— Очнись, милая, — сказала Мэйси, поглаживая Эхо по руке. — Мы тебя вылечили, но ты, наверное, все еще в шоке.

— Да! — она посмотрела на Мэйси пустым взглядом. — Точно. Я была ранена.

Остальные хотели ей верить, и от этой мысли меня затошнило.

— Это не Эхо.

— Конечно, она. Она в шоке. — Джон снова взглянул на нее.

— Продолжай в том же духе, — сказала я. — Может, ты и сам себя убедишь.

Мэйси снова двинулась ко мне, но Джон придвинулся к ней чуть ближе, заставив ее отступить. Он защищал меня от нее.

— Не понимаю, чего ты так боишься, — сказала Мэйси. — Разве ты не видела огни? Разве они не были прекрасны? Это были духи исцеления. Те самые духи, которых мы вложили в нас с Джоном. Джон может ходить благодаря этим огням. Чего ты так боишься?

— Червя размером с кошку.

Мэйси раздраженно покачала головой.

Джон провел меня на кухню. Когда я выходила из комнаты, то увидела Эхо, которая стояла рядом с рисунком и держала в руках банку с красной краской.

— Я не видел никаких червей, — сказал Джон, когда мы остались на кухне одни.

— Эхо, твоя двоюродная сестра? Она двоюродная сестра Мэйси?

— Что? Нет, чувак, — сказал Джон. — Она не такая. Она просто встревожена. Сбита с толку.

— Я нет. Но мне не нужны все ответы, чтобы понять, что здесь что-то не так. Почему мы не можем... — я замолчал. Я посмотрел через плечо Джона и увидел в дверях Мэйси. В руке она держала разделочный нож, а на лице было выражение, которое я видел много раз. Она собиралась меня убить.

Джон начал что-то говорить о том, что я сама должна делать свой выбор, и что Пейтон хотел того же. Пейтон хотел это заклинание, потому что очень любил Эхо, и если бы я отказалась помочь, то лишила бы Пейтона выбора.

Это была чушь, но это не имело значения. Мэйси ждала моего ответа, и у нее наготове было оружие на случай, если ей не понравится то, что она услышит. Неужели она сломает мне руки и ноги и прижмет к полу ножом?

Или он мог перерезать мне горло и положить в центр круга. Как только в меня войдет один из "лучей исцеления", я стану одним из них. Мой оживший труп с радостью примет участие в заклинании Пейтона.

Задняя дверь была прямо за мной, но я знал, что не смогу убежать, учитывая, как быстро они двигались. И хотя Джон, казалось, был готов меня защитить, мог ли я доверить ему свою жизнь после того, что он сделал меньше часа назад в кампусе?

Они собирались получить мою помощь во что бы то ни стало.

— Я сделаю это, — сказал я, прервав бессмысленный спор Джона. — Ради Пейтона. Я не хочу, чтобы в меня вселялись какие-то духи.

Джон вздрогнул, но тут же широко улыбнулся. Мэйси уже не стояла в дверях.

Когда мы вернулись в столовую, Мэйси и Эхо уже переместили Пейтон в центр рисунка.

— Я бы хотела провести церемонию, — сказала Эхо. — Я хорошо знаю порядок действий.

— Конечно, милая, — ответила Мэйси. Она села на место Пейтона. Мы с Джоном заняли свои места.

Эхо протянула руку.

— Мне нужно будет свериться с нотами. Я не могу удерживать их в памяти.

Мэйси удивилась, но, прикусив губу, протянула ей синий лист бумаги.

Я хотел заполучить эту страницу. Когда я что-то краду, это становится моей собственностью, и я должен была вернуть её. Коллин сделал это с моими друзьями, и мне нужно было заклинание, чтобы понять, как отплатить ему или хотя бы исправить ситуацию.

Взглянув на рисунок на полу, я подумал, что он выглядит по-другому. Эта изогнутая линия, ведущая от центрального круга к моему, появилась недавно или была там раньше? Я потянулся, чтобы проверить, не высохла ли краска, но услышал, как Мэйси откашлялась. Она сверкнула на меня глазами, предупреждая, чтобы я не вздумал трогать рисунок. Я убрал руку.

Эхо подняла ноты и начала петь. Её голос был чистым и прекрасным, но вскоре в комнате воцарилась тишина.

Заклинание действовало как прежде: тишина, рев ветра, который ничего не тревожил в комнате, череда светящихся символов, а затем пол разверзся, открывая путь в кромешную тьму. Но на этот раз звук ветра не стихал. Заклинание набирало силу, но медленно, как будто что-то ему мешало. Может быть, новая извивающаяся линия?

Когда появился рой огоньков, они уже были совсем близко. Какое-то время они метались взад-вперед, словно заблудившись, а потом начали стекаться к телу Пейтона.

Огоньки просочились в пространство вокруг него, закружились и зароились. Пейтон запрокинул голову и широко открыл рот. Крошечный огонек нырнул ему в горло и исчез.

На этот раз огоньки не устремились обратно в пустоту. Они поплыли по воздуху внутри круга, очерчивающего Пейтона, а затем направились к тому месту, где спиралевидная линия краски соединяла мой круг с кругом в центре.

Затем поток огоньков устремился вдоль извивающейся линии краски прямо ко мне. Я так испугался, что на мгновение застыл на месте, и этого мгновения им хватило, чтобы подлететь ближе.

У огоньков были лица. И зубы.

Я откатился назад, за пределы круга. "Духи" внутри спиралевидной линии растворились в брызгах жидкого света, устремившихся вверх.

Пол появился на внешнем краю узора, и пустота начала отступать к центральному кругу. Огни, все еще находившиеся в круге Пейтона, устремились в пустоту, словно спасаясь от лесного пожара. Через несколько секунд пустота исчезла, как и все огни.

Эхо вскочила на ноги и двинулась ко мне.

— Ты, жалкий одинокий ублюдок! Что ты натворил?

Я положил руку на карман, в котором лежал мой призрачный нож. Если я переживу ее первую атаку, а может, и вторую, у меня будет время его использовать.

— Ты пыталась засунуть в меня одну из этих тварей!

Внезапно Пейтон закричал. Он схватился за сломанный локоть и заметался по полу. Плоть внутри его руки сдвигалась и перестраивалась.

— Ты убил их! — крикнула Эхо. Ее глаза были широко раскрыты, а зубы оскалены. — Ты их убил!

Джон бросился к Пейтону и успокаивающе положил руку ему на плечо.

— Держись, здоровяк. Я знаю, что тебе больно, поверь, я знаю, но это ненадолго.

Эхо пригнулась. Вот она, ее атака.

— Стой. — Одного слова Джона было достаточно. Она застыла на месте, но продолжала смотреть на меня так, словно хотела разорвать на куски.

— Что случилось, Рэй?

— Она пыталась наложить на меня это заклинание, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Она пыталась засунуть в меня одну из этих тварей.

— Я ничего не видела, — быстро сказала Мэйси. — Я ничего не видела.

Я остался, потому что думал, что это спасет мне жизнь, — ну и дурак же я был. Я встал, схватил рюкзак и выбежал на кухню.

Джон все равно опередил меня у задней двери.

— Рэй, я их задержу. Не уходи.

— Мы же друзья, — сказал я, передразнивая его как можно более злобно. — Я тебя не заставляю.

— Иногда друзья облажаются.

Дерьмо. Мне вдруг стало жарко от стыда.

— Кто сидел на пятом месте, когда ты в прошлый раз произносил заклинание?

— Рэй, я не могу тебе сказать. Я обещал. Мне вернули ноги, и все, что я должен был сделать, — это не разглашать имя.

— Забудь об этом.

— Обычно я бы не стал тебя обманывать, — сказал Джон. — Но я обещал.

Я расстегнул сумку и показал ему синие страницы.

— Я уже знаю, кто это был. Очевидно, что наши заклинания были созданы одним и тем же человеком.

— Наверное, так и есть. Послушай, из всей нашей компании я первым получил лекарство. Это делает меня главным. Я могу держать всех в узде.

— Даже Мэйси? А как же её молотки?

— Это были просто слова, — сказал Джон. — Мэйси — психотерапевт. Она заботится о людях. Она исцеляет тела и души. Это её работа. Она хороший человек, Рэй. Молотки — это просто стресс.

Он не видел выражения её лица, когда она стояла у него за спиной с ножом, но я не собирался спорить с ним о его девушке.

— Я могу уйти?