После ужина Ирида буквально завалила меня вопросами о Даниэле. И больше всего её, конечно, интересовало, имеется ли у моего брата девушка. Девушка у Даниэля не имелась. Потому что у него имелось много этих девушек.

И я не могу объяснить почему. Но я чётко была уверена, что не дам своему близнецу разбить сердце этого наивного гномика. Почему-то мне хотелось защитить эту девушку. Хотя до этого я подобных чувств никогда не испытывала. Даже с Мэриэль мы сильно сдружились не сразу.

А перед сном я отправилась покурить. Конечно, там я привычно встретила профессора Нинглорона.

–Ты всё ещё не бросила эту дрянь? – спросил мужчина, делая затяжку.

–А вы? – села рядом с ним.

–Бросил, – важно заявил.

Я с сомнением посмотрела на мужчину, который сидел и курил.

–По вам и не скажешь, – усмехнулась.

–Вот сегодня с утра проснулся и бросил, – утвердительно кивнул, а потом добавил:

–А через два часа уже опять начал.

Я понятливо кивнула. Сама не один десяток раз пыталась завязать с этой пагубной привычкой. Но у меня так и не вышло. Вот с утра просыпаешься и очень чётко решаешь, что с этого момента ты к сигаретам больше не притрагиваешься. А потом думаешь, что от одной сигаретки никому ещё плохо не было. И так не замечаешь, как уже закончилась половина пачки.

–Рассказывай, – скомандовал.

–О чём?

–О том из-за чего ты так выразительно вздыхаешь, – усмехнулся.

–Ничего я не вздыхаю, – возразила.

А после положила голову на колени профессора, смотря на ночное небо с россыпью звёзд. И очень честно рассказала о встрече с Ионой и её дочкой.

–Забудь уже об этом всём, – произнёс после моего рассказа.

–Я ребёнка без отца оставила, – горько вздохнула.

–Даже не убей этого урода ты тогда, он всё равно был бы не жилец, – неожиданно произнёс.

–О чём вы?

–Сама подумай, если бы ты умерла, то кто-то бы оставил бывшего ректора с твоими деньгами на свободе?

Я отрицательно мотнула головой.

–Правильно, его бы заключили под стражу. А учитывая отношение нашего императора к тебе, то его бы без сомнений отправили на казнь. А если не публичная казнь, то по-тихому бы убили, – пояснил, и дальше стал рассуждать:

–Я вот понять не могу. Подписать себе смертный приговор, чтобы подержать немного в руках крупную сумму денег? Либо мужик был идиотом, либо есть ещё что-то. И ты знаешь что, так ведь?

–Он мстил за своего брата, – призналась.

А после непонятливого взгляда на меня, я пояснила.

–Его брат был казнён за участие в убийстве прошлого императора. Ректор винил моего деда в смерти своего родственника.

–Почему не рассказала об этом?

–Не хотела волновать Даниэля, – призналась, – он же правильный до скрежета зубов и начал бы переживать, что дед мог подписать приказ о казни невиновного человека.

–Если этот был психопатом, то его братик вряд ли был лучше, – озвучил мои мысли декан.

С утра гномик подорвался с кровати, едва успели взойти первые лучи солнца. При этом это мелкое...в смысле, миниатюрное существо носилось по нашей комнате с таким топаньем, что мне показалось, что сюда запустили неповоротливого слона. Который ещё и решил сплясать чечётку.

–Да, прекрати ты, – не выдержала я и запулила подушку в шумного гномика.

–Ой, – искренне удивилась девушка, – я тебя разбудила?

Я уткнула лицом в подушку и провыла что-то невнятное. Конечно, я никогда не претендовала на звание хорошего человека. Но я же не маньячело какой-нибудь, который убивает неповинных жертв. Так почему именно ко мне подселили это неугомонное рыжее создание? Так ещё и злиться на Ириду у меня не получается.

Особенно, когда я сейчас повернулась к ней и увидела, как лицо гномика испачкано в какую-то светло-зелёную жижу. А в её пористых рыжих волосах застряла расчёска.

–И в честь чего развернулись такие масштабные сборы? – поинтересовалась.

–Просто так, – очень неубедительно соврала мне, – я каждое утро так собираюсь.

Нет, каждый день я слушать косметические побегушки гномика не собираюсь. В конце концов, я имею право на полноценный сон.

–Иди, помогу, – устало вздохнула я.

Усадила девушку на пуфик перед зеркалом и первым делом аккуратно вытащила несчастную расчёску из её волос. И чем дольше я находилась рядом с Иридой, тем отчётливее чуялся запах мяты. Ядерный такой запах, как у зубной пасты.

–А мятой почему от тебя воняет? – поинтересовалась.

–Это от маски, – довольно произнесла, а затем совсем тихо добавила:

–Я её у Исиды позаимствовала.

Ясно, под позаимствовала девушка имеет ввиду стырила самым наглым образом и ничуть в этом не раскаивается. Но всё равно, слишком едкий запах для маски, которую предназначается наносить на лицо. Я просто стою рядом с Иридой, а у меня от этого амбре уже глаза слезиться начали.

–Покажи-ка упаковку, – потребовала.

Ирида достала из ящика стола небольшой тюбик, где очень крупным шрифтом было написано:

«Приведёт в порядок кожу»

Вроде ничего подозрительного. Действительно, очень похоже на маску для лица. Но когда я повернула тюбик обратной стороной, то мне захотелось засмеяться в голос. А после мне стало страшно за гномика. Поэтому я скомандовала:

–Беги смывать это!, – начала подталкивать её к двери, – живо!

Никакая это оказалась не маска для лица. А специальное средство, которым обрабатывают изделия из натуральной кожи, чтобы привести их в более приличный вид. Вернее, именно это средство предназначалось для изделий из белой кожи, потому что обладало отбеливающими свойствами.

Исида была любительницей белых нарядов и аксессуаров. Поэтому неудивительно, что у неё в комнате нашлось подобное средство. А наивный гномик прочёл только крупную надпись на упаковке. И без раздумий Ирида намазала эту жижу себе на лицо.

–Я уродина, – провыла девушка, сжавшись комочком на своей кровати.

Как по мне, то всё ещё очень даже хорошо закончилось. Лицо Ириды лишь немного покраснело и стало белее. А всё могло бы закончиться серьёзным ожогом, после такой косметической процедуры.

–Прекрати реветь, – поморщилась, потому что у меня уже голова начала раскалываться от истерики гномика, – пару дней и лицо твоё будет, как всегда.

–Я никуда не выйду из этой комнаты, пока не перестану быть красной, как спелый помидор.

Вот ещё, а мне теперь, где это время ночевать? Потому что рядом с этими девичьими истериками я долго не протяну. К Даниэлю что ли напроситься пожить? Хотя у него там каждую ночь свиданка, а я на подобное смотреть была не готова. Значит, придётся несколько ночей переночевать у себя дома.

Кстати, о Даниэле.

–Ты ведь не ради моего брата эту бурду на себя намазала? – вопросительно приподняла бровь.

–У тебя есть брат? – совсем неубедительно удивилась, – если ты про того кудрявого красавчика с невероятными зелёными глазами, то точно не для него.

Я обречённо вздохнула. И что мне теперь делать с влюблённым гномиком? И надо же было вляпаться именно в моего близнеца, который не пропускал ни одну юбку вокруг себя.

–Это хорошо, – покачала головой, – а то мой любимый братик жуткий бабник.

–Совсем жуткий? – подняла на меня свои наивные глаза.

–Ещё хуже.

Следующие несколько дней Ирида, действительно, отказалась покидать нашу комнату. Когда я уже попыталась вытолкнуть её силой, то девушка очень отчаянно цеплялась за все предметы, находящиеся в помещении. В итоге я плюнула на это всё. Хочет сидеть взаперти, не буду ей мешать, как говорится. Правда, еду в комнату я ей всё-таки приносила, чтобы гномик не помер с голоду.

И тут мне вспомнился момент, как на первом курсе декан меня буквально за шкирку вытащил из комнаты, когда я прогуляла занятия. А вот ругать Ириду декан Нинглорон не пришёл. Ещё раз убедилась, что ко мне у него всё-таки предвзятое отношение. Но я всё равно его люблю. Конечно, исключительно, как преподавателя и наставника. В роли возлюбленного красноволосый мужчина мне даже в самом жутком кошмаре не снился.