Иван Петрович опустился в кресло. – А самое главное, – проворчал он, – Акта этого дурацкого не отменили. Завтра опять двадцать пять. Снова «воздушные пробки», снова «летающие техосмотры».

Варя, тем временем, сидела за своим компьютером. – Ну, если уж совсем по инструкции, – задумчиво произнесла она, – ретранслятор теперь наш. Он находится в ведении ЖЭКа как несанкционированный, но потенциально полезный объект. Если его модернизировать…

– Модернизировать? – Иван Петрович поднял брови. – Ты что, хочешь из него сделать центр управления воздушным движением?

– Почему бы и нет? – Варя улыбнулась. – Или, по крайней мере, заглушку для всех этих «беспилотных» артефактов. Или даже автоматический центр регистрации! Зарегистрировал ковер, пролетел мимо, и данные сами считались. Меньше бюрократии.

Иван Петрович посмотрел на неё, потом на Дениса, который все еще что-то бурчал про «параграфы» гному, потом на Кузьму-домового, который наконец-то вылез из дымохода, потягиваясь и зевая.

– Меньше бюрократии, говоришь? – хмыкнул Иван Петрович. – Это ты хорошо придумала. Только что-то мне подсказывает, что это просто приведет к еще большей бюрократии. И к жалобам на то, что «автоматический центр регистрации» принял за ковер соседского кота, а метлу – за инопланетный зонд. А Грюндула потом будем на работу принимать, как специалиста по «устранению астральных хакерских атак».

Денис поднял голову от бумаг. – Новая инструкция, Иван Петрович! «Порядок взаимодействия ЖЭК с гномами-инженерами, осуществившими несанкционированную активацию древних астральных ретрансляторов». Мне кажется, этот пункт не проработан.

Иван Петрович лишь махнул рукой. – А я-то думал, день закончится. А он только начинается. Ладно, Варя, готовь свои чертежи. Дениска, пиши рапорт о героическом подавлении воздушного мятежа. И пусть Кузьма, наконец, починит дымоход. А то ведь вызовем «пожарных-астралов» – хлопот потом не оберешься.

И так, в ЖЭКе № 37, под аккомпанемент ворчания Ивана Петровича, шороха бумаг Дениса и деловитого стука Вари по клавиатуре, начиналась новая эра магической бюрократии Заволгограда – эра, где «свободные» летающие ковры и дроны боролись за свои права, а сотрудники ЖЭКа пытались навести порядок в этом абсурдном, но таком привычном мире. И где прорывы трубы из Лимба казались уже не такими страшными, как падение незарегистрированной метлы на голову мэру.

На часах ЖЭК № 37 микрорайона "Солнечный", юго-западного астрального округа города Заволгограда, стрелки едва перевалили за восемь утра. Солнце, пробиваясь сквозь пыльное окно, освещало давно не крашенный потолок, на котором смутно проступали очертания чего-то похожего на астральный грибок, периодически меняющего цвет в зависимости от фазы луны и настроения главного бухгалтера.

Иван Петрович, человек старой закалки, с лицом, вылепленным из гранита и жизненного опыта, шумно допивал свой третий за утро чай, который по слухам, заваривался на воде из прорвавшейся в подвале трубы, ведущей прямиком из преисподней. Он носил засаленный рабочий комбинезон, поверх которого красовался потрёпанный жилет с бесчисленными карманами, набитыми артефактами непонятного назначения: от связки сушёных трав, до ключа на 32, способного, как утверждал Иван Петрович, открутить не только гайку, но и упрямый сглаз.

– Ну что, сонные мухи, – прогудел он, обращаясь к своим коллегам. – Деньги не спят, и проблемы тоже. Особенно наши, магические, которые имеют привычку не только не спать, но ещё и размножаться по углам, как те астральные тараканы в общаге номер четыре.

Денис, сидевший за столом, заваленным пыльными "Инструкциями по работе с бытовыми астральными аномалиями" и "Регламентами по устранению полтергейстов класса В2", нервно поправлял свои очки. Каждое утро Денис начинал с тщательной сверки наряда-допуска с прогнозом астральной погоды, что в Заволгограде было делом крайне непредсказуемым.

Рядом с Денисом, на противоположном конце стола, сидела Варвара, она ловко управлялась с планшетом, который был оснащён приложениями для спектрального анализа фантомов, распознавания рунных символов и даже обычным поисковиком. Её обтягивающий комбинезон хоть и был рабочим, но подчёркивал фигуру, отчего некоторые особо любвеобильные домовые иногда принимали её за суккуба, что приводило к забавным, но порой опасным недоразумениям.

– Наряд, Иван Петрович? – Денис заглянул в свой блокнот. – У нас сегодня заявка на… на "несанкционированное самопроизвольное перемещение твёрдых бытовых отходов с элементами агрессии и звукового сопровождения в районе контейнерной площадки по адресу проспект Заволжского Единства, дом 13, корпус 2".

Иван Петрович скривился.

– Опять эти "самоперемещающиеся". Помяните моё слово, Денис, это всё оттого, что эти чинуши из Главмагжила отказываются обновлять систему "Утиль-2000". Ну не тянет она уже современные отходы! В моё время магический мусор был чище, понятнее. Проклятие, так проклятие. Осколок демона, так осколок. А сейчас что? Остаток от зелья для вечной молодости, замешанный на эссенции быстрого старения. Вот и ползает потом по дворам, то омолаживая, то состаривая соседских котов!

Варя оторвалась от планшета.

– Если верить отчётам, Иван Петрович, проблема действительно набирает обороты. Только за прошлую неделю мы зафиксировали три случая "ползучей плесени" из отработанных проклятий и один "жующий сгусток", который, судя по всему, был остатком неудачного любовного приворота. Жильцы жалуются на порчу имущества и… навязчивые комплименты от мусорных баков.

– Навязчивые комплименты, ха! – хмыкнул Иван Петрович, вставая и поправляя свой жилет. – Меня вон вчера один такой, с зеленью гниющей, назвал "дедушкой-красавчиком". Чуть лопату в него не воткнул. Ладно, пошли. Денис, подготовь усмиряющие заклинания из Регламента 3.1. Варя, проверь свой астральный локатор. А я возьму проверенный временем набор: лом, метлу и пару крепких выражений. От мусора – только грубая сила спасает. И немного матерной магии.

Во дворе дома 13, корпус 2, царила атмосфера, которую можно было бы назвать сюрреалистическим хаосом. Контейнерная площадка, обычно заваленная лишь бытовым мусором, теперь представляла собой нечто из кошмаров. Из приоткрытых баков медленно, но верно, вытекали и расползались по асфальту разноцветные, пульсирующие сгустки. Один, изумрудного цвета, напоминающий остаток от зелья невидимости, прозрачно мерцал, отбрасывая причудливые тени. Другой, тёмно-фиолетовый, будто обрывок старого проклятия, извивался и издавал тонкие, шипящие звуки. А из одного из баков доносились чавкающие звуки и иногда высовывался обрывок старого, явно магического, но теперь крайне несвежего, пергамента.

– Вот оно, во всей красе! – Иван Петрович театрально махнул рукой. – Смотрите, Денис, это вам не по инструкции работать. Тут чуйка нужна, да стальные нервы!

Денис уже достал из своего рюкзака толстый том "Справочника заклинаний ЖЭК-овского назначения", перелистывая страницы.

– Так… для "ползучей плесени" – контрзаклинание "Осушение-3А". Для "жующего сгустка" – "Дисперсия-4Б". А вот для… – он всмотрелся в один из баков, откуда донёсся утробный рык. – Для "агрессивных твёрдых отходов с элементами звукового сопровождения" у нас… кажется, нет чёткой процедуры.

Варя подняла свой планшет. На экране мигали различные спектральные графики.

– Это не просто агрессия, Денис. Это скорее… раздражение. Смесь остатков зелий, обрывков заклинаний и чьих-то выкинутых с досады чувств. Представьте, если бы ваши неудачные попытки сварить борщ ожили и начали ползать по кухне, жалуясь на отсутствие соли.