– Да они ни хрена не знали. И знаешь чё? Мы заранее послали отсюда сигнал, типа вы прилетели. А это уже их добро! Так что жопа вам!

Я скривился, поскольку чувствовал уверенность пирата в собственных словах. Он не блефовал – нас действительно пытались столкнуть с пиратским кланом, который по могуществу превосходит некоторые слабые благородные Дома. А, между прочим, чтобы получить такой статус нужно владеть пригодной для жизни планетой!

Новости неприятные, и теперь понятно, почему они так торопились!

– А кто дал за нас четыре миллиона? Может и это знаешь? Отвечай, сын шакса! Всё равно выбью: и не таких ломал!

Спустя ещё один удар головой о пол и сломанный нос, пират выругался и ответил.

– Да без понятия. Даже Лиам не знал. Как вы, мля, попадали при помехах?

Вот теперь засмеялся я. Пираты недооценили диверсионный фрегат! Хм…

В голове неожиданно возникла странная идея: а что, если изначально кто‑то хотел, чтобы Тихий Оазис убился об меня? Может быть со взаимным уничтожением сторон, когда победитель окажется сильно ослаблен и уязвим. Если пираты – то понеся большой урон и получив раздолбанный фрегат. Если мы – то оставшись, как говорится, «лететь на одном крыле».

– Так полагаю, загадочный клиент и разведданные передал? Потому что похоже они были ложными… ладно, отдыхай, ещё поговорим.

Пират уже только матерился. Потому я ввёл ему транквилизатор, надел шлем и наконец слез. Связь как раз восстановилась.

– Афродита, как дела?

– У нас всё прошло идеально по плану. Однако есть новости, не связанные с операцией.

– Вот так совпадение. У меня тоже есть новости и нам нужно ускоряться, – я выглянул в коридор и осмотрелся. – Ну так что там?

Голос помощницы наполняли вполне естественные эмоции удивления и растерянности.

– Когда подключились к сети, к нам пришло сообщение… Гокта захватили Фистен.

Признаться, если бы новость о захвате Фистена зелёными коротышками мне сообщил кто‑то другой – да хоть Лили, я бы засомневался. Дражайшая сестрица любит подшутить, когда я становлюсь слишком серьёзным. Но вот Афродита никогда не даёт ложных сведений, просто чтобы посмотреть на мою реакцию.

Когда мы приближались к никому не нужной маленькой планетке, отключили гиперсвязь, поскольку её активность в некоторой степени демаскирует. Другие передатчики могли обнаружить возможность прямой связи. И если в густонаселённых регионах на тебя не обратят внимание, то это место было довольно пустынным.

Стало быть, атака на Фистен произошла за последние полтора часа… Конечно, я подозревал, что гокта только начали, и не стоит недооценивать способности одного из кланов великой космической расы. Но чтобы они оправились настолько быстро⁈

– Здорово, ждём очередной войны – всё приграничье всколыхнётся… Так, а вести от Ника есть?

– Нет, связь со станцией пропала.

Просто нет слов! Уж от него я ожидал техничного, красивого бегства от любой катастрофы! Тем более гокта должны были как в прошлый раз отпускать улетающие боевые корабли, чтобы облегчить себе захват станции.

Похоже, мы потеряли неплохой контакт в, скажем так, серой зоне космической жизни. А ещё наверное придётся таскать с собой злополучный ящик.

– Так зачем нам спешить? – напомнила Лили об отданном ранее приказе поторапливаться. – Дюна под контролем! Сейчас выбью из пленных ключи доступа и можно лететь!

Я вздохнул, схватил пленного за руку и поволок его наружу в коридор. Между делом несказанно обрадовал команду вестью, что мы практически угадали причину торопливости пиратов. Конечно, остатки Тихого Оазиса сглупили, сочтя будто мы не достанем данные об их секретной базе. А ждали они на самом деле кого‑то из Штиля, летевшего проверять новое имущество. Пусть не слишком богатое, без дорогих промышленных установок или супер‑продвинутых защитных систем. Тем не менее его стоимость вполне весомая.

– Эм… чего стоит пиратский уговор? – задал вопрос Крис. – Вот не будут выделять денег на награду за вас, и никто ведь не узнает.

– Хорошее замечание, – согласился я, осмотревшись в коридоре. – Знаешь такую шутку: при полном отказе гипердвигателя в скольжении шансы выжить пятьдесят на пятьдесят: ты либо выживешь, либо нет. Про нашу ситуацию можно сказать аналогично: либо они не поверят в банальную попытку подставить случайного пилота и не станут разбираться. Либо на всякий случай решат с нами поговорить, а после нашего выступления на Кармайкле я бы этого не хотел. Так, Афродита, попытайся отключить тревогу.

Во время разговора, я смог включить наруч пленного. Скафандр от дуговой гранаты не пострадал, в отличие от оставшегося в комнате оружия. Я вытянул провод из своего наруча и подсоединился к нему через физический разъём.

– А… если мы просто оставим всё здесь и уйдём? – предложил Крис. – Опять же, перехватчик в сделку явно не входил. Скажем, если мы не заберём имущество пиратов, то у Штиля не будет повода объявлять за нас награду.

– Твои слова имеют смысл, – признал я. – Но во‑первых, аргумент слабоват: это не слишком сильно повлияет на их мнение. Они всегда могут заподозрить, что мы что‑то утащили. Мы же не получим тонну ценных предметов. Я тут одних скафандров и оружия на полмиллиона насчитал. Во‑вторых, как поступить с пленными? Не можем же мы бросить их тут. В общем, я считаю, что если уж начали, то нужно заканчивать.

– Как вы до сих пор живы с такими принципами? – изумился Кристиан. А ведь ещё недавно говорил, что понимает, как мы выжили! Но вообще‑то мы лишь сейчас стали действовать так нагло и рискованно – раньше всегда старались оставаться незаметными и держаться в стороне от всех конфликтов. Но эта стратегия не приведёт нас к сокровищу археев – ставка перевешивала все риски. Заурядные вольные пилоты не смогут возвыситься и вернуть себе статус великого Дома.

– В приграничье ты либо рискуешь, либо постепенно теряешь всё. И вообще, если на пути появилась стена, значит надо пробить её головой, – усмехнулась Лили.

– Вроде это не так работает… ах, я понял, опять псевдо‑философия, – Крис сказал это таким тоном, что я буквально увидел его закатившиеся глаза. Лили тем временем перешла к делу.

– Я тут добралась до отчёта о повреждениях Дюны. Энергосистему ей сожгло сильно. Несколько узлов уже заменили, но часть орудий обесточена. И справа по борту не хватает излучателей щита и сенсоров. В принципе, лететь может! И, главное, трюм забили всякими ценностями. Я при первой возможности переставлю это ядерное ведро в другое место – освобожу место для Меркурия, чтобы обчистить базу.

Вот и славно, значит мы можем забрать главный трофей. Просто нужно действовать быстро. Афродита без труда справилась с примитивной системой безопасности и выключила всё, что ещё могло стрелять в меня. Крис получил задание перенести пленного к прихожей и потом вернуться ко мне.

Я пробежался в дальний конец жилого модуля и открыл дверь, за которой ощущал группу живых существ. В пустоте абсолютно мёртвой планеты они походили на яркий огонёк ментального поля, пропитанного тёмным страхом.

За дверью оказалось стандартное жилое помещение для младшего рабочего состава – то есть в нём находились ряды двухъярусных кроватей. Только отсюда убрали тумбы и розетки, и помещение было откровенно грязным. На полу я заметил застарелые следы крови.

Меня встретила довольно пёстрая команда: впереди стоял крупный для своего народа, широкоплечий миринид рыжей масти, одетый в подранный комбинезон. Рядом с ним четыре вераксианца в одних штанах. На чешуйчатых шкурах некоторых виднелись довольно свежие рубцы. Наконец, позади всех два человека: худощавый мужчина с сединой и синяком под глазом, и атлетично сложенный лет тридцати. Оба в грязных мешковатых комбинезонах, явно выданных им взамен собственных.

– Все пираты мертвы. Мы доставим вас на безопасную станцию.

Кошак опустил плечи, расслабившись. Один из ящеров заговорил на своём шипящем диалекте собратьям, повторяя мои слова. Видать, они не имели нейроимплантов с переводчиком.