— Что ж, — вздохнул Андрей. А перед его взором всплыло лицо Вадима Николаевича: «И помните, никому о том, что вы из будущего, никому! Это приказ Юрия Владимировича». «Ладно, Николай уже и так знает», мысленно ответил Андрей на предупреждение и продолжил.

— Расскажу. Только, Коля, об этом никому. Ты же сам понимаешь, как с тобой поступят, если ты заговоришь об этом хоть с кем-то.

— Понимаю, не маленький.

— Тогда слушай в самом кратком варианте.

В ноябре 1982 года умрёт Леонид Ильич Брежнев. Генсеком станет Юрий Владимирович Андропов. Он начнёт наводить в стране порядок. С его подачи в стране стартует научно-техническая революция. Но, к сожалению, он умрёт в феврале 1984-го. Новым генсеком станет Черненко Константин Устинович, но ненадолго. В марте 1985-го он скончается. И в стране развернётся схватка за власть между первым секретарём Ставропольского крайкома Горбачёвым, который в то время уже входил в Политбюро и был в Москве, и которого поддерживали московские круги, и первым секретарём Ленинградского обкома Романовым, которого поддержит ленинградская верхушка и часть членов Политбюро, возглавляемая товарищем Лигачёвым. В этой свалке, к нашему сожалению, верх одержит Горбачёв. В 1985 году он станет Генеральным секретарём, а в конце 1991 года похоронит Союз.

— Не понял, что значит похоронит? — вскинулся Николай.

— Развалит его на пятнадцать государств. Все союзные республики станут самостоятельными государствами. После этого Горбачёв уйдёт из власти. Правителем России или Российской Федерации, как она будет называться, станет Первый секретарь Свердловского обкома Ельцин. На территории бывшего СССР начнутся войны: между Арменией и Азербайджаном, между Грузией и Россией, между Россией и Чечнёй, между Россией и Украиной. Страна будет полностью поделена и разграблена кучкой жадных олигархов. Теми, кому в 1991–92 годах это разрешило 5-е Управление КГБ.

— А что армия?

— Её обезглавили. В 1985 году в Средней Азии организовали авиакатастрофу, в которой погибли самые боевые, решительные и порядочные генералы страны. В 1987 году, благодаря провокации, согласованной с американцами, был снят со своей должности тогдашний министр обороны СССР Соколов. А на его место Горбачёв поставил удобного для себя Язова. На место погибших генералов поставили нерешительных трусов или продажных тварей. Ты знаешь, что написано в Уставе и присяге Советской Армии для офицеров? Офицеры обязаны действовать решительно, без ожидания команды сверху, если возникнет угроза конституционному строю государства и не допустить его изменения. Так вот, в 1993 году только один офицер, командир батальона, выступил в защиту Конституционного строя страны, когда уже Ельцин организовал новый государственный переворот и повёл свой батальон на Москву против предателей Родины. Понятно, что его разгромили. Все прочие офицеры и генералы армии безропотно легли под новый режим. А когда их начали разгонять и увольнять, стали дружно возмущаться… на словах. Но сделать уже ничего не могли.

— А что МВД?

— Как я слышал, многие офицеры милиции создали на местах боевые группы и составили списки тех, кого необходимо нейтрализовать в первую очередь. Но все допустили одну и ту же ошибку. Никто из них не выступил самостоятельно, все ждали указаний сверху. А указания не поступили из-за измены руководства МВД.

— Зачем ты мне всё это рассказал? — спросил Николай, зло глядя на Андрея, словно перед ним сидел враг.

— Для того, что раз я тут и знаю основных исполнителей, хочу предложить тебе присоединиться ко мне. Если у нас будет группа думающих людей, может, нам удастся повлиять на будущее. И не дать развалить Советский Союз.

— Что значит думающих?

— Тех, на кого можно положиться. Кто не будет болтать. Кто не подставит товарищей. И у кого будут предложения, как уже сегодня, пока ещё есть время, начать влиять на ситуацию в стране, чтобы к 1991-му она сложилась бы совсем не так, как это произошло в моей реальности, когда Горбачёв и Ельцин уничтожали Советский Союз. Если ты хочешь помогать, давай действовать вместе, если нет, то забудь об этом разговоре и кто я есть на самом деле. Пусть я останусь для тебя тем Сеней, с которым ты дружил многие годы.

— Защищать свою Родину я готов! Но если только…

— Не продолжай, — перебил Николая Андрей. — Уже есть те, кто уберёт меня, если я стану действовать во вред государству.

— Так ты не один?

— Уже нет. Позже я познакомлю тебя с преданными нашей Родине людьми.

А в комнату неожиданно вошла Ульяна.

— Я всё слышала, — неожиданно твёрдо заявила она и посмотрела на Андрея. — Чем я могу помочь?

— Нам понадобятся связи в финансовых кругах.

— Я хорошо знаю директора Елисеевского гастронома. Постараюсь устроить вам встречу.

27 июня 1975 года. Москва. Конспиративная квартира.

Место встреч Дарьи Семёновны и Вадима Николаевича Удимова

— Что Света? Куда она надумала поступать?

— Сдала документы на химический факультет Института нефти и газа. Хочет стать инженером-химиком.

— Хороший выбор.

На следующий день. Кабинет подполковника Удимова

— Пётр Владимирович, Дарью Семёновну Воронцову помните?

— Дочь Семёна Петровича Воронцова? Разумеется, помню.

— Её дочь Светлана подала документы на химический факультет Института нефти и газа.

— Посодействуем, Вадим Николаевич. Замдекана факультета — наш человек. Дочь и внучка такого человека, как Семён Петрович Воронцов, достойны особого внимания.

День спустя, 29 июня 1975 года. Берег одного из озёр Московской области

— Мамед, у меня к тебе просьба, — обратился Андрей к теперь уже своему другу, когда они отошли от основной группы, чтобы насобирать хвороста и веток для костра.

— Слушаю, Сеня.

— Света, дочь Дарьи Семёновны, подала документы на химический факультет Института нефти и газа. Хочет стать инженером-химиком.

— Саня, о чём разговор? Поможем. Глава приёмной комиссии наш, выходец из Баку. Родственник министра нефтегазовой промышленности Азербайджана. И мой хороший товарищ.

— Спасибо, Мамед, отблагодарю.

— Не обижай меня. Такой, как Светлана, я бы помог и без твоей просьбы. Кстати, пригляделся бы ты к ней повнимательнее. Жена из неё будет…

— Ты что? Сколько ей и сколько мне!

— Не шуми! Когда мой дедушка женился на моей бабушке, ему было пятьдесят, а ей шестнадцать. И посмотри, какой у них внук.

Мамед принял позу гордого, самовлюблённого джигита.

— Да ну тебя! — рассмеялся Андрей. — Давай лучше хворост собирать.

Тот же день. Очередная вечеринка в квартире Кошкина

— Дарья Семёновна, — обратился к домработнице Артур Борисович, который специально для этого разговора вдвоём, без лишних ушей, прошёл на кухню, где Дарья Семёновна резала пирог, только что вынутый из духовки. — Куда Света надумала поступать?

— Семён Игнатьевич убедил её подать документы на химический факультет Института нефти и газа, чтобы выучиться на инженера-химика.

— Разумно, спасибо.

Вечер, 29 июня 1975 года. Квартира Буракова

— Яна, дочь Дарьи Семёновны, Света, подала документы на химический факультет Института нефти и газа.

— Я переговорю с парторгом факультета, — пообещала Яна Фёдоровна, — посодействую девочке.

Москва. Август 1975 года

В квартиру Семёна Игнатьевича, где хлопотала по хозяйству Дарья Семёновна, словно вихрь ворвалась сияющая от восторга Светлана. Обхватила маму, оказавшуюся на её пути, и закружила с ней по гостиной.