Все кровожадные мысли моментом выметаются из головы, стоит мне только встретиться с воспаленными краснючими глазами Инны. Она передергивает плечами, кутается в кофту. Без вопросов впускает меня в квартиру. Хватает одного взгляда, чтобы понять, дома она одна. В ее комнате обнаруживаю пачку таблеток от жара, от кашля, пшикалку от горла. Весь простудный набор.

— Я немного проспала, - сипит Иванова, плетясь к шкафу. – Пять минут, и буду готова, - роется в поисках одежды. Я понимаю, что в таком состоянии она мне в офисе ни к чему. Только пугать будет посетителей да инфекцию разносить.

— Врача вызывала?

— Перебьюсь. Не умираю.

— И все же… - беру с тумбочки коробку от лекарств.

Ни черта не понимаю полезное это или нет, лабуду Инна вряд ли будет пить. Только что-то ей эти лекарства не особо помогают. Смотрю на Иванову, эта дурында стягивает с себя кофту и футболку. Стоит ко мне голой спиной. Сглатываю, а в области ширинки обнаруживается жизнь.

— Куда ты намылилась? – строго спрашиваю, украдкой поглядываю на девушку, пересчитывая ее позвонки.

— На работу, - оглядывается через плечо. Я как зачарованный идиот, зависаю над ее профилем. Жизнь ниже пояса вовсю шевелится.

— Хрен с этой работой. Тебе отлежаться надо. Тем более, зачем ты мне в офисе больная, - бурчу как старый дед, отворачиваясь от Ивановой. Не ровен час, опрокину ее и по фигу, что простуженная.

— Что у тебя? – спрашиваю, параллельно ища контакты докторишки, который иногда лечит меня.

Инна перечисляет свои симптомы. Я их пишу доку. Через минуту мне приходят рекомендации. Сверив их с имеющими лекарствами, без слов выметаюсь из квартиры до ближайшей аптеки. Скупаю все по списку. В том числе и шприцы. Буду колоть упругую попку своей секретарши.

— Что это? – сипит удивленно Инна, заглядывая в пакет. – Не стоило.

— Тебя не спрашивали. Ложись в кровать, - скидываю пиджак на кресло, ухожу в ванную, где мою руки. Разглядываю баночки, скляночки. Типичная женская обстановка. Нет и намека на мужской дух. Это радует.

Возвращаюсь в комнату, Иванова послушно лежит в кровати. Правда, не со спущенными штанами, как я себе воображал. Раскладываю все таблетки, беру блокнот, расписываюсь схему приема.

— Док посоветовал сделать укол, так как высокая температура, - смотрю на Инну. Она хоть и выглядит больной, но и в таком состоянии заставляет меня испытывать к ней нешуточное влечение.

— Таблетками можно ограничиться.

— Оголяй свой зад, - разрываю упаковку, достаю шприц и умело, словно в прошлой жизни был врачом, набираю лекарство. Откуда опыт? При возможности сам себе колю, если там болею или еще чего.

— Марат Тахирооович…

Стоит нашим взглядам пересечься, Иванова понимает, что спорить бесполезно. Как человек, приговоренный к смертной казни, припускает резинку штанов и переворачивается на живот. Манипуляций на несколько секунд, а возни на полчаса.

— Спасибо, - внезапно меня благодарят.

Я киваю, все что нужно на утилизацию собираю и отношу на кухню к мусорному ведру. Включаю чайник, рыскаю по шкафам. Нахожу обычный чай и ромашку. Заливаю их кипятком. Приношу в комнату чашки.

— Да я бы сама могла… - Инна изумленно на меня смотрит, пытается сесть на подушках. Выглядит она не очень. Рука так и тянется к ее лбу. Горячий. Укол еще не подействовал.

— Твоя соседка где?

— В командировке.

— Ясно. Оставайся дома, отлеживайся. Если будет плохо, звони мне, я вызову своего врача к тебе.

— Не нужно. Я буду тихонько лежать, попивать чай. Вы же дали команду, - гримасничает, ерничает. Я устало вздыхаю. Вот упрямая девчонка!

— Инна, прекращай! – рыкаю, взбесившись от ее поведения. – Просто послушайся меня без вот этого зубоскальства!

— Ладно, прекращаю, - примирительно выставляет ладони перед собой.

— Я вечером приду, покормлю тебя.

— О-о-о! Крутец!

— Включи телефон на звук.

— Угу, - кивает.

Я не дожидаюсь, когда она возьмет мобильный в руки. Сам включаю звуковой режим, кладу трубку на тумбочку. Инна сползает на подушки, натягивает на себя одеяло. Ей не стоило этого делать, но похоже ее знобит, отчего и кутается. Подхожу к кровати, нагибаюсь и целую в разгоряченный лоб. Сладкая до невозможности. И даже в таком растрепанном состоянии она для меня очаровательна.

— Я вечером приду.

— Угу.

(Инна)

Оказывается, чтобы попасть при жизни в рай, нужно банально заболеть. Грозный босс по щелчку превращается в очаровательную милашку, заботливую наседку.

Укол, сделанный Тахировичем, действует. Не чувствую себя взмокшей мышью, а ртутный градусник показывает, что помирать мне еще рано. Я по расписанной схеме от Марата принимаю привезенные им лекарства. Фармацевты обогатились. Многое лично не стала бы брать, но раз больничный банкет за чужой счет, так уж и быть, полечусь.

Сплю в свое удовольствие. Просыпаясь, пью ромашку и чай. Остывшие. Есть совсем не хочется, оно и хорошо, похудею. Почувствовав себя лучше, залезаю на просторы интернета. Спрашиваю всезнающего гугла, кто такой Шароев. Раньше совсем не было любопытно, а тут внезапно стала интересна родословная моего мучителя. Ничего необычного не узнаю. Шароев вырос в состоятельной семье, где деньги куры не клюют. С детства товарищ не знал отказа ни в чем, поэтому у того нет понимания личных границ у других людей.

Потом меня заносит на порно сайты. Скачу по разным темам. Начиная от петтинга, заканчивая групповушкой. После всех просмотренных роликов я понимаю, насколько наивна и чиста. Почитав комментарии, осознала, насколько мужики зациклены на сексе. Маратик точно из отряда тех, кто живет инстинктами ниже пояса. Размышляя на фоне сладких стонов какой-то грудастой блондинки, я постепенно засыпаю.

Чувствую, кто-то ласково гладит костяшками по щеке. Морщусь. Щекотно. По мне будто бабочка ползает с раскрытыми крыльями. А еще вкусно пахнет. Настолько вкусно, что желудок громко начинает урчать. Есть хочу. Открываю глаза, сонно жмурюсь.

Рядом Марат. Сидит в одной рубашке с закатанными рукавами. Именно он гладил меня по щеке костяшками. Бабочка с крылышками, блин…

— Обучалась? – кивает в сторону светящегося монитора ноутбука.

Щурюсь, смотрю на экран. Там, какая-та девица, смачно причмокивая, кому-то отсасывала. Боже! Маратик, наверное, подумал, что я тут онлайн обучалась горловому минету. Я гордо задираю подбородок, поджимая губки. Знание - свет.

Шароев хмыкает, не настаивает на продолжение беседы. Поднимает с пола поднос и ставит на кровать. Я принюхиваюсь. Рот наполняется слюнями. Меня кормят с ложечки как тяжелобольную. Не протестую, знаю, что бесполезно. Нет-нет да встречаемся глазами. Мурашки по всему телу от его глубокого таинственного взгляда. То и дело ненароком натыкаюсь на его губы. Сразу вспоминанию жадные поцелуи. Сглатываю. Ложка в его руке вздрагивает. Вскидываю взгляд на Тахировича. Он наоборот опускает свои бесстыдные глаза.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально.

— Завтра сможешь выйти на работу?

— Смотря, что я буду делать на работе…

— Свои прямые обязанности. Я не трону тебя.

— Чей-то? – усмехаюсь. Если иронизирую, значит, не сдохла. – Порвешь меня вновь на британский флаг?

Марат складывает посуду на подносе, поднос опускает на пол. По нему не скажешь, что мое ехидство доходит до адресата. Сидит ко мне вполоборота. Нога на ноге. Весь на стиле. Элегантный до мозга костей. Его можно смело приглашать на рекламу для глянцевых журналов или для роликов в социальных ролях. Молчаливый красавец. Правда, молчание хранит недолго. Но лучше бы рот не открывал.

— Я тут подумал.… У меня к тебе одно предложение: переезжай ко мне.

Давлю смех. Хохотать в голос перед Маратовичем не положено. Прибьет. Не поймет приступ моего веселья. Он в своем уме? Что за у него такие экзотические тараканы в голове? Он вообще представляет, как я себя чувствую рядом с ним? Да, я его боюсь до дрожи. Он режет меня без ножа. Вот кто умеет виртуозно причинять боль, не подозревая об этом.