— За работу, обормоты! — крякнул Орен, сразу же направившись к орудию.

Дед начал возиться с рычагами и вентилями на казённой части, проверяя системы перед удалённым запуском, Лони и подмастерья бросились к складу на малой площадке, а почётные гости начали делать то, что положено почётным гостям. Ходить вокруг огромного рейлгана и восхищаться.

Немного повернув каменную платформу, корректируя направление орудия по методу «примерно вот туда» за неимением более продвинутых систем наведения, я перешёл к другой задаче и, пока у пушки вовсю кипела подготовка, взял на себя роль кинооператора.

На время испытаний я решил поставить вокруг полигона несколько кристаллов, способных записывать изображение. И дело было не в желании увековечить исторические кадры в кинохронике, хотя без этого, конечно, тоже не обошлось. В первую очередь, записи могли понадобиться в том случае, если что-то пойдёт не так. Я верил в Орена и Лони, но если пушка вдруг решит таки развалиться на запчасти, записи помогут понять, какой узел дал слабину первым и какова вообще была хронология катастрофы.

Всего, через Вриду и Глухура мне удалось достать шесть видеокристаллов. Четыре из них я решил установить с каждой стороны от пушки. Пятый воткнуть за наблюдательным куполом, на зрительской, так сказать, трибуне. А шестой оставил у себя, чтобы записывать итоги детонации снарядов. Ибо я здесь был единственным, кто мог в разумные сроки смотаться до воронки и обратно.

Кристаллы по сторонам я смонтировал на каменных стойках, которые тоже защитил каменными клиновидными экранами впереди. Обзор кристаллам перекрывать было нельзя, но если защита сможет хотя бы частично отклонить в сторону взрывную волну, то с ними всё должно быть в порядке. Расстояние до испытательной площадки у них было приличное. Пятый же я поставил возле стенки склада, подобрав высоту так, чтобы было хорошо видно происходящее в смотровой щели. Щель, правда, будет основательно перекрыта нашими спинами, но это была часть задумки.

— Ты вовремя, зятёк, — подозвал меня Орен, когда я закончил. — Куда будем делать наводку?

— Так-с, — я достал из кармана заранее заготовленную бумажную карту и ткнул пальцем в отметку. — Вот здесь я нашёл фиарнийскую нычку. Скорее всего, схрон разведчиков. Мы сейчас… — я быстро мазанул пальцем по браслету, открывая его карту и сверяясь с местоположением. — Вот здесь. До того схрона километров сто двадцать-сто пятьдесят. Шансов засандалить туда без пристрелок и артиллерийской таблицы нет, но мы попробуем. Начать предлагаю… С угла где-то в десять градусов.

— Десять? — Орен задумчиво почесал бороду. — А не маловато? До тудова пешим ходом же дня четыре, а то и пять. Разве не нужна кривая побольше? Как эта, ты её называл… эээ… паравобла?

— Парабола, — машинально поправил я гнома, попутно заметив, что все столпились вокруг нас и внимательно слушают обсуждение. — Я, старче, пока не знаю, мало это или нет, потому что не знаю, насколько мощным вышло твоё творение. Но если прикинуть очень грубо и крайне пессимистично… — я с огромным скрипом попытался высчитать итог. — Жахнет где-то вот здесь.

Я пытался выглядеть уверенно, но на самом деле ткнул пальцем практически наобум. Но кто запретит мне сказать, что пушка Орена вышла мощнее или слабее «расчётной» в случае любых расхождений?

— Да ладно, — крякнул гном. — Половина расстояния? Просто приподняв ствол на такую пипку?

— Мастер Орен, неужели вы сомневаетесь в словах Владыки? — Горт одарил старого инженера осуждающим взглядом.

— Я не сомневаюсь, я удивляюсь, — тряхнул тот рыжей бородой и расправил её пятернёй. — Видимо, дело в огромной скорости. Ну, ладно, десять так десять.

Орен вернулся к настройке рейлгана, Лони начала проверять контур охлаждения, а подмастерья, тем временем, потащили от орудия к малой площадке длинную бухту управляющего кабеля с пультом активации. Глядя на то, как другие зрители вновь разбредаются кто куда, я увидел, что Лион замерла немного в стороне и смотрит на железную громаду с едва заметной грустью.

— Что-то не так? — я подошёл к ней.

— Ах, мой Владыка, — улыбнулась она. — Просто в очередной раз задумалась о том, насколько безграничны твои знания и насколько скудное наше понимания мира.

— О, это временное явление, — усмехнулся я. — Пытливый, жаждущий новых знаний ум всегда будет искать что-то новое и проверять на прочность старое. Я лишь даю вам толчок, показывая, что магия является лишь незначительной частью фундамента нашего мира. Уверен, лет через десять тот кусочек знаний, что я вам передал, исчезнет в пучинах новых открытий и невероятных изобретений, сделанных без моего участия.

— Мой Владыка, как всегда, сама скромность, — лукаво прищурилась тёмная эльфийка. — Можешь говорить что угодно, но я-то знаю, что в случае нужды ты опять вытащишь из рукава какое-то умопомрачительное знание или устройство, которое себе никто даже вообразить не мог.

— Э… Ну… — замялся я, думая как опровергнуть это смелое заявление, и тут я зацепился взглядом за гномов Орена, которые шагали обратно к пушке с новым грузом в руках. — О, снаряд несут.

Дабы не случилось случайной преждевременной детонации, альд-сердечник был съёмным и вкручивался в зачарованную оболочку лишь перед самым выстрелом, активируя магические конструкты на внешней и внутренней поверхностях.

Если конструкт защиты от жара справится со своей задачей, то снаряд останется целым до самого конца и, при деформации от попадания, высвободит звуковую волну. С учётом того, что летящий снаряд рельсотрона превращает воздух вокруг себя в раскалённую плазму, в момент взрыва её должно будет отбросить в стороны от эпицентра, ещё больше усиливая поражающую способность. И это не считая кинетической энергии от самого снаряда.

Последствия от попадания должны быть устрашающими. Но это лишь в том случае, если всё сработает как надо. Если снаряд таки расплавит… Ну, даже в таком случае людам не поздоровится. Но результат будет уже не настолько впечатляющим.

Орен, крутанув задвижку, открыл казённик и подмастерья сначала задвинули туда оболочку, а после завинтили в неё крепление магического кристалла. Перепроверив, что всё было сделано верно, старый инженер аккуратно закрыл подающее устройство и заблокировал его на замок.

— Мы готовы, — кивнул он мне и уверенно показал большой палец.

— Не смею больше отвлекать моего Владыку, — хихикнула чародейка и отошла в сторону.

Покачав головой, я повернулся к гному и кивнул:

— Отлично! Тогда сейчас начнём. Только один момент, — мне показалось, что сейчас наиболее подходящий случай, чтобы уладить заждавшееся дело, и обратился к Глухуру. — Ваше Величество, если не затруднит, уделите мне одну минуту.

На секунду мне показалось, что король занервничал, но когда он оставил компанию графа и подошёл ко мне, его голос звучал вполне уверенно:

— Я вас слушаю, Владыка Нотан.

— Честно говоря, это нужно было сделать давным-давно, но из-за всех этих дел я либо забывал, либо момент оказывался неподходящим. Однако у меня для вас есть подарок!

— Подарок? — удивился Глухур.

— Самый настоящий, — подтвердил я. — Не уверен, будет ли он вам полезен, но не мог не воспользоваться случаем, когда он подвернулся мне под руку. Прошу не любить и не жаловать, полковник Фиарнийской империи!

В очередной раз открыв интерфейс Хранилища, я взмахнул рукой и на твёрдый камень с грохотом рухнул пленённый толстяк, завалившись на бок под весом сковывающего его каменного панциря.

— Имперский полковник⁈ — Камонбэйби Семнадцатый удивился ещё сильнее. — Откуда он у вас⁈.. Впрочем, глупый вопрос, — взял себя в руки король. — Но вы уверены, что хотите передать его мне?

— Абсолютно. Мне он ни к чему, а вы сможете выбить из него массу полезной информации, — я активировал магию и оковы на полковнике развалились на куски, оставив лишь кляп. — И я думаю, наш новый друг будет намного сговорчивей, если собственными глазами увидит залп из рейлгана.