмотрел на меня как кролик на удава, после чего судорожно сглотнул и поспешил кивнуть:

— Конечно-конечно! Такая мелочь, всё будет в лучшем виде.

— Хорошо, — удовлетворённо ответил я. — Если что, я знаю ваши паспортные данные и смогу найти вас. Ну, это так, для информации.

Когда Петров вышел из дома и поспешил покинуть лужайку перед фасадом, я обратился к Алене:

— А теперь узнай у Тархуна вот что. Убил бы он Петрова или нет?

Вопрос был важным, и по факту я не солгал Петрову о возможной смерти от действий призрака, к примеру, это могло случиться совершенно случайно, а дух и подумать не мог бы что оно всё так получится.

— Он говорит, что нет, — спустя секунду ответила Алена.

— Хорошо, — кивнул я и, подумав, добавил: — Можешь сделать его видимым? Не нравится мне так общаться.

— Я попробую, — ответила Алена, и я ощутил, как из меня в неё потекла сила.

Можно было бы перекрыть этот небольшой поток, но фамильяры являлись частью меня, а потому любые их манипуляции мне виделись как действия заклинаний.

То есть сейчас волшебный конструкт потребовал платы за мою волю, не более. Хотя конечно, Алена с Аспидом не были для меня обыкновенными волшебными рунами, я их воспринимал как преданных до последнего атома соратников и слуг.

Спустя минуту размытый образ Тархуна приобрёл чёткость, и передо мной предстал высокий, широкоплечий мужчина. Его лицо от виска до скулы наискосок пересекал шрам, глаза выцветшие, телосложение атлета, видно, что при жизни не пропускал тренировки, волосы — бесцветный ёжик.

— Думал будет зелёным, — хмыкнул я. — Ну, здравствуй, Тархун. Какие у тебя планы на ближайшую нежизнь?

— Если… Вы… Сдержите… Слово… Готов… Присягнуть на верность, — слова давались ему с трудом, а голос дрожал словно некачественная запись на старой пластинке.

— Хорошо, — кивнул я. — А теперь покажи, как ты устраивал неприятности этому мошеннику?

Тархун молча кивнул и вытянул перед собой руку. В этот момент что-то мелькнуло, но разобрать, что конкретно, не получилось.

— Ещё раз, но медленнее, — использовав волшебный разгон мозга, как всегда делал в напряженных битвах, я сосредоточенно следил за полупрозрачной ладонью призрака.

Вновь мелькнуло нечто, но всё так же слишком размыто.

— Расскажи о своих силах, — после десятой попытки, когда прогресс остановился на слабой, почти невидимой нити, попросил я.

— Нити силы, — сказал Тархун, который с каждым мгновением становился всё плотнее и говорил лучше, видимо за счёт постоянного вливания моей энергии. — Это божественная сила антимага, что способна противостоять черным магам. Эти нити могут приносить удачу, а могут нести погибель. Против обычных людей кодекс ордена антимагов запрещает использовать смертельные нити, только против черных магов.

— Манипуляция причинно-следственной связью? — удивлённо уставился я на него. — Это сейчас было серьёзно?

— Да, — помрачнел Тархун. — Именно эта черта в нитях самая опасная. Антимаги, которые злоупотребили этой способностью, превращаются в черных магов — безвольных существ, подчинённых силе нитей.

Я наморщил лоб, пытаясь переварить полученные данные. Но видимо, на это требуется время.

— Ладно, — хлопнул я в ладони, — Как только найдём бывшую хозяйку с детьми и отдадим им причитающееся, тогда продолжим разговор. А сейчас, — я посмотрел на жену, — нужно бы заняться обустройством нашего нового дома и переездом.

— Завтра первое сентября, — напомнил мне дед Антип.

— Верно, — кивнул я. — Поэтому ты поможешь Зеване, а я пойду готовится, как только осмотримся тут.

— Я проведу вам экскурсию по дому, — вызвался Тархун.

— Алена, — обратился я к своему фамильяру и заметил, как вспыхнули глаза призрака дома. Любопытно. — Нужно что-то придумать, чтобы наш новый друг вновь не исчез.

— Нужен волшебный камень и побольше, — тут же предложила она.