— А мне?! — заныл дворовой. — Жильцы срубили половину деревьев во дворе, чтобы машину ставить, и теперь мне негде тень творить! И собака их, Шарик, постоянно на мою территорию гадит! А я ведь дух, не уборщик!

Кузьма поднял лапу, призывая к тишине. — Главное требование, которое вы, видимо, решили игнорировать, — это хаос! Ваша человеческая неряшливость! Мы, домовые, призваны поддерживать порядок, но как это делать, если вы вечно раскидываете носки по комнатам, оставляете грязную посуду на неделю, не выносите мусор по месяцу?! Наша аура портится! Мы болеем!

Варя, включив свой прибор, проецировала на стену график «Уровень ментального загрязнения на душу астральной сущности». — Он прав. Уровень стресса у духов жилья критический. Это как если бы сантехник работал на канализационном коллекторе без перчаток и маски.

Денис, записывая, уточнил. — То есть, требуется снижение уровня хаоса от жильцов? Это как сформулировать для протокола? «Обеспечение благоприятной ментально-бытовой среды»?

— Именно! — Кузьма хлопнул лапой по столу, отчего стол подпрыгнул и чуть не задел левитирующий холодильник. — И никаких попыток «освятить» квартиры без нашего ведома! Если кто-то хочет освятить, пусть сначала подаст заявку в ЖКХ, мы проведем консультации, разработаем протокол освящения, который не вредит астральной экологии. Иначе мы вам такие «порталы в Лимб» откроем, что ЖилКомКолу придется переехать!

Иван Петрович потер подбородок. — Так, значит… Печенье с шоколадной крошкой ежедневно… Уменьшение бардака… Прекращение самодеятельного освящения… Что еще?

— А еще! — выскочил маленький квартирный дух-мелочь, который выглядел как пушистый комочек пыли. — Требуем прекратить попытки поймать нас на клейкую ленту от мух! Мы не насекомые! И мы чувствуем боль!

— И чтобы перестали смотреть эти свои передачи про охотников за привидениями! — добавил другой домовой. — Мы потом ночами спать не можем, нам кажется, что нас сейчас будут ловить и сажать в банки!

— И верните кота! — взвизгнул Бабуйка. — Того рыжего, из квартиры 12! Он уже в астрале неделю сидит! Ему там скучно!

Иван Петрович посмотрел на Дениса, Денис — на Варю. Варя кивнула.

— Хорошо, — начал Иван Петрович, отложив печенье. — Мы готовы пойти на уступки, чтобы предотвратить дальнейшие беспорядки. Денис, записывай: «Протокол Урегулирования Духовно-Бытовых Разногласий в многоквартирном доме №7 по Сквозному переулку».

Протокол получился внушительным. Он включал пункты:

1. Обеспечение регулярного снабжения Духов Жилья пищевыми приношениями: (Минимум 100 грамм печенья или конфет на каждую сущность в неделю, по графику, согласованному с профсоюзом Духов).

2. Снижение уровня бытового хаоса: (Жильцам предписывалось соблюдать чистоту, не оставлять грязную посуду на ночь, регулярно выносить мусор, складывать носки в предназначенные для этого места). За несоблюдение — штрафы, а также возможное наказание в виде «малых полтергейстных проявлений» (самопроизвольное перемещение мелких предметов, необъяснимые звуки).

3. Запрет на несанкционированное освящение: (Любые ритуалы освящения только по предварительной заявке в ЖКХ и после консультации с местными Духами Жилья).

4. Уважительное отношение к Духам Жилья: (Прекращение попыток поимки, просмотров передач, оскорбляющих чувства астральных сущностей, и других проявлений, унижающих достоинство Духов).

5. Возвращение в материальный план всех астрально перемещенных животных и предметов. (Включая рыжего кота из квартиры 12).

6. Предоставление Дворовому отдельной будки: (С отоплением и ежедневной порцией свежего борща).

Когда протокол был зачитан, Кузьма задумчиво почесал бороду. — Ну что ж… Это, конечно, не все, что мы хотели, но для первого раза сойдет. Мы обсудим это с Советом Духов.

В итоге, после двух часов напряженных дебатов, Кузьма поставил на документе невидимую, но ощутимую печать. Иван Петрович расписался. Денис приложил печать ЖКХ. Варя засвидетельствовала подлинность астральным анализатором.

На следующий день дом номер семь по Сквозному переулку вновь обрел спокойствие. Цветочные горшки вернулись на подоконники, мусорные баки стояли ровно, и даже мох на стенах начал потихоньку исчезать. Из квартиры 12 доносилось довольное мурлыканье вернувшегося из астрала рыжего кота.

В офисе ЖКХ Иван Петрович, довольный, доедал последние шоколадные печенья. — Ну вот, Денис, Варя. Видите? Не все проблемы решаются Свято-Трофейной водой. Иногда достаточно просто переговоров. И печенья.

Денис кивнул, закрывая журнал. — Я думаю, нам стоит разработать типовой договор с Домовыми. И, возможно, ввести в штат ЖилКомКола должность «Психолог по Духовно-бытовым конфликтам».

Иван Петрович фыркнул. — Еще чего! У нас и так штат раздут! А вот насчет печенья… Надо заказать на центральный склад, по нормативам. Чтобы всегда было. А то вдруг еще какая-нибудь забастовка духов жилья начнется? И тогда нам уже не отделаться одними пряниками.

Варя, тем временем, опять что-то настраивала в своем осциллографе. — Иван Петрович, Денис… Мне тут приходят сигналы из дома 15 по улице Призрачной. Похоже, там бездомные духи требуют отдельную площадку для выгула астральных собак и угрожают превратить детскую площадку в болото из эктоплазмы.

Иван Петрович устало вздохнул. — Ох уж эти профсоюзы… Денис, готовь форму номер «А-73/Б»! И захвати побольше собачьих галет! Видимо, у нас сегодня будет очень… продуктивный день.

Рабочий день в отделе №37 Жилищно-Колдовского Хозяйства, начинался, как обычно, с запаха вчерашних котлет, табачного дыма и легкого эфирного шлейфа от пробитой астральной трубы на третьем этаже. Иван Петрович Кузнецов, с лицом, вытесанным из гранита и закаленным годами борьбы с нечистью и неплательщиками, глушил уже вторую кружку чая, пытаясь отогнать остатки сна и предвкушение очередного абсурда.

Напротив него, за столом, заваленным пыльными инструкциями и бланками строгой отчетности, нервно ерзал Денис. Он только полгода как окончил Академию Магического Благоустройства и еще не успел избавиться от университетского идеализма. В его голове магия была чем-то величественным и упорядоченным, а не источником плесени и перебоев с отоплением. Рядом, протирая очки, сидела Варя.

"Ну что там у нас сегодня, Денис?" – хрипло поинтересовался Иван Петрович, отставляя кружку. "Опять домовой носки украл? Или леший на газоне припарковался?"

Денис нагнулся над свежей стопкой жалоб, его бледные щеки слегка порозовели. "Э-э... нет, Иван Петрович. Тут... весьма необычное дело. Гражданин Фомин Григорий Александрович, проживающий по адресу ул. Лучевая, 13, кв. 72, жалуется на своего соседа, гражданина Сидорова Павла Евгеньевича, из кв. 71."

Иван Петрович хмыкнул. "Сидоров? Это тот, у которого из крана по четвергам пиво течет вместо воды? Мы же ему предписание выписали по форме А-27-бис! О перенастройке водопроводных элементалей!"

"Да, это он", – подтвердил Денис. "Но жалоба не на это. Фомин утверждает, что Сидоров незаконно поселил... русалку. В своей ванной."

Повисла тишина. Иван Петрович медленно опустил кружку. Варя подняла бровь.

"Русалку?" – переспросил Иван Петрович, его голос наполнился той особой интонацией, которая предвещала шторм. "В ванной? Денис, ты совсем из ума выжил со своими бумажками? Что значит, русалку? Это не кошка, не попугай и даже не мини-дракончик из пятого измерения, которых в зоомагазинах продают!"

"Так в жалобе написано, Иван Петрович!" – Денис протянул ему лист. "Цитирую: 'Указанная особь женского пола, предположительно водного происхождения, создает антисанитарные условия, а именно: забивает сток своими аномально длинными волосами, вызывает чрезмерную влажность, что ведет к образованию плесени, и, что совершенно неприемлемо, постоянно исполняет арии, нарушая общественный порядок и покой жильцов. Прошу принять меры к выселению и наказать виновного!'"