Я знал, что в рассказе Коры что-то не сходится. Знал, что давность ран Риза не соответствует ее словам. Но, увидев, как Кора держит Нову за волосы и приставляет нож к ее горлу, все равно испытал потрясение.

Ее я меньше всего ожидал увидеть за всем этим. И все еще не исключал, что она действует не одна. Я быстро осмотрел комнату и снова перевел взгляд на нее. На Нову.

Губа у нее была разбита. Дышала она с трудом. А на футболке под моей фланелевой рубашкой расплывалась кровь. Свежая кровь.

Меня пронзила совсем иная боль. Нова. Мой феникс. Кто-то снова пытался сжечь ее дотла.

— Лесная служба США. Опустите оружие, — произнес я бесстрастным, почти механическим голосом.

Кора фыркнула.

— Будто ты имеешь право носить этот значок. Ты трахал свою свидетельницу чуть ли не с первого дня.

Примечательно, что Кора не назвала Нову жертвой. Потому что для нее Нова ею не была. И в каком-то смысле Кора была права. Нова поднялась из пепла, который задушил бы большинство людей. Построила себе новую жизнь. Снова нашла свой путь.

— Здесь есть кто-то еще, Кора? — Я опять осмотрел комнату.

Потому что до сих пор не был уверен, действительно ли Трэвис мертв.

Лицо Коры исказила ярость. Она встряхнула Нову. Я увидел боль в ее глазах и то, как кожа побледнела еще сильнее.

Блядь.

Мне нужно было действовать быстрее. Но стрелять было нельзя. Кора прикрывалась Новой, как живым щитом.

— Думаешь, Трэвис сейчас выскочит и прострелит тебе голову? — прорычала Кора. — Я бы хотела. Но ты, блядь, убил его.

— Это сделал не я, — спокойно ответил я. — Ты это знаешь.

— Но ты был частью этого. Ты бы убил его, будь у тебя возможность. Ты даже не попытался его спасти.

— Он упал в реку, Кора. Спасти его было невозможно, — произнес я, стараясь ее успокоить.

— Чушь. Если бы захотел, спас бы. Если бы не ты и твой гребаный любопытный брат, все было бы хорошо. Мы продолжали бы жить как раньше.

Я попытался сместиться, чуть шагнув в сторону, но Кора тут же повторила мое движение. Нова теперь дышала с хрипом.

Что-то было не так.

Очень серьезно не так.

— Все уже не могло остаться прежним, — сказал я. — Трэвис заходил все дальше. Ему уже было мало убивать людей и вмешиваться в расследования. Он терял осторожность.

— Он помогал мне! — выкрикнула Кора.

Нож скользнул по шее Новы. Неглубоко, но достаточно, чтобы выступила струйка крови. Нова вскрикнула от боли.

— Давайте все сделаем вдох, хорошо? — Я заставил дрожь в руке утихнуть. — Просто поговорим. Скажи, что тебе нужно.

Губы Коры растянулись в уродливой улыбке.

— Я сама даю себе то, что нужно. Как Трэвис делал почти всю мою жизнь. А теперь исправляю несправедливость, которую с ним сотворили. Я заканчиваю его дело.

Я пытался связать все нити и сложить полную картину.

— Значит, это ты похитила Хайди Ингрэм.

— Она пришла в наше место. Мы с Трэвом постоянно там отдыхали, а теперь я прихожу туда, чтобы вспоминать его. Он похитил бы ее для меня. Убил бы. Потому что она выглядела точь-в-точь как моя мать. Темные волосы, бледная кожа. Она была идеальной.

— Но ты где-то ее держала, — подтолкнул я.

Кора прищурилась.

— И никогда не скажу где.

— Там у нее Пайпер, — хрипло произнесла Нова. — Пайпер еще жива.

Кора на мгновение отвела нож и полоснула им Нову по руке. Нова вскрикнула и попыталась согнуться, но не смогла. Кора все еще крепко держала ее за волосы.

— Заткнись, сука.

— А Пайпер за что? Почему она? — продолжил я.

— Думаешь, сможешь меня раскусить? — насмешливо спросила Кора. — Ну давай. Никто не залезет мне в голову. Пайпер была темноволосой сукой, которая не умолкала о том, как сильно влюблена. Ей требовался урок.

— А Ризу тоже требовался урок? — спросил я.

— Он заслуживает смерти. Напечатал всю эту ложь о моем Трэве. Он заслуживает почти самого худшего.

Я не стал говорить, что она, скорее всего, получит желаемое, если медики не доберутся до него в ближайшее время. Вместо этого сменил тактику.

— Ты еще можешь уйти отсюда. Толкни Нову ко мне. Я ее поймаю, а ты сможешь убежать. Ты знаешь, что управление шерифа уже едет сюда. Но так у тебя будет хотя бы небольшая фора.

Зеленые глаза Коры померкли, будто в них не осталось ничего человеческого.

— Думаешь, мне есть дело до жизни, когда Трэва больше нет? Я не хочу оставаться в этом мире без него. Просто заберу с собой как можно больше предателей.

Теперь я понял ее замысел.

Она с самого начала не собиралась выбираться отсюда живой.

И от этого становилась опаснее любого чудовища.

Кора собиралась убить меня. А если получится, попытается убить и Кола. И любого, до кого сможет добраться.

Но я уже не та женщина, которую похитили они с Трэвисом. Не та, что сдалась даже перед лицом спасения. Я обрела силу. Настоящую силу.

И больше никому не позволю причинить мне боль.

Я попыталась вспомнить занятия по самообороне, на которые мы с Брей ходили в YMCA в Окленде. Знания покрылись ржавчиной и почти стерлись, но я помнила главное: бить нужно по самым уязвимым местам.

Инструктор чаще всего советовала целиться в пах и глаза, но речь шла о мужчинах. А у Коры не было яиц, по которым можно врезать коленом, даже сумей я развернуться.

Зато у нее было одно больное место, о котором я прекрасно знала. Рана на животе. Сама она ее нанесла или получила в настоящей драке, я не знала. Но если сумею ударить туда, у меня появится шанс.

Я вспомнила, как инструктор учила нас выполнять связку. Наступить противнику на ногу, а потом резко ударить локтем назад. На Коре были кроссовки, а на мне лишь домашние туфли. Но, может, если одновременно топнуть и ударить локтем, получится.

Меня захлестнула тревога, пока Кора перечисляла всех, кого хотела прикончить. Роджера — за то, что не поддержал друга. Декса — за то, что убил его. Брей — за то, что не оставила меня гнить. Нож по-прежнему был у моего горла, но во время своей тирады Кора слегка им двигала. Отводила и возвращала. Движения едва заметные, но, если правильно выбрать момент, лезвие могло меня не задеть.

В ее движениях был ритм, которого она сама не замечала.

А я замечала.

Я встретилась взглядом с Колом. Если все закончится плохо, я хотя бы в последний раз увижу его лицо. Но я должна попытаться.

«Я люблю тебя», — беззвучно произнесла я.

Все тело Кола напряглось.

«Приготовься», — добавила я.

Оставалось надеяться, что он выстрелит, как только появится возможность. Надеяться, что то, за что мы боролись, поможет нам выстоять. Потому что я хотела долгой, прекрасной жизни с Колом и Скайлар. Хотела нелепые завтраки и до смешного пышные чаепития. Хотела вечера в сумерках рядом с Колом и семейные просмотры фильмов на диване. Я хотела жить.

При этой мысли лезвие слегка отодвинулось. Я наступила Коре на ногу и одновременно ударила локтем назад.

Кора издала сдавленный вскрик и согнулась пополам. Я резко развернулась, сжала кулак и ударила ее точно в челюсть.

В ее глазах вспыхнуло неверие, но почти сразу сменилось яростью. Она беспорядочно полоснула ножом. Я попыталась отшатнуться, но зацепилась ногой за край ковра и пошатнулась. Кора рванулась вперед, и кончик лезвия скользнул по моему животу. Но порез оказался не таким глубоким, как прежние раны.

Тогда она бросилась на меня.

Это была слепая, истеричная ярость. Ни единой мысли — только реакция.

Кора всем телом врезалась в меня и повалила на пол. Мы покатились, а я старалась удержать подальше ее руку с ножом. Она была сильнее меня. Отрицать это бессмысленно.

Я до сих пор не вернула силы, которые потеряла в плену. Но на моей стороне был адреналин. И понимание, за что я сражаюсь.

Я резко вскинула голову, пытаясь разбить ей нос.

Удар вышел неточным, но Кора все равно выругалась.

— Да сдохни ты уже, тупая ебаная сука.