– Примерно представляю, – поморщился Бабай. – Государь Иоанн Иоаннович болел капитально. Царевичи между собой не воюют, а вот те, кто за спиной у них стоит, бьются насмерть. Особенно «федины» с «васиными»(1). Вставляют друг другу палки в колеса, как только могут. Вот и авалонцы под шумок полезли знать перекупать. Только они еще не знают, что государь наш уже в полном здравии, и с интересом за происходящим наблюдает. А это значит, что скоро головы полетят. Слишком многие за время его болезни обозначились. Ты, Вольт, забудь про это все. Мой тебе совет.

– Я бы забыл, да девчонок жалко, – вздохнул я. – Их ведь во имя интересов государства под топор засунули. Мать бы их за ногу…

– Цель оправдывает средства, – поморщился Бабай. – Они так говорят.

– Да, так иезуиты говорили, – согласился я. – Только окончание у этой фразы мало кто знает. Правильно звучит так: цель оправдывает средства, если это ведет к спасению души. Иезуиты намного честнее были.

– Эт да, – невпопад ответил Бабай, и мы замолчали.

Хтонический шоколот прибыл на рассвете следующего дня и высадил нас на побережье недалеко от Ингрии. Это Питер в мире Тверди так называется. Тут ведь Романовых не было, Грозные – это Рюриковичи. Насладиться экскурсией нам не дали, а сразу посадили в тонированный автобус и повезли в Воронеж. Измученные переживаниями девчонки уснули, а я сидел рядом с Кариной и бездумно гладил ее руку.

– Ты домой поедешь? – спросил я, когда молчание слишком уж затянулось. – Если поедешь, я тебе денег дам. У меня много с собой… Не мои, правда, но эти ребята не обеднеют. Скажу, что подкупал осведомителей, и вообще, они сгорели в пожаре.

– Домой? – прикусила она губу. – Не хочется мне домой. Я так нарисовалась перед отъездом, что не сотрешь теперь. Как собака побитая вернусь. Правду рассказать нельзя, а если врать, то получится, что выгнали меня, не смогла я там ничего. Обидно возвращаться, чтобы на тебя пальцами показывали, как на последнего неудачника.

– Пойдешь ко мне на работу? – спросил вдруг я. – У меня новый продукт есть, зелье «Безупречность». Ты его знаешь, сама пила два месяца.

– Это от которого волосы гуще становятся? – оживилась она. – Неужели ты его готовить умеешь? Вольтик, да это же золотое дно! Можно салон красоты открыть! От баб отбоя не будет! Я его вагонами продавать буду!

– Тогда ты принята, – протянул я руку. – Я же вижу, что для тебя важно свои деньги иметь, вот и зарабатывай. Я тебе хороший процент дам.

– И‑и‑и‑и! – восторженно завизжала Карина и обняла меня за шею. Впрочем, она покраснела и отодвинулась смущенная.

– Свидание будет, как приедем, – сказал я улыбнувшись. – Тебе понравится Воронеж. У нас скоро будет махач Магадана с Крестами. Я билеты в ложу возьму. Любишь махач район на район?

– Я у себя в Омске за Порт‑Артурских болела, – прыснула она. – Они вообще демоны отбитые. Пойдем обязательно. А можно аванс попросить? Мне нужно квартиру снять и одежду купить. Не в этом же грязном барахле я пойду на первое свидание. Ты же меня такую бросишь сразу. А все мои вещи в замке остались.

– Конечно, – ответил я, разламывая пополам котлету авалонских фунтов. – Возвращать не нужно. Это приветственный бонус и подъемные от фирмы.

Я отдал деньги и понял вдруг, что впервые расстался с ними без малейшего сожаления. Вот даже не екнуло нигде. Мне известна простая истина: когда в жизни мужчины появляется та самая, единственная и неповторимая, то тратить на нее – истинное наслаждение. У меня за все две жизни такого еще не было.

Я достал чудом уцелевший телефон и открыл приложение «Эхо». Ну, конечно, как без нее…

– Зайки мои! – заорала блогерша‑миллионник. – Общий сбор! Общий сбор! А с вами снова я, Катя с Патриков. Я анонсировала эпический стрим, и вот он! Сейчас я в Трансильвании, это страна где‑то в горах. Моря и пальм тут нет, лавандовый раф не подают, а потому я в душе не чаю, где эта Трансильвания находится. Но название красивое. Я его обязательно использую в своей новой линейке парфюмерии. Со мной идет отряд Орды, и мы идем штурмовать замок упырей. Почему мы туда идем? Вкратце тема такая: мы хорошие, а они плохие! Вот! А спонсор сегодняшнего налета – лак для ногтей «Гранитный блеск». Девочки, обычный лак – это для драных кошек из Зоотерики. Но мы‑то с вами не такие. Настоящая женщина‑тролль красит когти суриком, а это уже прошлый век. У меня для вас есть кое‑что получше: лак «Гранитный блеск» содержит наноалмазы, эпоксидку и карбид кремния. Ваши ногти позволят даже расцарапать морду мужа, когда он заявится домой под утро, пахнущий чужими духами. Заказывайте «Гранитный блеск», и ваш маникюр справится с любым ударом. При заказе во время стрима действует скидка тридцать процентов.

Катя повела по сторонам камерой телефона, безжалостно оттолкнув урука в желтой майке, который все время пытался влезть в кадр. Тот отошел, обиженно бормоча и потирая ушибленную грудную клетку. Удар у самки тролля весьма тяжел.

– Сегодня я проведу натурные испытания! – верещала Катя. – Сам Бабай Сархан обещал, что я разобью топором ворота легендарного замка вампиров. И тогда я предъявлю маникюр вашему вниманию. Если появится хоть один скол, то фирма гарантирует возврат денег. Кстати, обратите внимание, как сочетается цвет лака с топорищем. Ну не чудо ли? А теперь давайте посмотрим, какие красавцы будут сегодня воевать с нами. Вот ты! Как тебя зовут?

– Я Лурц Желтая Майка! – оскалился тот в счастливой улыбке. – А знаете, почему меня так зовут?

– Понятия не имеем, – Катя с обреченным видом возвела очи к небесам. – Нас смотрят семьсот двадцать тысяч зрительниц. Расскажи им, красавчик.

– Потому что у меня желтая майка, – гордо выпятил грудь урук и, поигрывая внушительным бицепсом, положил на плечо огромный кард. – А еще у меня девушки нет. Если че, пишите письма. Лурц, собака, орда, дефис…

– Это было потрясающе! – воскликнула Катя и мощным движением бедра вытолкнула его из кадра. – Кстати, девочки, этот лак имеет стойкость по Шору 85–90 единиц, а это соответствует закаленной стали. Также гарантируется термостойкость до двухсот градусов и ударная вязкость, выдерживающая усилие в пятьдесят джоулей. Я, киски мои, сама ничего из сказанного не понимаю, но смысл такой: эта штука выдерживает удар молотка. Палец будет в гипсе, а маникюр останется идеальным.

В кадре показался мрачного вида замок с потемневшими от времени воротами. Несколько уруков безуспешно пытались выбить его бревном, но тут Катя с Патриков вышла вперёд, засучив кружевные манжеты. Свой топор она держала в правой руке, а левую поднесла к камере, демонстрируя безупречный маникюр. – Смотрите, девочки! Ни одной царапины!

Она размахнулась и со всей силы всадила лезвие в дубовую створку. Щепки полетели во все стороны, но лак все выдержал. Топор вошёл в дерево почти по рукоять. Катя выдернула его, ударила снова, и петли жалобно заскрипели.

– Скидка сорок процентов на «Гранитный блеск» на то время, пока я не разнесу ворота! – заорала она. – Промокод: «КАТЯТОПОР»! Слитно!

Откровенная шизофрения происходящего окончательно убедила меня в одной незыблемой истине: я точно дома. А это значит, что у меня все будет хорошо. Это так же очевидно, как победа коммунизма для комсомольцев шестидесятых.

– Дай на секунду! – Карина выхватила у меня телефон и нажала кнопку «Заказать». – Фу‑у! Успела! Сорок процентов, прикинь! Когда еще такое будет! А в твоем сервитуте пункт выдачи «Гуси‑лебеди» есть? А он далеко? А в ресторанах кухня приличная? А одежду брендовую в Воронеже продают? А обувь? У меня стопа узкая, мне отечественная колодка не подходит.

Да, точно, теперь я дома. Все вокруг такое родное и привычное. И женщины такие понятные. Как же я по всему этому соскучился…

1 Здесь события совпадают по времени с теми, что происходили в последнем томе цикла Е. Капбы «На златом крыльце сидели». Государь Иоанн Иоаннович сильно болел, а в это время шла жестокая борьба между сторонниками царевичей Василия и Федора. Цикл здесь  https://author.today/work/454438