Дверь снова открылась.

Вошёл Каллин. На нём была широкополая шляпа и длинное пальто, застегнутое до самого горла. Он улыбался.

— Вот ты где, живчик! — сказал Каллин.

Карл повернулся и положил руку на грудь Каллина. Карл был на 15 сантиметров выше и на 23 килограмма тяжелее, но, когда он открыл рот, чтобы выгнать Каллина из комнаты, я крикнула:

— Дядя Карл, отойди!

Но было уже слишком поздно. Каллин поднёс к лицу Карла носовой платок. На нём был вышит сигил, но я не мог разглядеть её целиком.

Карл взглянул на платок, его глаза закатились, и он рухнул на пол. Биг вскочил со стула и бросился на Каллина. К несчастью для него, Каллин был готов к нападению, и детектив отскочил от него, как я отскочила от Аннализ.

Я встал, повернулась к ним спиной и закрыла глаза, мысленно призывая свой призрачный нож. Он оказался у меня в руке, и я быстрым движением запястья перерезал цепь наручников. Раздался характерный звук выстрела из электрошокера.

Я развернулся, схватил всю папку с синими страницами и пригнулся у стены из шлакоблоков. Призрачным ножом я сделал три быстрых надреза в стене.

Биггер перекатился через стол и ударился о стену прямо за моей спиной, его электрошокер с грохотом упал на пол.

Я уперся плечом в надрезанные шлакоблоки и толкнул их. Карл лежал неподвижно под столом, и я не мог понять, жив он или мертв. Затем надрезанные блоки выскользнули из стены, и я последовал за ними наружу.

Вместо того чтобы выйти в коридор или кабинет, я оказался на высоте шести этажей над асфальтовой парковкой. Под тяжестью верхней части тела мои ноги провалились в дыру, и я полетел вниз. Небо, машины и весь мир закружились вокруг меня.

Я сжимал папку, прижимая к груди стальное стекло.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — повторял я. Парковка, казалось, приближалась.

Кусок шлакоблочной стены рухнул на асфальт за мгновение до того, как это сделал я. Все мое тело подпрыгнуло и ударилось о разбитые шлакоблоки с ужасающей, непреодолимой силой.

Затем я сел. Я был цел и невредим. Ни боли, ни ран. Я не видел стального стекла внутри папки, но чувствовал, как магия вытекает из нее, словно вода из проколотой бутылки.

Я вскочил на ноги и обхватил себя руками, спрятав наручники под рукавами рубашки. По парковке ко мне бежали двое полицейских в форме, держа руки на оружии.

— Вы это видели? — спросил я, отходя подальше от груды обломков. — Эти кирпичи чуть не упали на меня!

Старший полицейский достал оружие.

— Дайте мне посмотреть на ваши руки.

— Боб? — окликнул его младший полицейский. Они оба подняли головы.

Каллин пролез в дыру в стене и высунулся наружу.

— Сэр! — крикнул младший полицейский. — Не прыгайте!

Каллин отпустил шлакоблоки и рухнул с высоты шести этажей на груду обломков. Полицейские отвернулись.

Тело Каллина издало удивительно громкий звук, когда ударилось о землю.

— Отпустите его, — сказал я старшему полицейскому. Я не питал особой любви к полиции, но не хотел, чтобы их убили. — Пусть этот парень уходит.

Прежде чем старший полицейский успел ответить, Каллин встал и начал отряхивать одежду от бетонной пыли.

— Что за черт? — спросил младший полицейский. — Боб, что, черт возьми, происходит?

— Стой на месте, — сказал мне старший коп. Он повернулся к Каллину. — Не двигайся!

Они направились к Каллину, оба с оружием наготове. Каллин сунул руку под пальто.

Я развернулся и со всех ног бросился бежать, чтобы скрыться от выстрелов. Завернув за угол здания, я срезал сломанные наручники призрачным ножом. Стрельба уже стихла, но я понятия не имел, кто вышел победителем. Да это и не имело значения. За мной гнались и копы, и пэры, и я не собирался останавливаться, пока не доберусь до места.

Я старался не думать об этом. Мне нужен был новый рюкзак взамен того, что забрали копы, и сделать это нужно было до того, как снова пойдет дождь. Это было то, на чем я мог сосредоточиться, не теряя самообладания.

Я перебежал через перекресток, оставив наручники в канаве. В такое позднее время на улице не было ни прохожих, ни света в окнах магазинов. В этом районе повсюду были парковки. Даже в такое время я мог бы угнать машину...

Я свернул за угол и врезался в Аннализ. Она пошатнулась и схватила меня за запястье, заставив выронить папку. Она прижала меня к стене и выхватила из моей руки призрачный нож. Затем она подсекла меня, и я упал на колени. Теперь, когда я оказался ниже ее ростом, она обхватила мою голову руками.

— Не дергайся, — сказала она. — Я сделаю это быстро.

— Это Каллин! — закричал я, прежде чем она успела свернуть мне шею. — Каллин наложил заклятие на моих друзей!

Я почувствовал, как напряглись ее мышцы, но она не стала меня убивать. Я ее напугал.

— Каллин? Чушь собачья.

— Я могу это доказать. Вытащи меня отсюда, пока он меня не убил.

Немного помедлив, она отпустила меня. Мне не понравилось, как она на меня смотрела, но это было лучше, чем если бы она свернула мне шею. Она взяла папку и заглянула внутрь. Мне казалось, что несчастнее она уже быть не может, но она смогла.

— Пойдем, — сказала она.

Она сунула мне в карман серую ленту и потащила к мотоциклу. По улице с воем сирен неслась патрульная машина, но она проехала мимо нас, как будто нас и не было.

Аннализ снова усадила меня на мотоцикл. Она завела мотор и помчалась по улице, оставив Каллина далеко позади.

Нельзя сказать, что я был в безопасности. Голова и лицо все еще горели в тех местах, где Аннализ сжимала их. Как быстро я бы умер, если бы она свернула мне шею? В кино это происходит мгновенно, как будто выключают свет, но я подозревал, что это займет какое-то время. Возможно, я бы лежал на тротуаре, не в силах пошевелиться, пока жизнь уходила бы из меня.

Я крепче сжал куртку Аннализ, и она тут же съехала на обочину.

— Держись за меня, — сказала она своим странным детским голосом. — Не дергайся и не пытайся вырваться. Иначе я оторву тебе палец. — Она взяла мою руку в свою. Боже, какая же она сильная. — А теперь расскажи, как ты собираешься доказать, что Каллин призывает хищников.

Внезапно я увидел путь, который поможет Джону и защитит нас всех от существ из Пустых пространств.

Я рассказал ей о заклинаниях, синей бумаге и о том, что Джон снова их применил. Последнее ей совсем не понравилось, но я объяснил, что это единственный способ помешать им вселить в меня какое-нибудь существо.

— Покажи мне.

Я потер руки, чтобы согреть их, но на самом деле мне хотелось поскорее достать из кармана связку ключей. Я схватил куртку Аннализ, и кольцо соскользнуло с указательного пальца. На связке был всего один ключ, но замок, к которому он подходил, сгорел во время пожара.

Мы выехали в город, и я кричал, подсказывая дорогу к дому Мэйси и Эхо. Когда они в первый раз подрались, у Аннализ возникли большие проблемы с Эхо. Я не думала, что она справится со всеми четырьмя сразу.

Мы проехали мимо дома, а потом объехали квартал по кругу, как делал Арне, когда ему нужно было навестить кого-то, кто ему не нравился. Все было тихо. Аннализ припарковалась на углу и потащила меня за собой по тротуару.

Когда мы подошли к дому, я изо всех сил швырнул связку ключей в цельное окно на первом этаже. Аннализ бросилась бежать, толкая меня перед собой.

Она пинком открыла входную дверь и затащила меня внутрь. Я упал на диван, забрызгав руки и лицо холодным соусом от пиццы. Аннализ ворвалась следом, держа в руках по ленте.

Тишина. Если бы Джон и остальные спали, они бы точно проснулись. Но ответа не последовало. Аннализ прошла в столовую, через мгновение вернулась и взбежала по лестнице. Когда она спустилась, то шла уже спокойно.

— Их нет, — сказала она. — Но когда-то они были здесь, так что, по крайней мере, эта часть твоей истории правдива.