Дальше пошёл уже по следам.

Спешить не стал. Срочность миссии не отменяла простого факта: пять охотников Ядра не были слабаками. Если они исчезли, значит угроза могла быть опасной и для меня. Псионика давала преимущество, но не делала бессмертным или всесильным.

Следы вели почти прямой линией. Иногда отряд обходил скопление камней или неудобную местность. Пару раз кто-то смещался в сторону, возможно проверяя фланг, но потом снова возвращался к группе. По рисунку движений выходило, что они шли спокойно до самой опушки.

Я несколько раз останавливался и проверял всё вокруг пси-полем. Ничего. Равнина оставалась спокойной. Трава, мелкие камни, насекомые, птица вдалеке. Один мелкий зверёк, похожий на мышь, метнулся под корень сухого кустарника и замер, пока я проходил мимо. Жизнь здесь была, но довольно редкая.

Однако всё изменилось, когда я дотянулся полем до леса.

Граница оказалась слишком резкой. Не физически, нет. Равнина переходила под кроны довольно плавно. Тут дело было в другом.

Чем ближе подходил, тем более странным всё выглядело. Сначала пропали птицы. Потом в траве перестали попадаться ящерицы. А за последние сто метров пси-поле не поймало ни одного крупного насекомого.

Я остановился в нескольких шагах от первых деревьев.

Следы охотников уходили дальше. Всё так же ровно, без рывков, без следов боя и паники. Мягкая земля под опавшими листьями сохраняла отпечатки хуже, но направление читалось уверенно. Пятеро вошли внутрь спокойно.

Я поднял взгляд на деревья.

Лес был слишком тихим.

Не просто спокойным. Пустым. Не было ни шорохов, ни звуков птиц или других зверей, которые, казалось бы, должны в обилии жить под защитой деревьев. Стволы стояли плотно, между ними тянулись тёмные полосы кустарника, а выше кроны перекрывали небо неровной зелёной крышей.

Нормальный лес так не выглядит. Даже если он очень опасный, то не должен быть полностью пустым. Если здесь нет мелкой живности, значит её либо съели, либо выгнали, либо она научилась обходить это место стороной.

Ещё раз посмотрел на отпечатки, исчезающие под первыми деревьями. Потом медленно выдохнул и положил руку на рукоять меча.

Выбора всё равно не было. Если отряд ещё жив, время работает против него. Если уже нет, нужно хотя бы понять, что здесь произошло.

Я проверил работает ли маскировка и сколько осталось энергии в броне. Затем достал из-за спины меч, развернул щит и после этого сделал первый шаг в лес.

Визор отобразил изменение температуры. Воздух под деревьями был прохладнее чем на равнине на несколько градусов. Свет узкими зелёными полосами пробивался через листву, ложился на корни, серую кору и влажную землю, а дальше терялся в плотной зелени.

Следы отряда уходили между стволами почти по прямой.

Я шёл по ним, стараясь лишний раз не задевать ветки. Под ноги смотрел чаще, чем обычно. Не наступал на толстые корни без необходимости и обходил низко свисающие лианы. После прочтённых отчётов о растительных монстрах любая такая мелочь могла стоить жизни.

Пси-поле держалось ровно, но уже через сто метров это изменилось.

Граница стала чуть ближе, будто на весь контур разом начало оказываться давление. Затем мелкие детали вдали начали читаться хуже. Объёмное изображение в голове, которое создаёт пси-поле, начало размываться по краям, упускать детали.

Я тут же остановился.

Передо мной следы всё ещё шли ровно вперёд. Пятеро охотников прошли здесь спокойно, без рывков и спешки. Значит, на этом участке на них ещё никто не нападал.

Затем прислушался к ощущениям, пытаясь понять, что же изменилось. Давление не было похоже на усталость. Значит, это не из-за моей попытки приблизиться к источнику псионики. Что-то снаружи мешало полю свободно расходиться.

Я сделал несколько медленных шагов дальше и снова остановился. Поле ещё немного уменьшилось. Буквально на пару сантиметров, но это было заметно. Кроме того, на наиболее удалённой части образовались помехи. Не шум в обычном смысле, а мелкая дрожь формы, из-за которой силуэт предмета терял точность.

Следом проверил собственное состояние. Ци никак не реагировала на происходящее. Дыхание спокойное. Пульс тоже в норме.

— Арон, — мысленно сказал я. — Пси-поле стало работать хуже. Не могу понять почему.

— Сильно хуже?

— Пока нет, но диаметр сжимается. Часть мелких деталей, особенно тех, что вдали, идёт с искажениями. И это не похоже на внутренние проблемы.

Арон ответил не сразу.

— Если это не откат после твоего эксперимента с источником, значит сама среда давит на псионику. Видимо лес насыщен чужой псионикой, либо чем-то похожим. Мощной и плотной энергией.

— Растительные монстры разве такое умеют? — удивился я.

— Обычные — нет. По крайней мере, я с таким не сталкивался и не слышал.

Я посмотрел на ближайший ствол. Широкий, тёмный, с серой корой и тонким зелёным мхом у основания. На вид обычное дерево. Пси-поле тоже показывало, что всё в норме, но часть корней под ним читалась слишком… плотно? Да, именно плотно. И они были чересчур ровные.

— Значит, здесь не только растения, — сделал я вывод. — На пространство вокруг влияет что-то ещё. А если это какая-то тварь с мощной псионикой, то тогда становится понятно, как отряд так быстро исчез.

— Похоже на то.

В этот момент в нижнем углу визора мигнул значок связи. Жёлтый, зелёный. Потом снова жёлтый. А затем он стал серым. На панели появилось короткое предупреждение: «Связь с ретранслятором нестабильна».

Я отправил на корабль тестовое сообщение. Маленькое, без данных. Просто для проверки канала.

Ответ пришёл, но с задержкой в десять секунд, что было очень много для такого расстояния.

Я ещё раз посмотрел назад. Между деревьями едва угадывалась светлая равнина. До неё была всего сотня метров. Можно было выйти, восстановить связь и доложить Гину, что лес глушит передачу.

Но какой от этого толк?

Гильдия пришлёт кого-то ещё. Возможно, целую группу. Но пока её соберут, пока она доберётся до леса — пройдёт время. Если охотники ещё живы, то эти часы могут стоить им жизни.

Я достал нож и оставил на коре ближайшего дерева короткую диагональную отметку. Не глубокую, но заметную для тех, кто будет искать. Затем пси-полем прошёлся по месту и хорошенько всё запомнил.

Даже с обычным лесом лучше не шутить, а с таким странным уж подавно. Особенно учитывая, что связи дальше не будет.

После этого двинулся дальше.

Следы по-прежнему вели между деревьями. Мягкая земля местами была покрыта листьями, но отпечатки ещё читались. Пятеро охотников шли спокойно. Самый тяжёлый, судя по глубине следов, держался чуть левее. Остальные сохраняли порядок, не сбивались в кучу и не растягивались слишком сильно.

Через несколько минут рядом с отпечатками появились странные тонкие борозды.

Сначала я заметил одну. Потом вторую. Узкие, неглубокие, будто по земле тащили тонкий прут или верёвку. Борозды шли не вдоль всего маршрута, а кусками: появлялись рядом со следами, пропадали под листьями, затем снова проявлялись на влажной земле.

Присев, внимательно осмотрел их. Пси-поле показало линии в объёме. Не похоже на следы монстров. Слишком узкие и аккуратные.

Я поднял взгляд на деревья.

Низкие ветви тянулись над тропой, часть тонких корней выходила прямо на поверхность. Растения вполне могли оставить такие борозды. Однако характер у этих следов какой-то странный. Обычные растительные монстры сидят на месте, охотятся из засады, реагируют на тепло, вибрацию, приближение Ци. Они не ползают за спиной идущих людей как независимые создания.

Пси-поле не чувствовало корни как живых существ. Для него они оставались обычной древесиной. Плотной, холодной, неподвижной. Но расположение части корней под землёй было слишком странным. Словно кто-то специально расставил их вдоль тропинки.

Я поднялся и пошёл дальше медленнее.