– Что, Дениска? Опять какую-нибудь чушь выдумали? Мало нам астральных засоров в канализации, теперь и в небесах пробки будем регулировать?

В кабинет вошла Варвара, с ярко-рыжими волосами, собранными в небрежный пучок, и запачканным магическим солидолом комбинезоном. В руках она держала странный прибор, похожий на нечто среднее между водяным уровнем и детектором привидений.

– Доброе утро, господа! – бодро сказала Варя. – Я тут с утра уже вытягивала из унитаза русалку, которая жаловалась на низкий напор воды. Говорит, что забился сифон в её водовороте. А вы что, о великих делах беседуете?

Денис, слегка покраснев, гордо изрёк. – Варвара Сергеевна, речь идет о новом акте.

Теперь все летающие ковры, метлы, дроны и прочие… гм… воздухоплавательные средства должны быть зарегистрированы. И проходить ежегодный «летающий техосмотр». За отсутствие регистрации или просроченный техосмотр – штраф. И, цитирую: «в случае несанкционированного полета или падения незарегистрированного летательного аппарата, ЖЭК обязуется принять меры по его утилизации и взысканию компенсации с владельца, если таковой будет установлен».

Иван Петрович поднял брови, что было верным признаком приближающегося взрыва. – Техосмотр! Коврам?! Да они сами знают, куда им лететь! Зачем их осматривать?

– Есть зачем, Иван Петрович, – парировал Денис, тыча пальцем в документ. – Пункт 3.4: «ЖЭК обязуется контролировать “воздушные пробки” в прилегающих к жилым районам астральных коридорах и принимать меры по их устранению».

Варя скептически хмыкнула, осматривая свой прибор. – Воздушные пробки… это, конечно, сильно. Учитывая, что в прошлый раз «воздушная пробка» оказалась стаей призрачных чаек, застрявших в магнитных полях троллейбусных линий.

В этот момент зазвонил телефон, стоявший на столе Ивана Петровича. Это был допотопный аппарат, подключенный к астральной сети, который мог ловить сигналы даже из нижних планов бытия. Иван Петрович поднял трубку.

– ЖЭК № 37, Иван Петрович слушает. Да, здравствуйте, гражданка Сидорова… Что значит «потолок пробило»? Ковер? Летающий? А зарегистрирован был? Нет? Ну вот! Я же говорил! Какой? Замшевый, с бахромой? Понятно. Сейчас… – Иван Петрович повернулся к своим подчиненным, выкатив глаза. – Наряд! В дом № 17, квартира 3. Там незарегистрированный ковер пробил потолок! Бабуся Сидорова чуть не получила этим чудом по голове. Говорит, он поперёк потолка застрял и вибрирует!

Дом № 17 был типичной заволгоградской панелькой, лишь слегка присыпанной магическим налетом: тут и там виднелись нарисованные защитные руны, а подъездная дверь была украшена живой, но спящим горгульей. В квартире № 3 их встретила перепуганная старушка Сидорова, указывающая дрожащей рукой на потолок.

Из потолка свисал кусок ветхого ковра, края которого вибрировали, издавая низкий гул, похожий на рой разозленных пчел. Вмятина в потолке была внушительной.

– Он залетел прямо из окна! – причитала бабушка Сидорова. – Этот летающий гад! Я думала, внучок мой забыл его на балконе! А он не его! И сам по себе летает! Чуть чашку с чертополоховым отваром не смахнул!

Иван Петрович достал из своего вещмешка здоровенный молоток. – Так. Дениска, протокол составляй. Варвара, определи тип аппарата. Мне кажется, это классический "ковёр-самоход", древний, дорегистрационный. Такие любят самовольничать.

Денис достал свой планшет, зашуршал электронными формами. – Гражданка Сидорова, вы видели владельца?

– Какой владелец! – махнула рукой старушка. – Он сам по себе летает, как беспилотник! Наверное, из какого-то заброшенного музея сбежал!

Варя тем временем приставила свой прибор к краю ковра. Экран засветился, выводя на нем странные символы. – Так… аномальная энергетическая подпись… тип «Автономный Самополетный Ковер, Модель АСК-7Б, год выпуска приблизительно 2300-й». Встроенный магический ИИ. Простите, баба Сидорова, это не дрон, это умный ковер. И судя по пульсации, он в режиме поиска сети. Возможно, потерял связь с базой или просто заблудился.

– Заблудился, значит… – проворчал Иван Петрович. – Ну, сейчас мы его «разблудим». – Он замахнулся молотком.

– Иван Петрович, подождите! – воскликнула Варя. – Он же живой, можно сказать! Просто потерял ориентацию в пространстве. Надо попробовать перенастроить его магические контуры.

– Какие еще контуры! – возмутился Иван Петрович. – Он чужой потолок пробил! Тут нужны радикальные меры! По инструкции, любой незарегистрированный летательный аппарат подлежит немедленной нейтрализации! А если он еще и "умный", так тем более! Неизвестно, что у него на уме!

Денис, сверяясь с планшетом, подтвердил: – Да, пункт 4.1.2: «В случае несанкционированного проникновения автономного летательного аппарата на частную территорию, допускается применение силовых методов для его нейтрализации с последующей экспертизой».

Варя вздохнула. – Силовые методы… Ну хорошо, Иван Петрович, попробуйте. Но если он потом взорвется от вашего молотка, пеняйте на себя.

Иван Петрович, не слушая, с грохотом приложился молотком по выступающей части ковра. Ковер издал пронзительный визг, похожий на предсмертный писк заклинившего пылесоса, и задергался еще сильнее. От него начали отлетать искры и пучки ворса.

– Ой! – вскрикнула бабушка Сидорова. – Он сейчас совсем сломается! А мне потом за ремонт потолка платить!

– Спокойствие, гражданка! – заверил её Иван Петрович. – Мы его обезвредим!

Тут из ковра высунулся маленький, трясущийся глазик, который с тоской посмотрел на Ивана Петровича. И затем, с неожиданной прытью, ковер резко выскользнул из потолка, обдав всех пылью, и рванул обратно в окно, оставив за собой вибрирующий шлейф.

– Ушел! – воскликнул Денис. – Незарегистрированный аппарат скрылся с места происшествия! Как это оформлять?

Иван Петрович опустил молоток. – Вот черт. Эти новые технологии… Совсем от рук отбились. Ладно, пиши: «Попытка нейтрализации была пресечена бегством объекта. Объект опознан как Самополетный Ковер АСК-7Б. Предполагаемое направление – Северный Астральный округ».

Варя покачала головой. – Он просто испугался. Может, он искал своего хозяина? Или путь домой?

– Дом, – фыркнул Иван Петрович. – Будет у него теперь дом – штрафная стоянка, если поймаем. Или свалка астрального мусора.

На следующий день ситуация ухудшилась. Отдел «Воздушных Пробок» ЖЭКа № 37 буквально разрывался от звонков.

– Ало, ЖЭК № 37, Денис слушает… Что? Метла застряла в вентиляционной шахте? Да, понимаю. Свист? Постоянный? Заявка принята.

– ЖЭК № 37, Иван Петрович! Что? Воздушный шар с надписью «С Днем Рождения, Настенька!» сел на крышу церкви? И не движется? И что, священник говорит, что он ему загораживает вид на Божий свет? Понял. Выезжаем.

– Варя! – позвал Иван Петрович. – Собирайся! У нас массовый исход летающих предметов! И что-то мне подсказывает, они все незарегистрированные!

Над Заволгоградом действительно творилось неладное. В воздухе, словно мошкара, кружили десятки летающих объектов. Какой-то обшарпанный ковер лениво дрейфовал прямо поперёк оживлённого астрального проспекта, вызывая цепную реакцию из резких маневров и ругательств. Несколько метёл, явно вышедших из-под контроля, кружились над центральной площадью, чуть не задевая памятник Основателю Астрального Канала. Пара неопознанных летающих аппаратов, подозрительно напоминающих переделанные самовары, выпускали пар и низко летали над прохожими.

– Это просто катастрофа! – воскликнул Денис, глядя в окно кабинета. – Нарушение воздушного кодекса по всем статьям!

– А вы как думали? – хмыкнул Иван Петрович. – Запретить все и сразу! Да у нас половина населения добирается до работы на коврах и метлах, потому что троллейбусы в Лимб уходят, а на такси – дорого!

Варя, тем временем, сидела за компьютером и что-то быстро печатала. – Интересно… Количество необъяснимых инцидентов с незарегистрированными летающими объектами резко возросло именно после введения акта о разрешении на полеты.