Я пытался возразить. Воззвать к благоразумию и заботе о собственном, уже немолодом здоровье. Намекнуть о вреде столь отчаянных переработок и нерегулярном питании. Но в итоге обнаружил себя стоящим перед захлопнутой дверью, будучи выставленным за порог. В буквальном смысле.

Даже не пытаясь как-то возражать на мои доводы, вредный дед просто откатил в сторону дверь к общим мастерским, переставил меня на ту сторону, в цех подмастерьев, повторил тоже самое с хохочущей Лони, после чего решительно захлопнул створку и щёлкнул замком.

— И чтоб я вас пару дней тут не видел! — раздался напоследок приглушённый толстой дверью крик.

Отсмеявшись, Лони легонько толкнула меня плечом:

— Ну что, пойдём? — подмигнула она.

— Пойдём, — улыбнулся я и легонько смахнул с её носа хлопья сажи. — Ох и достанется же тебе сейчас от служанок.

— Мой Владыка, позволь представить, — улыбнулась Лион. — Алтан, почётный эксперт Башни по древним текстам и шифрам.

— Приятно познакомиться, мастер Алтан, — добродушно кивнул я, разглядывая нервничающего голубоволосого эльфа, замершего возле кресла. — Магистр Лионеллиан отзывалась о вас как о весьма перспективном специалисте. Весьма рад, что вы приняли наше приглашение.

Парень был одет в простую серую мантию без изысков, кои в Башне обычно носили подмастерья и, как я успел узнать от Лион перед нашим знакомством, эльф именно подмастерьем и был. И, к сожалению, это оказался предел его магического таланта. Алтан был весьма слабым ветровиком. Однако парень смог раскрыть себя в изучении других языков и магических шифров, что позволило ему неплохо устроиться при Университарии и заработать определённый авторитет.

— Что вы, мастер Владыка, я бы проклинал себя всю жизнь, если бы упустил шанс распутать такую интересную загадку, — эльф пытался говорить ровно и спокойно, но в его голосе всё равно проскальзывали нотки неуверенности. — Кроме того… Кхм… Мне было очень любопытно самому взглянуть на все те невероятные вещи, которые вы создаёте.

— Надеюсь, слухи не приукрасили всё слишком сильно, — я усмехнулся и сел в кресло, взмахом руки приглашая последовать моему примеру. — Насколько я понимаю, вы в Лаграше уже несколько дней?

— Всё верно, мастер Владыка, — кивнул эльф, неловко присаживаясь. — Впрочем, город я пока видел лишь мельком, из окна экипажа. Как только прибыл, сразу окунулся с головой в расшифровку вашей книги.

— И первые результаты лишь добавили загадок, — хмыкнула Лион, убирая с лица сбившуюся прядь белоснежных волос. — О которых мы бы даже не узнали, не будь под рукой Хэйфэн.

— Ну-ка, ну-ка, отсюда поподробнее, — сразу насторожился я.

Алтан поправил воротник мантии и откашлялся:

— Кхм… Во-первых, со слов госпожи Хэйфэн нам известно, что оригинальный трактат был написан на чистом староарахнийском. Впрочем она всё ещё отказывается продемонстрировать оригинал, так это это заявление остаётся просто принять за правду, не имея надёжного подтверждения. Кхем… Тем не менее, из этого можно сделать однозначный вывод, что найденная вами книга имеет более позднее происхождение, так как расшифрованный текст написан на той версии общетельварского, что была в ходу примерно тысячу-полторы лет назад.

— При том, что свой трактат Хэйфэн написала ещё при расцвете асани, около двух тысячелетий назад или больше, — задумчиво пробормотал я, рассеянно барабаня пальцами по подлокотнику. — Получается, это не просто копия, но копия, сделанная больше пятисот лет спустя. Зачем и каким образом, если душа Хэйфэн не позволяет кому-либо видеть текст её вместилища?

Алтан растерянно почесал щёку.

— Тут вот какое дело, мастер Владыка… — неуверенно продолжил он. — Это не копия.

— Эм… Что? — чуть растерялся я.

— Опять же, мы не можем подтвердить это прямым сравнением текстов, но… Хэйфэн утверждает, что текст другой, — пояснил языковед. — Он несёт ту же суть и знания, что и её трактат, по крайней мере, первые главы, зачитанные ей, но записан другими словами. Это не столько копия, сколько точный пересказ.

— О как… — я слегка нахмурился, ещё раз прокручивая услышанное в голове. — Я бы допустил, что после расщепления души старая чернильница сделала для себя копию записей, о которых наша часть Хэйфэн была не в курсе, но…

— Но, судя по временному периоду, она уже должна была сидеть в пространственной тюрьме, — кивнула Лион.

— Кто-то из ближайших учеников? — предположил я. — Подглядывал в записи, а потом переписал?

— Пока что мне кажется, что это единственный вариант, — согласилась Лион, облокотившись на кресло и бесцельно теребя локон. — Хотя наша книжка отрицает вероятность того, что кто-то мог забраться в её личные записи, лично я считаю, что не нужно недооценивать пытливость и неудержимое любопытство подмастерьев.

— Кстати, а где она сама? — поинтересовался я.

Лионеллиан фыркнула и закатила глаза, кивнув головой в сторону своей башни:

— Лежит у меня на подоконнике, принимает солнечные ванны и любуется пейзажами. Эта бумажная ханжа просто невыносима, — неожиданно пожаловалась она. — Мне приходится носить закрытый халат при беседах с ней, иначе она вообще отказывается разговаривать! — в голосе Лион звенело концентрированное страдание. — Мой Владыка, если вдруг снова встретишь её вторую половину, тащи сюда за шкирку и пусть объединяются обратно. Её дистиллированная моралистика — чистейшей воды преступление перед всем миром, тёмными эльфами и мной в частности!

Она в сердцах всплеснула руками и её внушительная грудь, всколыхнувшись, едва не покинула рамки дозволенного. Алтан при виде подобного зрелища тут же смущённо отвернулся.

Хоть я и надеялся, что Лион сможет найти общий язык с Хэйфэн, дело шло туго. Настолько туго, что чародейка, после долгих сомнений, решила познакомить Алтана с книгой, делегировав на него всю «дипломатическую» работу, ибо к молодому скромному эльфу у книжки-пуританки было намного меньше претензий.

Сие решение я счёл разумным, тем более, что пока что речь не шла о каких-то страшных тайнах, а даже если и пойдёт, языковед теперь находился под нашим присмотром.

— Ну, если что, я постараюсь что-нибудь придумать, — пообещал я Лион, но без особой уверенности. Желания пересекаться с тёмной Хэйфэн ещё раз у меня не было.

— Спасибо, мой Владыка, — вздохнула эльфийка.

Откинувшись на спинку кресла и побуравив взглядом ковёр между креслами, я раздражённо крякнул и вновь глянул на моих остроухих собеседников:

— Ладно, пока что забудем про происхождение книги, какой-то туман туманный. Из самого текста удалось извлечь что-то полезное?

— Алтан ещё продолжает расшифровку и перевод на современный тельварский, но трактат описывает интересные и нестандартные концепции по работе с магией жизни, — кивнула Лионеллиан, заметно повеселев после смены темы. — Проблема в том, что это больше полевой дневник, чем лабораторный журнал, и многие вещи поданы разрозненно, иногда вообще упоминаются лишь вскользь. Информацию приходится собирать воедино и упорядочивать. А ещё её нужно будет перепроверять, — чуть посерьёзнела чародейка. — Так как это не оригинальный трактат, в тексте могут быть ошибки или искажения, случайные или умышленные.

— В общем, работы ещё много, — понимающе кивнул я и глянул на языковеда. — Мастер Алтан, может, у вас есть какие-то пожелания по улучшению рабочих условий? Бумага, пергаменты, письменные принадлежности? Дополнительный свет, размеры кабинета?

— Нет-нет-нет, что вы! — эльф так усердно замотал головой, что казалось, она сейчас просто отвалится. — Магистр Лион обеспечила меня всем необходимым. И ваша Цитадель… места комфортнее, признаться, я ещё не встречал. В Университарии тоже тепло зимой, но я никак не могу привыкнуть, что горячую воду можно получить в любой момент и без помощи других магов.

— То ли ещё будет, уважаемый, то ли ещё будет, — усмехнулся я. — Может быть, это пока ещё слишком амбициозная задумка, но я бы хотел начать распространять данное благо на весь Лаграш. Лишь бы хватило времени и ресурсов. Быть может, к следующей зиме, если получится.