Денис тут же открыл методичку.

– Музыка? В пункте 5.2.ц "Обеспечение Акустического Комфорта Домовых Сущностей" сказано, что...

– Заткнись! – прошипел Брауни. – И эта ваша "дезинсекция от бытовых демонов"! Они мне всех моих пауков потравили! Я на них медитировал, они мои друзья были! А вы их – "хрясь!", и нет пауков!

Варя внимательно слушала. Иван Петрович покачал головой.

– Ну вот, я же говорил. Просто обидели старика.

– Не старика, а сущность, имеющую право на комфортное существование в рамках жилфонда! – поправил Брауни. – И вообще, вы не дали мне официальное разрешение на обустройство моего "гнезда комфорта" под лестницей! Я подавал заявку еще в 1987 году! А вы мне прислали отписку, что "заявка не соответствует требованиям пожарной безопасности для астральных объектов"! Где это видано?!

Тут Денис побледнел.

– Заявка 1987 года? Это же до всех реформ! Мы должны были пересмотреть...

– Вот! – Брауни возмущенно топнул ногой. – А теперь терпите! Мое измерение носков наполнено! Я их там складирую. По одному. Чтобы вам неповадно было! Пусть каждый ищет свою пару! За каждого убитого паука, за каждый громкий звук!

Иван Петрович вздохнул.

– Значит, радикальные меры тут не пойдут, – он с сожалением отложил в сторону свою банку варенья, которая, очевидно, не сработает на таком уровне обиды. – Это не бытовой демон, это, Денис, обиженный потребитель коммунальных услуг.

– Согласно "Положению об Урегулировании Конфликтов с Домовыми Сущностями, Пункт 7.4.а", в случае проявления деструктивного поведения из-за неудовлетворенных бытовых нужд, следует перейти к стадии "Психологического Урегулирования", – Денис лихорадочно листал страницы. – Предложение о компенсации... Выдача официальных разрешений...

– Перестаньте читать, Денис, – Варя шагнула вперед. – Брауни, мы вас понимаем. Вы правы. Недоработки были. Мы признаем это. Но носки надо вернуть. Жильцам без них холодно.

Брауни прищурился.

– Холодно? Им холодно? А мне каково, когда из-за их "астрального стриминга" у меня отключается обогрев моего уютного уголка?

Варя улыбнулась.

– А что если мы сделаем так: мы вам выдадим официальное разрешение на "гнездо комфорта" под лестницей, со всеми печатями и подписями. Установим там специальный тепловой барьер. Оборудуем шумопоглощающий купол, чтобы никакая музыка вам не мешала. И... – она заглянула в пакет Ивана Петровича, – и будем регулярно поставлять свежие... шоколадные чипсы?

Брауни медленно заморгал.

– Шоколадные чипсы?

– И горячий, ароматный чай, – добавила Варя. – А Денис составит график дезинсекции, чтобы не затрагивать ваших... пауков.

Денис чуть не подавился воздухом, но Варя незаметно ему подмигнула.

– А носки? – напомнил Иван Петрович.

Брауни задумался.

– Ну... Носки я возвращать буду. Но постепенно. Они у меня там... в измерении носков, они же перепутались. Так просто не найдешь. Но я постараюсь. По одному. В неделю. Если будете выполнять условия.

Иван Петрович и Денис переглянулись. Медленно, носки возвращаются. Это лучше, чем ничего.

– Согласны? – спросила Варя.

Брауни кряхтнул, почесал в затылке.

– Ну ладно. Только чтобы все было по протоколу. И никаких "отписок"!

Следующие несколько часов были посвящены беспрецедентной операции. Варя с Денисом составили "Протокол Урегулирования Конфликта с Домовой Сущностью (Особо Важный Случай 'Носочные Пропажи')". В нем были пункты о "компенсации морального ущерба" (шоколадные чипсы), "обеспечении температурного режима для астральных сущностей" (тепловой барьер), "защите от несанкционированных звуковых воздействий" (шумопоглощающий купол). Иван Петрович, хоть и ворчал, но лично подписал акт и поставил самую жирную печать.

Под лестницей действительно нашли уютную нишу, где Брауни обустроил свое "гнездо комфорта". Денис, сверяясь с новыми инструкциями, активировал тепловой барьер, а Варя настроила шумопоглощающий купол. Из своего кармана Иван Петрович извлек пакетик с шоколадными чипсами, которые, как оказалось, всегда носил с собой "на случай особо тяжелых переговоров". Брауни, который наблюдал за их работой, впервые за много лет удовлетворенно хмыкнул.

Обратный путь в ЖЭК был необычайно тихим.

– Ну что, Денис, – Иван Петрович хлопнул молодого специалиста по плечу. – Видишь, не все решается одной только "методичкой". Иногда нужен человеческий подход... ну или брауньский.

Денис кивнул.

– Но "Психологическое Урегулирование" все-таки сработало, Иван Петрович. Это подтверждает пункт 7.4.а.

Варя рассмеялась.

– Главное, чтобы носки вернулись. И чтобы он не начал воровать вилки.

Уже на следующий день на пороге квартиры Анастасии Петровны обнаружился ее пропавший полосатый носок. Одинокий, но целый. Через неделю появился и носок мужика с третьего этажа. А потом еще один. Процесс был медленным, но необратимым. Жильцы Дома № 13 перестали подозревать друг друга и даже начали здороваться.

А в ЖЭК № 37, под горой новых жалоб (на этот раз на гномов, забивающих канализацию золотом), Иван Петрович, Денис и Варя знали одно: в Заволгограде, где магия была обыденной, а бюрократия — магической, их работа никогда не станет скучной. И всегда найдется что-то, что придется "чинить" не по инструкции, а по зову здравого смысла. Или по зову обиженного брауни, которому не доложили шоколадных чипсов.

В ЖЭК № 37 микрорайона "Солнечный", что в Юго-Западном Астральном Округе славного города Заволгограда, утро начиналось не с кофе. Оно начиналось с ворчания Ивана Петровича, грохота чайника и едкого запаха горелых астральных дровишек, которыми топилась старая печка в углу кабинета.

– Опять! – прокряхтел Иван Петрович, отмахиваясь от клубов дыма, в которых смутно проступали очертания домового, явно притворяющегося частью интерьера. – Домовик, чтоб тебя! Ты хоть видишь, что дымоход засорился? Астральный нагар!

Домовик, по имени Кузьма, лишь неодобрительно хмыкнул, проваливаясь сквозь стену.

– Иван Петрович, – подал голос Денис, сидевший за скрипучим столом и скрупулезно изучавший новый циркуляр. Его галстук, хоть и был несколько помятым, все равно придавал ему вид человека, которому не чужды основы этикета. – Тут пришло… "Постановление № 312-АП от 15.03.2435 года «Об Актировании Разрешения на Полеты Летательных Аппаратов и Прочих Средств Астрального Передвижения»".

Иван Петрович медленно повернулся. В его глазах читалась вековая усталость от вселенской глупости.