Император кивнул, подтверждая слова безопасника.

— Думаю, самое время начать создавать видимость подготовки выезда с выкупом, чтобы эльфы начали суетиться и поняли, что их требования услышаны, — сказал Федор II.

— Я это понимаю, Ваше Величество, — согласился я. — Начну собирать вещи. Завтра показательно съезжу в центральное отделение банка, пробуду там пару часов, сымитирую заказ крупной суммы наличными. Пусть отец вызовет начальника службы безопасности особняка и проведет с ним активные консультации во дворе. Это должно их убедить.

— И вы поедете один, — жестко встрял Белозеров, глядя мне в глаза. — Физически один. Вы же понимаете, что если вас увидят выходящим из дома или садящимся в поезд с толпой солдат, то это сразу вызовет настороженность. Вся операция будет сорвана еще до того, как вы доберетесь до границы.

— Безусловно, — ответил я спокойно, потому что прекрасно это понимал. Мы отрабатывали это на полигоне. Маскировка душ — это для леса. А до леса еще нужно доехать. — Группа прикрытия отправится своими маршрутами и будет ждать меня уже на финальной точке, перед входом в зеленку.

— Именно так, — подтвердил глава СБРИ.

Я посмотрел на Императора.

— Могу идти?

— Да, Виктор, — сказал Федор II. — Отдыхай и набирайся сил. В ближайшие сорок восемь часов мы вышлем по закрытому каналу подробную информацию: куда тебе ехать, каким маршрутом двигаться и где точка встречи с отрядом. За билеты не переживай, равно как и за снабжение. Все обеспечим. Оружие, связь и деньги — все будет ждать тебя на месте.

Я коротко кивнул, принимая инструктаж.

— Понял. Спасибо.

Я уже развернулся к выходу, когда Император снова подал голос.

— К слову…

— Да? — я остановился и поднял брови, оборачиваясь.

Федор II слегка прищурился. Он поводил указательным пальцем от закрытого шлюза, за которым скрылась Шая, ко мне.

— Вы знакомы?

Вопрос прозвучал непринужденно, но под взглядами Белозерова и Шувалова я понимал, что в таких кабинетах случайных вопросов не бывает. Скрывать этот факт не было никакого смысла, тем более что наши совместные действия фиксировались в отчетах.

— Да, Ваше Величество, — ответил я без заминки. — Работали вместе в Феодосии над поимкой доппельгангера и устранением культа. Она проявила себя как отличный специалист.

Император пару секунд смотрел на меня, затем его лицо разгладилось.

— Точно, — он щелкнул пальцами, словно не мог вспомнить, где конкретно видел знакомое лицо. — Тогда, прошу всех разойтись по своим делам.

Всю прошедшую неделю Аркаил не мог отделаться от навязчивой мысли, что мироздание решило сыграть с ним злую шутку.

Каждый день он приезжал на закрытый правительственный полигон. Каждый день он надевал тактическую экипировку, брал в руки тренировочное оружие и шаг за шагом прогонял отряд спецназа СБРИ через имитации засад. Он учил Виктора Громова выживать в лесу.

Бывший эльфийский радикал тренировал имперского аристократа для того, чтобы тот пошел в леса и вытащил своего брата из плена, в котором Дмитрия Громова держали сородичи, бывшие братья по оружию и друзья самого Аркаила. Ирония хлестала через край.

В тот вечер в баре, когда Оринор назвал фамилию похищенного человека, Аркаил едва не выдал себя. Он поперхнулся скотчем, закашлялся, но многолетняя выучка и опыт жизни взяли верх.

Аркаилу удалось убедительно соврать. Перед тем как начать работать, Аркаил внимательно изучил досье, и знал, что Андрей Иванович Громов — столичный богатей и владелец одной из крупнейших в Империи фабрик по производству ПВХ-окон.

Он выдал эту информацию Оринору ровным тоном, добавив пару пренебрежительных фраз об имперских олигархах. Ювелир ничего не заподозрил, списав реакцию приятеля на случайно попавший не в то горло алкоголь.

Но с того самого момента, как они расстались у бара, Аркаила начали терзать муки совести.

Вернувшись домой после очередной изматывающей тренировки, он провернул ключ в замке. В прихожей пахло жареным мясом и чесноком. В квартире было тепло и уютно.

Он разулся, прошел на кухню. Жена стояла у плиты, помешивая ужин. Аркаил молча подошел сзади, мягко приобнял ее за талию и поцеловал в щеку. Она улыбнулась, не отрываясь от готовки. Затем он заглянул в комнату дочери — девочка сидела за столом, склонившись над учебниками. Он провел рукой по ее волосам, поцеловал в макушку и вышел, плотно прикрыв дверь, чтобы не мешать.

После ужина, сославшись на усталость, Аркаил взял из холодильника банку пива и прошел в гостиную. Он опустился на мягкий диван, включил телевизор, убавив звук почти до минимума. На экране мелькали какие-то бессмысленные кадры вечернего шоу, но Аркаил смотрел сквозь них.

Он сделал глоток и закрыл глаза.

Мысли снова вернулись к разговору с Оринором. Аркаил понимал, что мог бы поступить иначе. Он мог аккуратно вытянуть из ювелира подробности. Мог узнать, какая именно ячейка удерживает Дмитрия Громова, через какие кордоны они связываются с Москвой, кто передает сообщения. Если бы он проявил чуть больше настойчивости, он мог бы узнать точные координаты лагеря.

А дальше?

Дальше он мог бы передать эту информацию Белозерову. СБРИ или армейский спецназ нанесли бы точечный удар. Возможно, это предотвратило бы большое кровопролитие, к которому сейчас готовился Виктор Громов со своим отрядом. Или, наоборот, он мог бы попытаться выйти на своих бывших сородичей напрямую, предупредить их о надвигающейся буре, заставить отпустить пленника и уйти в глубь лесов, пока Империя не стерла их в порошок.

Он мог сделать хоть что-то.

Но он промолчал.

Аркаил сделал еще один глоток.

С другой стороны… Если отбросить сантименты и посмотреть на ситуацию прагматично. Если Империя, руками Громова и бойцов, вскроет эту опухоль… может быть, тогда бессмысленное кровопролитие на западных границах наконец-то закончится?

Аркаил слишком хорошо знал психологию своих сородичей. «Лесные братья» были символом, который внушал остальным разрозненным группам эльфов, оставшимся в лесах, иллюзорную веру в то, что они могут выстоять.

Глупцы. Упрямые, слепые глупцы.

Раздался резкий металлический хруст.

Аркаил вздрогнул и опустил взгляд на правую руку. Он сам не заметил, как с силой сжал пустую банку, смяв ее посередине так, что металл жалобно лопнул по шву.

Он медленно разжал пальцы, поставил искореженную банку на журнальный столик и тяжело выдохнул. Металл кое-где порезал руку, алая кровь потекла по коже.

Нет. Он не будет лезть в это дело.

Его взгляд скользнул по комнате и остановился на небольшой рамке, стоящей на тумбе под телевизором. С фотографии на него смотрели жена с дочуркой. Они улыбались, стоя на фоне какого-то столичного парка в яркий солнечный день.

Прошлое не имеет значения. Важно то, что есть сейчас, потому что только оно дает ориентир на завтрашний день.

Аркаил и так сделал для своих бывших сородичей слишком много. Он отдал им годы своей жизни, пролил за них свою кровь, закрыл своим телом Оринора, позволив тому сбежать. Его долг перед лесом давно и сполна оплачен.

Поэтому дальше пусть разбираются сами. Он выполнил приказ Империи — натренировал группу Громова до максимально возможного уровня. Он подготовил их к лесу так хорошо, как только мог. И если во время реальной операции все пройдет точно так же, как на отработанных симуляциях в белом зале, то обойдется без лишней стрельбы и убитых не будет. Группа просто заберет заложника, скрутит радикалов и уйдет.

А что будет дальше с ячейкой, с Оринором и с остальными «Братьями»… его, в общем-то, совершенно не волновало.

Аркаил откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, слушая тихий шум телевизора и доносящийся из кухни плеск воды.

Нет, он не предатель. Просто эльф, который выбрал свою семью.

По крайней мере, он очень старался себя в этом убедить.

Как мы и договаривались с Императором, я начал усердно создавать видимость суеты. Причем делать это нужно было максимально естественно.