Инспектор поднял голову. – Стикс? – Он посмотрел на унитаз, потом на жильца, потом снова на унитаз. – Ну, разумеется! Акт о нецелевом использовании Стикса! Это же совершенно очевидно!

Денис схватился за голову. – Акт о нецелевом использовании Стикса? Такого пункта нет в справочнике!

– Теперь будет! – отрезал Инспектор. – Пункт 8.1.5. «Несанкционированная врезка в общепланетарные мистические водотоки с целью организации личных нежилых потребностей». Вы, гражданин N, – он ткнул пальцем в ошарашенного некроманта, – использовали загробную реку для чего? Для бытовых нужд? Для, цитирую, «Универсального Некро-Пылесоса»? Это же вопиющее нарушение! Стикс – это охраняемый ресурс! Его нельзя просто так… отводить себе в унитаз!

Пока Инспектор заполнял протокол, бормоча о «штрафах за несанкционированное канализирование посмертных вод» и «компенсации за моральный ущерб загробному миру», команда ЖЭКа пыталась придумать, как закрыть портал, не усугубив ситуацию.

– Так, – Варя активировала свой планшет. – Похоже, портал работает по принципу обратного сифона. Чем больше нежити через него проходит, тем сильнее тяга. Нужно перекрыть подачу… но откуда?

– Нужна заглушка, – прокряхтел Иван Петрович. – Но не простая. Какая-нибудь… антимагическая. Чтобы оно обратно не полезло.

– У меня есть идея! – Варя быстро что-то набирала на планшете. – Если Стикс реагирует на чистые души… а что, если подать туда… наоборот, концентрированную бюрократию? Что-то, что настолько отторгает саму концепцию жизни и смерти, что даже Стиксу станет не по себе.

Иван Петрович удивлённо поднял бровь. – Концентрированную бюрократию? Это как?

– Я могу перенастроить наш портативный нейтрализатор эфира, – объяснила Варя. – В нём есть функция «Астральный Вакуум», которая, по сути, создает зону абсолютного безразличия. Если усилить её данными из нормативных актов и инструкций, она станет «Бюрократическим Вакуумом». Стикс не выдержит такого потока чиновничьего равнодушия!

Денис, услышав это, вдруг оживился. – Точно! Если залить туда формуляр Ф-734 «Акт о неготовности объекта к приёмке» со всеми подпунктами и подпунктами подпунктов! Он же вызывает у большинства сущностей тоску!

– Прекрасная мысль! – Варя быстро модифицировала прибор.

Пока Инспектор, ни на секунду не отвлекаясь от своей работы, диктовал жильцу Наумову его права и обязанности перед лицом загробного мира, Варя и Денис сосредоточились на унитазе. Иван Петрович держал наготове свой молоток, на случай, если «бюрократия» не сработает, и придётся переходить к «радикальным мерам».

Варя включила модифицированный нейтрализатор, и тот начал издавать низкий, гудящий звук, похожий на коллективный вздох уныния. Из его сопла потянуло холодком, пропитанным запахом канцелярии и безысходности. Денис начал зачитывать пункты из своего справочника вслух, монотонно и без эмоций, словно заклинание: «…согласно подпункту 3.14.7 статьи 9 «О регулировании нетипичных потоков в системе жилищно-коммунального хозяйства»…»

Мгновенно, поток Стикса из унитаза замедлился. Высунувшаяся рука дёрнулась, затем медленно, будто утомлённая, начала втягиваться обратно. Скелет рыбы, парящий в жиже, погрузился. Из портала потянуло не то чтобы воздухом, а скорее… вакуумом энтузиазма.

– Работает! – прошептала Варя. – Продолжай, Денис!

Денис, вдохновлённый, заговорил быстрее: «…необходимо заполнить бланк заявления о перепланировке магических коммуникаций формы МК-27-Б, предоставив три копии, заверенные уполномоченным астральным нотариусом, с приложением справки о составе семьи, а также выписки из лицевого счёта за последние три года, справки об отсутствии задолженностей по коммунальным платежам, включая оплату за эфирное вещание, и квитанции об оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления!»

Эффект был поразительным. Стикс не просто уходил, он сворачивался. Поток иссяк, а потом, с тихим, почти неуловимым хлопком, портал в унитазе захлопнулся, оставив после себя лишь влажные, но уже не зловещие следы. Унитаз был пуст.

Инспектор, наконец, закончил заполнять свой протокол. – Итого, гражданин, – торжественно объявил он, – на вас налагается штраф за несанкционированное использование нежилых потоков для личных нужд, согласно новому пункту 8.1.5, в размере двухсот астральных единиц, плюс компенсация ЖЭКу за амортизацию оборудования. И предупреждение о недопустимости дальнейших экспериментов, затрагивающих межмировые коммуникации без соответствующего разрешения.

Он протянул распечатанный протокол. Наумов вздрогнул, но взял его.

– Молодцы, сотрудники, – сказал Инспектор, бросив взгляд на пустой унитаз. – Оперативно. Хотя, конечно, хотелось бы, чтобы вы заранее подавали заявки на использование нетрадиционных методов устранения засоров. Придётся внести это в ваш личный делопроизводство.

Иван Петрович молча убрал свой молоток. – Поехали, ребята. Кажется, пора заваривать новый чай. И, Денис, ты теперь знаешь, что читать из своего справочника, когда обычные методы не работают.

Возвращаясь в ЖЭК №37, УАЗик «Призракомобиль» ехал непривычно тихо. Иван Петрович задумчиво смотрел в окно.

– Так, значит, бюрократия загробный мир отпугивает, – пробормотал он. – А я-то всё по старинке. Надо будет в следующий раз, если опять какая-нибудь домовая плесень заведётся, Денису дать почитать акт о несвоевременной оплате услуг ЖКХ. Может, сама убежит.

Варя улыбнулась. Денис, чувствуя себя героем, открыл свой справочник и начал листать, ища самую скучную и длинную статью. За Заволгоградом садилось астральное солнце, и где-то вдалеке слышался знакомый гул турбин ТЭЦ №4. В ЖЭКе №37 наступал вечер, предвещая новые вызовы и очередные абсурдные проявления магии, которая, как и всё государственное, работала через пень-колоду. Но для этого и существовали они – обычные сотрудники, что просто пытались делать свою работу.

В ЖЭК № 37 микрорайона "Солнечный", юго-западного астрального округа города Заволгограда, утро начиналось, как обычно, с запаха вчерашнего кофе, легкого привкуса эфирной пыли и стопки заявок, по объему напоминающих "Войну и мир", но по содержанию — скорее "1001 проблему на вашу голову".

Иван Петрович, матёрый сотрудник, чьи ладони знали не только грубость кирки, но и тонкость астрального распылителя, сидел за своим покоцанным столом. На нем лежала неаккуратно скомканная газета "Вестник Заволгоградского Астрала", где на первой полосе красовался заголовок: "Управление по борьбе с астральными засорами вновь провалило план по депортации водяных из городского фонтана. Русалки отказываются покидать объект культурного наследия." Иван Петрович, не отрываясь от статьи, почесал затылок.

Рядом, за таким же столом, только куда более аккуратным, сидел Денис. Он скрупулезно изучал "Регламент по устранению несанкционированных астральных прорывов, версия 7.3 от 1980 года", подчеркивая особенно важные, по его мнению, пункты.

– Ну что, Денис, – прогудел Иван Петрович, – просветился? Готов к великим свершениям?

– Иван Петрович, я просто пытаюсь понять методологию, – Денис поправил очки. – Здесь сказано, что при наличии устойчивых низкочастотных вибраций, сопровождающихся дестабилизацией несущих конструкций и несанкционированным выбросом кристаллического эманаций, необходимо в первую очередь провести спектральный анализ породы и запросить санкцию Управления по распределению Сумеречной Энергии на временное блокирование зоны.

Иван Петрович хмыкнул. – Это, Денис, для тех, кто в 80-м родился. Сейчас уже 2025-й на дворе. Санкцию они запросят! Пока эти управленцы свои свитки подпишут, дом уже на колдовском бульваре поплывет.

На столе у Ивана Петровича зажужжал небольшой, покрытый рунами аппарат, похожий на старый советский телефон.