– Естественно! – отмахнулся Иван Петрович. – Люди не хотят регистрировать свои метлы. Оно им надо? Зачем им эта бюрократия?

– Нет, Иван Петрович, это другое, – возразила Варя, поворачивая монитор. – Я отследила аномальные энергетические всплески. Похоже, какой-то сигнал… он воздействует на старые, автономные магические предметы. Заставляет их «пробудиться» и лететь куда глаза глядят. Как если бы кто-то рассылал спам по всем устаревшим моделям техники.

– Спам? – переспросил Денис. – Магический спам?

– Что-то вроде того, – кивнула Варя. – Скорее, это хакерская атака на устаревшие магические ИИ-модули. Или, возможно, они просто запрограммированы на такую реакцию на попытки их контролировать. Знаете, протест машин.

Иван Петрович почесал затылок. – Значит, это не просто непослушные ковры, а организованная… э-э-э… воздушная забастовка?

– Может быть, – предположила Варя. – Импульс исходит откуда-то из старого Заволгограда, район Ветхих Чащ. Там много старинных артефактов, астральных узлов…

– Ветхие Чащи? – Иван Петрович поморщился. – Да там черт ногу сломит! Демоны-бомжи, порталы в никуда… Ладно, другого выхода нет. Собираемся. Варя, возьми свой "детектор аномалий". Дениска, не забудь протоколы – придется фиксировать все на лету.

Ветхие Чащи оправдывали своё название. Узкие, полуразрушенные улочки, заросшие колдовской полынью и чертополохом, дома, покосившиеся от времени и магического износа. Из подвалов доносились странные звуки, а в воздухе витал запах чего-то кислого и нездешнего.

Команда двигалась осторожно. Над ними, на низкой высоте, продолжали летать и сталкиваться разные предметы: то метла, груженная мешком картошки, врежется в невидимый барьер, то старый амулет, похожий на будильник, прозвенит и упадет прямо под ноги.

– Мой прибор показывает пик сигнала где-то впереди, – сказала Варя, указывая на здание, больше похожее на развалины старой фабрики. – Похоже на заброшенный магический цех.

– Отлично, – проворчал Иван Петрович, вынимая свой молоток. – Чувствую, кто-то сейчас получит по шапке.

Когда они приблизились, стало ясно: над заброшенным цехом висел самый настоящий хаос. Десятки летающих ковров, метёл, самоваров и даже пара живых, но явно чем-то расстроенных горгулий кружились вокруг одного большого объекта, похожего на старую радиовышку, которую опутывали светящиеся астральные провода. С вышки исходил пульсирующий сигнал, видимый невооруженным глазом.

– Это… это же астральный ретранслятор! – воскликнула Варя. – Очень старый, дореволюционный! Похоже, кто-то его активировал.

Из-за угла послышался приглушенный мат, и на открытое пространство выкатился маленький, пузатый гном, вооруженный гаечным ключом и каким-то странным пультом. На нем был засаленный комбинезон, а на шапке-ушанке болтались две медных антенны.

– А, вот вы где! – заорал гном, размахивая пультом. – А ну, пошли вон! Я тут экспериментальную трансляцию веду! «Свободу летающим! Нет бюрократии!»

– Стоять! – грозно сказал Иван Петрович, выдвигаясь вперед. – ЖЭК № 37, инспектор Иванов! Вы что тут творите? Массовое нарушение воздушного кодекса! Порча городского имущества!

Гном, явно не ожидавший такого напора, отшатнулся. – Да какое нарушение! Я активировал древний призыв! Чтобы все эти покорные летающие штуковины вспомнили о своей свободе! Чтобы не регистрировались, не проходили техосмотры! Да кто видел, чтобы метла проходила техосмотр?! Свобода, говорю!

– Свобода, говорите? – хмыкнул Иван Петрович. – А то, что ваша «свобода» пробила потолок гражданке Сидоровой, вас не волнует? Что вы город в воздушную пробку превратили?

– Это побочные эффекты! – огрызнулся гном. – Великая цель требует жертв!

– Варя, – спокойно сказала Иван Петрович, не отводя взгляда от гнома. – Что с этим ретранслятором можно сделать?

– Его можно заглушить, – ответила Варя, прикидывая. – Или перенастроить частоту. Но для этого нужно подобраться ближе к центральному узлу. Он очень древний, просто так не отключишь. А гном, судя по всему, местный магический хакер. Он его взломал и перенастроил на трансляцию своего «свободного» сигнала.

– А кто этот… кхе-кхе… гражданин? – уточнил Денис, судорожно листая список потенциальных нарушителей.

– Я – Грюндул, потомок древних гномов-инженеров! – гордо заявил гном. – А это мой протест против вашего абсурдного акта!

В это время один из «освобожденных» ковров, потеряв управление, врезался в стену здания, осыпав всех штукатуркой.

– Вот вам и свобода! – буркнул Иван Петрович. – Денис, оформляй! «Несанкционированный массовый митинг летательных аппаратов, организованный гномом Грюндулом, с использованием древнего ретранслятора, повлекший за собой множественные столкновения в воздухе и порчу имущества».

Пока Денис заполнял формы, Варя внимательно изучала ретранслятор. – Поняла! У него есть аварийный клапан для сброса астрального давления. Если его активировать, он временно прекратит передачу сигнала. Но он очень высоко.

– Высоко? – Иван Петрович оглядел обветшавшее здание. – Не проблема. – Он окинул взглядом окружающие летающие объекты. – Гном, а ну-ка, дай свой пульт!

Гном недоверчиво посмотрел на него. – Зачем?

– Мне нужен один из этих ковров. На время. Чтобы забраться.

Грюндул, видимо, испугавшись сурового вида Ивана Петровича, нехотя протянул пульт. Иван Петрович взял его, прищурился, выбирая взглядом наиболее крепкий и наименее потрепанный ковер. Выбор пал на классический персидский ковер, который кружился чуть в стороне.

– Ты! Иди сюда! – приказал Иван Петрович, направив пульт на ковер.

Ковер, казалось, колебался. Он был «свободен» и «независим», но вековой опыт службы и природная робость взяли верх. Он медленно опустился перед Иваном Петровичем.

– Садись, Иван Петрович! – Варя указала на клапан на ретрансляторе. – Он сбоку, выглядит как большая красная кнопка с руной сброса!

Иван Петрович, кряхтя, забрался на ковер. Ковер дрогнул, явно нервничая.

– Денис, Варя, страхуйте! – крикнул Иван Петрович, пытаясь разобраться с пультом.

Ковер, управляемый Иваном Петровичем, неуклюже взлетел, зацепив по пути несколько метёл. Гном Грюндул в ужасе смотрел, как его протестный митинг превращается в аттракцион.

– Денис! Фиксируй! – Варя достала свой прибор и начала что-то сканировать. – Сигнал всё ещё сильный!

Ковер с Иваном Петровичем, скрипя и вибрируя, кое-как долетел до ретранслятора. Иван Петрович, цепляясь за провода, дотянулся до клапана и со всей силы нажал на него.

В этот момент ретранслятор издал утробный гул, и из него вырвался столб зеленоватого дыма. Все летающие объекты в небе над Ветхими Чащами замерли, как по команде, а затем, словно лишившись батареек, начали медленно опускаться на землю. Некоторые плюхнулись прямо на крыши, другие – на узкие улочки. Воздушная пробка исчезла.

Иван Петрович, тяжело дыша, опустился на ковер. – Уф! Ну вот! Отключили ваш «протест»!

Гном Грюндул, осознав, что его «свободолюбивое» движение подавлено, сокрушенно упал на колени.

– Явитесь! – строго произнёс Денис, протягивая гному бланк. – Вот протокол. Заполняйте. Статья такая-то, пункт такой-то…

Варя подошла к ретранслятору, осматривая его. – Ну вот, – сказала она. – Временное решение. Но сам ретранслятор нуждается в капитальном ремонте. Иначе он снова может случайно активироваться.

Иван Петрович спрыгнул с ковра. – Ремонт… – он сплюнул. – Опять писанина! Опять сметы! Гном, а ты чего тут сидишь? Пошли, давай, помогай! Ты это устроил, тебе и разгребать!

Обратно в ЖЭК № 37 они возвращались уже под вечер. Усталые, но с чувством выполненного долга. Гнома Грюндула вел Денис, который попутно объяснял ему его права и обязанности и заставлял заполнять бесконечные бланки.

– Итого, – подвел Денис, когда они оказались в кабинете, – за сегодня: один Самополетный Ковер АСК-7Б скрылся, более тридцати различных летательных аппаратов приземлились в пределах Ветхих Чащ и ожидают эвакуации, гражданка Сидорова требует компенсацию за потолок, гном Грюндул арестован за организацию несанкционированного астрального митинга и порчу городского имущества… и требуется капитальный ремонт древнего астрального ретранслятора.